octophant

— Саш, я думала, что я уеду в другой город и начну все сначала. но у меня не получется, я все время оглядываюсь, все время сравниваю. а нельзя сравнивать. это плохо.
- зачем ты сравниваешь в таком случае?
- я не знаю.
- у каждого свой идеал. к нему стремятся, с ним сравнивают. какой твой идеал?
- у меня он умер.

как на карусели.
тебе весело, пока ты кружишься в веселом танце разноцветных лошадок, видишь улыбки других людей, друзей и знакомых, слышишь их смех и чувствуешь движение, быстрое и целеустремленное. но когда ты снова оказываешься на земле: немного кружится голова, ты потерялся слегка в пространстве, земля уходит из-под ног, ты оглядываешься и понимаешь, что ты двигался по кругу, что это все был веселый обман, что все эти смеющиеся люди уже разбрелись кто куда, а ты также растеряно стоишь около того же самого входа на аттракцион. но прокатиться на нем опять у тебя уже нет денег и тех же людей, с которыми ты смеялся пару минут назад.

когда-нибудь все уйдет
и не останется ничего
кроме небольшого куска декабря
где прячутся остатки дней рождений немаловажных людей
стрельцов и козерогов
кроме сигаретного дыма
кроме неверных представлений о человеке
кроме стоптанных слов
и потерянных конспектов

когда-нибудь все опустеет
и станет разносить тихое эхо
кроме мягких стен желтого дома
кроме проплаканных подушек

когда-нибудь каждый окажется один
без дорогих близких людей
без шмоток и денег
без голоса
без снов

все когда-нибудь пройдет мимо нас
а сейчас
у нас есть все

я с самого утра ждала вечера, потому что смутно догадывалась, что утром мы все равно не увидимся. и это не напрягало, а скорее радовало, я успевала в душ, по делам и все было просто замечательно.
погода стояла примерзкая: солнца не было уже дня три, слякоть и холодный ветер. но с моего опухшего ото сна лица не сползала легкая улыбка. я долго потягивалась на болконе, пока окончательно не замерзла. в комнате стоял настоящий туман такой, что топор вешай. закуривая очередную сигарету, я собрала волосы в хвост и попыталась заняться обычными домашними делами, но выходило откровенно плохо, потому что из головы не выходил вчерашний вечер. запах бензина и аморатизатора в машине, теплые руки и несмелые поцелуи, которые позже стали ошибкой.
я долго приходил в себя, и ощущения долгожданного счастья не покидало меня. пока не пришла смс: может останемся просто друзьями?

я осела. настроение сразу ушло в минус.
все возвращается, все. кольнуло в груди, где-то внутри заклокотало злорадство над собой, повторяя "я же говорила, я говорила тебе". сигарет неодиданно не стало, как раз тогда, когда они стали нужны более всего. сейчас я не помню, что ответила на это дурацкое сообщение, помню только то, что я стала сразу звонить и писать Кириллу, что он мне нужен поговорить. но его нигде не было. я оказалась одна. ощущение падения.
без страховки.

я брошу Юру.
я буду одна.
я буду курить.
я буду пить.
я буду делать то, что хочу.
я не вижу смысла.
я его потеряла.

никто не говорил, что будет легко.
не смотря на то, что дома мне наконец то удалось встретиться с Сашей, и у нас даже снова проскочила какая-то искра, ничего у нас не складывается. как умерло тогда наше "мы" так и не оживает.
мне очень тяжело, потому что не знаю, что и делать, что говорить, нужно ли говорить или делать я тоже не знаю. я просто сижу дома и ужасно хочу курить и бродить где-то в одиночестве в ожидании какой-нибудь трезвой мысли. все переворачивается. это не то, что у меня с Юрой, где все понятно как ясный день, где я знаю сценарий заранее, думаю на три хода вперед и всегда выигрываю. а здесь моя судьба целиком в сашиных руках, и он это знает еще с того дня, как мы разговаривали в последний раз в сентябре.
снова новый виток сюжета в моих рассказах.
я поняла.
мне снился тогда он. целую неделю подряд. теперь он просто вылитый тот парень. такой же целеустремленный и красивый. рядом с ним я чувствую себя не так как со всеми. и это волшебное чувство я не хочу терять. наверное, это любовь.
или нет.

