Как много лишнего и преимущественно негативного надумывают воспитатели о родителях, когда судят их по навыкам ребенка.

100% так подумали бы и обо мне, отдай я свою в сад в 2-хлетнем возрасте, например. В силу того, что я тогда ещё не знала, что дочери несвойственно подражание и что она малообучаема, могла бы быть близка к состоянию, чтобы сожрать себя чувством вины, что я плохой родитель: не могу научить свою дочь аккуратно есть и пить из кружки. Только спустя 2 года у нее стало вырисовываться на что-то близкое к самостоятельности в этой теме, но масштаб срача после трапезы все ещё рандомный. А какой кошмар она устраивала раньше… Я даже боялась ставить ей тарелку супа в обед. Она сама и все вокруг в ближайшем радиусе 1 м могло быть в супе. Поверить не могу, что только спустя два года моих ежедневных психов и дергающихся глаз ситуация более-менее выправилась. Но кружку с чаем она до сих пор ставит на стол неаккуратно, будто не понимая, что вот-вот разольет недопитое содержимое.

По большей части из-за её диспраксии я не хожу с ней на встречи с подругами, если меня зовут именно в кафе, ведь треш гарантирован. Вместе мы лучше дома поедим, а я быстренько всё протру, подмету и помою за ней, почти как в своей стихии, выработавшейся за последние годы в беготне с тряпкой. Наверное, позиция затворническая, но так я чувствую себя лучше, чем если бы сидела с виноватым видом в кафе, даже убрав за дочерью, мне ни к чему чужие ничего не понимающие и осуждающие взгляды, а ещё, возможно, и высказывания в нашу с ней сторону. Я и так подавлена, раздавлена, разочарована, зла и вообще не знаю, что делать и как быть, а реакции других на нас будут только усиливать мои негативные чувства и эмоции.

Завтра ещё предстоит знакомство с воспитателями на творческой мастерской, проводимой совместно с родителями, я уже заранее очкую, как моя не станет сидеть за поделкой, и я не смогу на нее повлиять уговорами и своим примером, как об стенку горох. Ненавижу это чувство бессилия и невозможности повлиять на ситуацию. Если исправлять — то только уйти, к сожалению, и скрыться ото всех.

Мне очень неуютно вместе с ней на людях, но самое грустное и ужасное здесь: лучше не станет, ничего она не перерастет.