не bc меня

не дай мне умереть. спроси

Как-то летом один мальчик со своей семьёй поехал отдыхать на дачу. Приехали, расположились, мама накрыла на стол, стали ужинать. Мальчик налил себе лимонада, только поднёс стакан к губам, как у него зазвонил телефон. Пришлось бежать в соседнюю комнату отвечать на звонок. Это звонил его приятель узнать, что им задали сегодня в школе. Мальчик ответил, что сейчас на даче, посмотреть не может что им задали.
Вернулся за обеденный стол. Выпил наконец свой лимонад. Стал думать чем бы заняться. Но было уже поздно и хотелось спать. Мальчик поднялся в свою комнату на втором этаже. Там было очень душно и пахло сыростью. Поэтому мальчик открыл нараспашку окно чтобы проветрить комнату. Разделся и лёг на кровать…
Утром мама заходит в комнату сына. Смотрит - окно нараспашку. Смотрит - её сын лежит на кровати белый-белый. Только губы какие-то сине-чёрные. Поняла мама, что умер её любимый и единственный сын. Вызвала скорую помощь, но врачи сказали, что уже ничего не сделаешь. Мальчик помер часа четыре назад, его тело уже успело остыть.
Стали разбираться. Оказалось, что у мальчика вообще не осталось крови в организме. Странно как-то это. Но потом нашли рядом с кроватью нескольких комаров, раздутых от выпитой крови. Они так напились кровью мальчика, что даже не могли взлететь. А под столом нашли ещё летучую мышь. Живот у неё тоже раздуло от выпитой крови. А ещё она крепко спала, что даже не реагировала на прикосновения к своему телу.
Тут только до мамы дошло что же произошло. Она очень много работает, а по ночам мучается бессонницей. Поэтому ей приходится перед сном пить снотворное. Бросаешь такое снотворное в воду, оно там растворяется, а потом пьёшь. Вчера мама бросила таблетку в лимонад, но его по ошибке выпил её сын. Он заснул так крепко, что не чувствовал, что его едят комары и летучие мыши.

Когда я был маленьким, еще жива была моя бабушка. Правда, была она уже очень старая, давно ослепшая и глухая, практически неподвижная. Как сейчас помню ее, высохшую как скелет, сидящую на своей кровати за русской печкой и непрерывно бубнящую: «Господи, когда же ты заберёшь меня к себе?..»

Просторная кухня в нашем доме разделялась печкой на несколько комнат. Самая маленькая, тёмная, была отведена для слепой бабки, откуда она в последние годы не выходила — не было сил. А в самой светлой комнате на диване спал я.

И вот однажды ночью я проснулся оттого, что мое лицо ощупывали холодные костлявые руки скелета. Можете представить, что я почувствовал!.. Хорошо еще, что выключатель был прямо у меня над головой. Я подскочил на диване и включил свет. Передо мной стояла высохшая, худая как жердь бабушка.

— Бабка, что тебе надо? — закричал я ей в ухо.

— Кто-то стучит в окно, — ответила она и потом еще несколько раз повторила эту фразу.

Помню, что я тогда очень удивился: почему совершенно глухая старуха слышит какой-то стук в окно, а я нет? Видать, померещилось бедной…

Я разбудил мать, и она уложила бабушку спать. А на другой день бабка умерла. Это за ней смерть приходила, объяснила мне потом мать. Она всегда накануне стучится в окно, но этот стук может услышать только тот, за кем пришли…

Летом я часто живу на даче. А по соседству со мной участок принадлежит какой-то бабке, вроде сумасшедшей, но не буйной. Целыми днями сидит на лавочке у себя перед домом и бормочет что-то под нос, так, что не разобрать.

Я как-то обратил внимание, когда мимо проходил, что она вроде гладит кого-то, кто на коленях сидит. Думал, кот — присмотрелся, а нету никого, просто руки над коленями держит так, будто придерживает кого-то, и одной рукой по воздуху гладит. Я тогда подумал, что наверное у нее был кот когда-то, вот она и привыкла, и когда задумывается, рука у неё привычные движения совершает, будто кот на коленях сидит. Ну, как у Булгакова, когда Йешуа догадался, что у Пилата есть собака, когда тот во время головной боли делал движения, будто гладил её.

А однажды ночью, когда я спал на даче, вот что случилось. Просыпаюсь от того, что рука лежит на чем-то шерстистом, лежашем у меня под боком. Ну, я спросонья решил, что кот мой, погладил по привычке, но чувствую — шерсть слишком жесткая какая-то. И тут вспоминаю, что я на даче, а кот-то у меня в городе. Просыпаюсь, естественно, сразу же, но не дергаюсь, и быстро думаю — что делать. В голове тут же план созрел — быстро накрыть одеялом, что бы это ни было, и в окно выкинуть.