ничего и все одновременно

"ноу-ноу-ноу, я так не могу, я же не знал! блин, я это все не так себе представлял, у меня все распоанированно. во-первых, это все должно случиться в другой стране. мне 35 лет, я успешный, состоявшийся доктор, у меня обширная практика. загородний дом, машина-гибрид, собака. конечно, я не могу завести ребенка раньше собаки. вед это вообще, ВООБЩЕ, другая степерь ответственности. все должно быть поступательно."

я вышла из общажития, обернулась к окну, чтобы увидеть себя в отражении и одеть шапку. на улице сегодня солнечно, но пар изо рта шел весьма приличный, поэтому я изо всех сил старалась скопить больше тепла в черной толстовке и летних джинсах. на душе приятный осадок бурной ночи, в голове ворох дел, которым не суждено быть законченными, в ушах "дельфин", ноги наполнены тяжестью и промежности неприятно ноют, отдавая в низ живота. ехать было далеко, а машина осталась припаркованной у моего дома, совсем в другом районе. мне хотелось идти пешком, но времени особо не было, впрочем как и очень важных дел.
просто меня ждали, а я не любила опаздывать.
следом за мной на крыльцо выбежал тот, благодаря которому у меня болело все, и обнял на прощанье. я вежливо улыбнулась, поблагодарила за приятную ночь, на этом мне бы и хотелось, чтобы кончалось наше общение, но он был явно неравнодушен ко мне. вся кожа ныла от язв, хотелось орать, сдерая с себя все. прыгнуть в снег, холодную воду. маршрутка будто специально ехала кое-как. я то и дело отдергивала рукава и капюшон, скрывая от общества красные пятна на коже. распухшие пальцы нервно теребили жеваную сотку, а солнце облизывала дома на Ленина. я уже сейчас знала, что день потерян, что я ничего не сделаю из того, что хотела.
и я оказалась права.
горячие струи воды с трудом смывали кровь с плеч и бедер. дрожь унять не хватало сил, да и не хватает до сих пор. основательно смазав все раны мазью, я развалилась нагая на кровати, забив на то, что штор у меня не было. покрывало больно впивалось в спину, здесь уже давно никто не уберался. в квартире висела звонкая тишина, где-то на кухне тикали часы. солнечные квадраты куда-то исчезли с пола, на стекле скопилась испарина. похолодало еще больше. мне стало как-то уютно, я улыбнулась в потолок и обняла подушку.
я смеялась и не могла остановиться; занырнув в стринги, отправилась искать свои заначки. кухонный стол был наполнен до краев какими-то вонючими пакетами, в них лежал и табак и какие-то орехи, старые крупы. на столешнице громоздились банки с разными чаями, которые только я умею смешивать так, что потом развозит как после легких наркотиков, пепельницы, кружки с чифирным налетом. в одной из чайных банок нашлась скрученная в трубочку фиолетовая бумажка. за небольшим натюрмортом на стене, написанным Валей, я все таки нашла то, что искала.
смятая пачка винстона.
господи, как я хочу курить.
холодный стул под чуть более теплыми ягодицами показался адски приятным, зажигалка в пальцах, как будто часть руки, я закрыла глаза, вдыхая долгожданный аромат. закурила и уставилась на расписанную стену в кухне. здесь все также написаный мной зеленый парк с большими кленами, который мне напоминает Валеру. закинув ноги на подоконник, я стала пускать колечки дыма в потолок, грустно улыбаясь призрачным воспоминаниям.
как все изменилось.