Ни стыда, ни совести. Ничего лишнего.

Человеку нужен человек,
Чтобы пить с ним горьковатый кофе,
Оставаться рядом на ночлег,
И интересоваться о здоровье.

Чтобы улыбаться просто так,
Чтоб на сердце стало потеплее,
Чтобы волноваться, там сквозняк,
Одевай-ка тапочки скорее.

Человеку нужен человек,
Позвонить, послушать его голос:
" А у нас сегодня выпал снег.
Как ты без меня там? Беспокоюсь! "

Чтобы был приятель, друг, сосед,
И еще сопящая под боком,
Без которой счастья в жизни нет,
Без которой очень одиноко…

Люди уходят тихо, почти неслышно. Просто кому-то ты перестал быть ближним, просто кому-то стал ты излишне важным, чтобы к тебе привыкнуть, и потерять однажды. Люди уходят. То от скандальной пыли, то от того, что когда-то они любили… То от того, что так важно им до сих пор. Люди уходят, как будто другим в укор, словно сказать пытаются, как не надо.

Только у каждого - свой показатель правды, индекс терпения, степень "пошло все к черту…", свой человечек в памяти перечеркнут… Так что не видят. Не знают чужих ошибок.
А за закрытой дверью тихо стучат часы. В каждом из вновь ушедших - встроенные весы. Боль перевесила снова запас улыбок.

Люди уходят. Медленно по ступеням, снова с седьмого* на первый. Опять на дно. Думать о прошлом, скучать и цедить вино, мысленно каяться, падая на колени… Это так глупо, что надо бы перестать, вдруг задержаться, пусть даже у самой двери, вспомнить, что было - и снова себе поверить. Взвесить все трезво - и только потом решать.

Люди уходят. Тихо. Почти неслышно. Просто кому-то ты перестал быть ближним, просто кому-то стал ты излишне важным, чтобы к тебе привыкнуть, и потерять однажды… В каждом печать незаконченной им войны. Люди уходят, чтоб возвращаться в сны.

почему всегда рядом не те,
что так дико необходимы?

Я тогда была наивна и полагала, что в случае, когда человек ежечасно жалуется на свои проблемы, он действительно хочет их решить. На самом же деле в большинстве случаев это означает лишь то, что он либо хочет поговорить о своих проблемах, либо надеется услышать от других, что никаких проблем у него не существует.

Когда кто-то исчезает из твоей жизни и ты больше никогда его не увидишь, но ты хотел бы сказать ему то, что не успел, что-то очень важное… Ты берешь бумагу и карандаш… И пишешь письмо. Оно может быть длинным, а может в одно слово… Ты пишешь тому, кого уже нет… Но не отправляешь, а просто складываешь, подносишь к огню и сжигаешь… И ветер уносит пепел и ту боль, которая была внутри тебя…

будьте счастливы изначально. и тогда в
вашу жизнь придет другой счастливый
человек, с которым вы создадите ваше
общее счастье

как бы мы не разукрашивали внутренние миры, люди всегда выбирали друг друга по внешности.

таких умирающих будней
я не пожелала бы врагу
привет
я хотела сказать,
что все так здорово
и я больше так не могу

Вечности
Мы не утратили.

Нам другого
Скорей не хватало:

Мы не умели претворить ее в будни,
В луга, в облака,

В слова и поступки,
Понятные людям.

Но для себя мы ее сберегали.
Это было не очень трудно.

И порою
Нам вдруг становилось ясно,
Что вечность — мы сами.

Каждому нужно, чтобы кто-то держал его за руку. Чтобы кто-то утешил. Пообещал, что всё будет хорошо.

Кто мы такие? Мы просто потребители, одержимые внешней атрибутикой преуспевания. Война, голод, насилие — все это не волнует. А волнует меня: знаменитости и скандалы, телевизор, где 500 каналов и чье имя на бирке моих трусов.

Чак Паланик "Бойцовский клуб"

у мира нет цели затоптать тебя.
есть цель сделать тебя сильнее.
а справишься ты или нет,
тут уж от тебя зависит.

мне сегодня
совсем не хочется отвечать
на чьи-то звонки,
то ли от тоски,
то ли от проклятой лени.
мне сегодня не хватает
чьей-то родной руки,
и хочется,
чтоб кто-то обнимал мои колени.

редкостное, можно сказать, удовольствие в наши дни встретить человека, который что-то читает.

даже если ты все потеряешь,
у тебя всегда буду я