Это просто Вьюи блог

Наши настроения, уверенные прогнозы и ожидания, а также разговоры с самим собой рано или поздно становятся самореализующимися пророчествами.

"рассчитай меня, Миша. ночь, как чулок с бедра,
оседает с высоток, чтобы свернуться гущей
в чашке кофе у девушки, раз в три минуты лгущей
бармену за стойкой, что ей пора,
и, как правило, остающейся до утра.

её еле хватило на всю чудовищную длину
этой четверти; жаль, уже не исправить троек.
каждый день кто-то прилепляет к ее окну
мир, похожий на старый выцветший полароид
с места взрыва – и тот, кто клялся ей, что прикроет,
оставляет и оставляет ее одну.

Миша, рассчитай ее. иногда она столько пьёт,
что перестает ощущать отчаянье или голод,
слышит скрежет, с которым ты измельчаешь лёд,
звук, с которым срывается в небо голубь,
гул, с которым садится во Внукове самолёт.
вещи, для которых все еще нет глаголов.

мама просит меня возвращаться домой до двух.
я возвращаюсь после седьмого виски.
в моем внутреннем поезде воздух горяч и сух,
если есть пункт прибытия – путь до него неблизкий,
и Иосиф Бродский сидит у меня в купе, переводит дух
с яростного русского на английский.

там, за баром, укрывшись, спрятав в ладони нос,
мальчик спит, в драных джинсах, худ, как военнопленный.
в этом городе устаешь и от летних гроз, -
был бы Бог милосерд – заливал бы монтажной пеной.
рассчитай меня, Миша. меня и мой постепенный,
обстоятельный,
предрассветный
хмельной
невроз.”

герда молчит, не воет, не бьется в истерике не смолкая
герда приходит в бар и за стойкой высматривает спину кая
ничего не требуя
не умоляя
не прикасаясь к нему. совершенно не паникуя.
абсолютная аллилуя.

герда выглядит на семнадцать- это успех, в ее усталые двадцать три.
при ее-то образе жизни, при регулярном уровне алкголя в ее крови,
при количестве никотина внутри,
транквилизаторы,
операции,
гепарин.
снова бары, тотализаторы
и пари.

каю, кажется, двадцать пять, и он выглядит на удивление хорошо.
он говорит- криогенная медицина. хотя скорей всего- лоботомия.
электрошок.
одевается не по погоде: кеды, фиолетовый шарф и капюшон.
герда видит кая - и он ей чуть-чуть смешон,
этот шафр вязала ему она.
шарфик связан- и она ему не нужна.

заходя в свой любимый бар герда видит кая, но держится молодцом -
заказывает чай с лимоном, мятой и чабрецом.
выпивает, и по привычке пытается до бармена дотянуться,
чтобы виски со льдом,
в олдфэшн'е с толстым дном
ноги ватные и не слушаются
пальцы не гнутся

они делают вид, что друг друга не знают. или не замечают.
у нее зрачки от ненависти дичают -
она представляет, как он в эту снежную бабу ночами кончает.
еще один виски
еще один виски

и
чаю.