И только я первое движение сделал, как это что-то с кровати спрыгнуло и к двери метнулось. Я только краем глаза заметил силуэт, и что-то странное в движении его было. Я вскочил, дошел до двери, вижу, приоткрыта, и успокоился, решил, что просто дверь забыл закрыть вечером и какой-то кот забрел ко мне, а может собачка чья-нибудь.

Возвращаюсь, прохожу мимо окна, и вдруг прямо за ним вижу лицо бабки с соседнего участка. Я еще никогда её такой не видел, волосы седые распущены, на ветру развеваются, глаза огромные, и прямо на меня смотрит. И так страшно мне стало, я от окна отпрыгнул назад, а она бросилась на свой участок, огромными прыжками. Я еще долго успокоиться не мог, но лег и уснул в конце концов. И уже когда засыпал, тут до меня дошло, что странного было в том убегающем коте, или собаке, кто бы уж там не был — двигался он так, как будто бы не бежал, а катился по полу к двери.

Наутро проснулся, пошел за водой, прохожу мимо участка бабки, а она как всегда, сидит на лавочке, и под нос себе что-то бормочет, причесаная, тихая, как обычно. Я уж подумал, приснилось мне ночью, как она в безумном виде по участкам бегала. А поближе подхожу, и слышу, как она произносит, разборчиво совершенно, и рукой, как всегда, гладит что-то невидимое у себя на коленях:

- Что же ты, зачем ночью бегать меня за собой заставил, а? Зачем к парню ночью залез, вон как напугал его!

Меня аж в дрожь бросило, я едва сдержался, чтобы на бег не перейти.

Стал потом справки об этой бабке наводить, никто толком ничего не знает, кроме того, что она лет десять в психушке провела, а с тех пор, как выпустили, все сидит у себя перед домом на лавочке целыми днями.

И только однажды, день победы был, выпили мы с одним мужиком в возрасте, из поселка, и он рассказал мне, что бабка эта лет пятнадцать назад своего деда зарубила топором, и голову ему отрубила. И когда менты приехали, она сидела на той самой лавочке у себя перед домом, улыбалась, а отрубленную голову деда своего держала на коленях, и всё гладила и разговаривала с ней.

Когда-то у меня был племянник Костя. С самого раннего детства этот ребенок удивлял всех вокруг. Во-первых, он никогда и ни по какому случаю не плакал и не капризничал, а был всегда радостным и умиротворенным. И очень терпеливым. Ему и голову качелями в кровь расшибало, и руку он себе насквозь гвоздем прокалывал — и никто не видел в его серых, очень умных глазах даже маленькой слезинки.

С одной стороны, Костя был не по годам смышленый и рассудительный, а с другой — мог озадачить окружающих какими-то странными, одному ему понятными фразами. Когда мальчику исполнилось два года, его отец как раз рубил избу, и Косте часто об этом напоминали: мол, скоро в новом доме будешь жить, просторном, светлом. На что двухлетний ребенок спокойно отвечал:

— У меня будет свой домик, тоже новый, только маленький.

Я помню, как перед первомайскими праздниками Костя несколько дней гостил у нас, а потом за ним приехала мать, моя старшая сестра. Бабушка, провожая внука, привычно спрашивала:

— Ну, когда опять в гости придешь? На День Победы, а может, раньше? Гляди, бабушка скучать будет…

— Не, — отвечал Костик, — я вообще больше не приду. Но ты, бабушка, не скучай, ты сама теперь приходи, я тебя буду ждать.

Естественно, тогда на его лепет никто не обратил особого внимания, но Костины слова оказались пророческими. Мальчик погиб как раз в День Победы: в то солнечное майское утро он игрался возле строительного леса, который его отец завез для возведения новой избы. Бревна были плохо закреплены, раскатились и задавили ребенка насмерть.

После смерти Кости вспомнились многие его пророчества. Откуда этот дар предвидения у двухлетнего ребенка? Вот уж поистине устами младенца глаголет истина. Только почему она преподносится в виде загадок и недомолвок, смысл которых мы понимаем только потом…

