Когда задерживаешься на работе после шести, постепенно сгущающуюся темноту за окном хочется описать как: "Было уже далеко за полночь". За полночь по меркам рабочего времени. Я понятия не имела, как увижусь с подругой по нашей договоренности, если сама никак не могла оторваться от документов за последнее число месяца. Как же я обрадовалась ее предложению посидеть где-нибудь недалеко, чтобы не мерзнуть тем аномальным по метеоусловиям вечером осени… Отвлеклась на немного от работы и поняла: мне искаженно видится, что уже целую вечность спина моя не разгибается, что глаза потеряли способность узревать точности, что теперь я больше не принадлежу себе и своим мыслям, до этого нового периода подбивающим меня на безумства и приключения, норовящим унести в их несуществующее и неосязаемое измерение представлений и фантазий возможных вариантов развития… Внутри снова ощущается смутное чувство, словно бы я схожу с ума, но теперь не от засасывающего болота уныния: на смену ему пришла повторяющаяся ежедневная неконтролируемая круговерть посторонних звуков, чужих недовольных возгласов и даже истошных криков. Нескончаемая усталость и нескончаемая круговерть, но признаться себе, что выбилась из сил, никак не могу.