people born to die

все, кого любили раньше, с кем общались, через некоторое время они превращаются в аудиозаписи, в письма, пароли и в талисманы на удачу

шаг в сторону - расстрел, будь уверен, что тебя любые осудят
и радуйся, как бы тебя ненавидели и нашли живого
какого черта ты постоянно тянешься к этим людям ?
там же, черт возьми,
вообще
ничего
святого

знаете, бывает так, что не любовь и не дружба, но хочется, очень хочется общения с этим человеком и когда ты ловишь себя на мысли "я скучаю по нему", резко срабатывает негативная реакция, "а как? как ты можешь скучать, если он тебе никто?" да, никто, но кажется таким родным, что стыдно признаться

настанет завтра
и я перестану врать

брошу курить
мечтать
отпускать синиц
из рук /охотясь на журавлей/
приносить их в твою кровать
со свернутой шеей
/как знать/ наверное стану сильнее
начну зарабатывать
тратить
и даже копить
и делать вид что вновь начинают жить
любить…
только умных богатых мужчин /с перспективой в…/
не плакать
не пить вина
не курить травы
носить каблуки и гламурные платья /ты в это верь/
у Бога просить обезболить любовь и смерть /не думать что бесполезно/
но только…. блядь…
я не могу
тебе
всего этого
обещать…

Начинаю понимать, внутри у меня мёртвое море.

интересно, твой город меня согреет?
нам вводят весну миллиметрами под кожу
постоянство лиц на улице медленно тлеет
хочу к тебе.
ты тоже?

расскажи мне о том, как летние фейерверки над морем вспыхивают, потрескивая
почему та одна фотография, где вы вместе, всегда нерезкая
как одна смс делается эпиграфом
долгих лет унижения; как от злости челюсти стискиваются так, словно ты алмазы в мелкую пыль дробишь ими
почему мы всегда чудовищно переигрываем,
когда нужно казаться всем остальным счастливыми,
разлюбившими

наверно, сказывается зима,
или хроническая усталость..
а в итоге ты все видишь сама -
теперь нас у нас не осталось.

в один момент все стало как-то сложно. скомканные встречи. нервозные объятия.

нет никаких вторых половинок
просто ты однажды находишь человека,
от которого не хочешь уходить.
ни к кому. никогда

я брился каждый вечер, чтобы не колоть Анну щетиной, целуя ее в постели.
а потом однажды ночью - она уже спала (я был где-то без нее, вернулся под утро, типичное мелкое свинство из тех, что мы себе позволяем, оправдываясь семейным положением) - взял и не побрился.
я думал, ничего страшного, она ведь и не заметит.
а это значило просто, что я ее больше не люблю.