Этот случай произошёл со мной несколько лет назад, когда я учился в шараге. Не знаю, почему раньше я никому не рассказывал о нём. Может, пытался убедить себя в том, что этого не происходило. Хотел верить, что мне всё приснилось, привиделось. Что же, мне это почти удалось.
Четыре года я об этом не вспоминал. Ложился по вечерам в постель и засыпал без сновидений. Меня не мучили ни ночные кошмары, ни нарушения сна. Я был, можно сказать, счастлив.
Шарага, студентом которой я являлся, представляла собой четырёхэтажное здание, но правильнее сказать, что этажей было пять. Существовало ещё полуподвальное помещение, которые также использовалось для занятий: окна вровень с землей, лампочки как на пикрелейтед – не знаю, как они называются, помню только, что они имели паскудное обыкновение «моргать» — быстро-быстро тухнуть и загораться, как в фильмах ужасов. А ещё там проходили вентиляционные, что ли трубы нехуёвого диаметра – небезосновательно полагаю, что там мог бы поместиться человек.
Попасть в подвал, как мы его называли, можно было либо с улицы, либо непосредственно изнутри здания. Когда я был курсе на втором, инспекция люто выебла за это руководство шараги – вроде как это не соответствовало пожарным нормам. Оставили только вход с улицы, а вход из здания заложили кирпичом. Чуть позже заложили кирпичом и дверной проём в подвале, который вёл на лестницу. Таким образом, лестничный проём, который вёл из здания шараги в подвал, оказался заблокированным с обеих сторон… я понятно изъясняюсь, анон? Извини, просто я снова услышал этот звук, отчётливее, чем когда-либо, и мои мысли дрожат и путаются.
Как-то я завалился в альма матер за пару дней до Нового Года. Мои прилежные однокурсники ебали тней и употребляли алкоголь на заслуженном отдыхе, а мне ещё даже к экзаменам не допустили, поскольку я был весёлым распиздяем и находил много дел, куда более интересных, чем учёба.
Отработку мне назначили в одном из кабинетов подвала, но когда я потянул на себя дверную ручку, выяснилось, что там закрыто. Старая сука преподша, которую я в семестре стебал как только мог, решила на сей раз простебать меня и задержаться. Настроение моментально испортилось. Я упал в продавленное кресло и начал выковыривать порол из-под обивки, как вдруг услышал, что кто-то играет на пианино.
Я не удивился – в программу факультета дошкольного образования входили азы нотной грамоты, и инструмент для отработки песен про зайчиков и ёлочки стоял как раз в подвале. Меня больше заинтересовало, кто играет. Наверняка, такой же безблагодатный проёбщик, как я. Проёбщица. Решив, так сказать, совместить приятное с полезным, я поднял жопу и пошёл знакомиться.
Музицирующая тян оказалась такая, что хуй радостно шевельнулся в штанах. Очень худенькая, очень светлые волосы – всё как я люблю, ещё и одетая не по сезону легко, в минимальную маечку, под которой – я разглядел даже при моргающем свете – не было лифчика.
Тян играла какую-то простую мелодию – не «Собачий вальс», но около того, и не обращала на меня внимания. Била по клавишам так, что звуки выходили отрывистые, громкие и довольно неприятные. Вроде музыка, а как напильником по зубам. Впечатление усугублялось тем, что кроме нас двоих в подвале никого не было, и стояла бы абсолютная тишина, если бы не звуки пианино. И её лицо – оно было отсутствующим, безэмоциональным. Ни проблеска мысли в глазах. Она играла и играла свою мелодию без начала и конца, как делают аутисты, повторяющие одно и то же действие бесконечно много раз.
Я уже тогда почувствовал себя не в своей тарелке, анон, но решил заговорить с ней. Не с целью завязать знакомства, как собирался поначалу, сколько для того, чтобы разрушить гнетущую атмосферу, которую тян создавала своей игрой и своей отстранённостью.
Я поздоровался, и она, как по команде, убрала руки с клавиш. Стало совсем тихо – я бы сказал, неестественно тихо. Обычно доносился хоть какой-то шум с улицы. Тогда же я не слышал ничего. Даже в ушах зазвенело, такая стояла тишина.
Тян встала и прошла мимо с низко опущенной головой. Лица я не успел разглядеть, но заметил, что она буркнула что-то приветственное на ходу и вроде бы кивнула.
До сих пор не пойму, какого хуя я пошёл за ней.
Свернул в ведущий на лестницу коридор, поднялся по ступеням, заваленным строительным мусором, и наткнулся на нештукатуреную кирпичную кладку, на месте которой когда-то была дверь. Да, дверь… я ведь и забыл, что её больше не существовало. Как не было и той двери, через которую я только что вошёл. И тян не было. Она просто исчезла.
Осознав это, я, перепрыгивая через две ступени, помчался вниз. Мои ладони с размаху ударились об стену. Проход был замурован, как и полагается, вот только я каким-то образом оказался внутри.
Ещё такой момент – когда я вошёл в коридор, там был полумрак. Не светло и ясно, как солнечным днём, но и не темно, как у нигры в жопе. Крошечное окно под самым потолком таки давало немного света. Теперь же в коридоре потемнело. Я с трудом мог различить, что находится в паре шагов от меня. А под лестницей вообще сгустился мрак – не тёмно-серый, а непроницаемо чёрный, плотный. Думаю, его и фонариком было бы не разогнать.
Я стоял как раз спиной к этому мраку, и что-то подсказывало мне, что если я обернусь, то сначала обосрусь от страха, а затем сойду с ума. Я чувствовал на затылке чей-то внимательный взгляд, который неторопливо наблюдал за мной из-под лестницы. Я ударил в стену и несколько раз крикнул что-то типа помогите-спасите, но вышло у меня неубедительно, как у актёра из плохого кино, и мои крики увязли в непроницаемой тишине того места, где я очутился.
Меня передёрнуло от паники, и я помчался наверх. Обрывки мыслей молниеносно сменяли друг друга – окно находится достаточно высоко; но с верхней ступеньки я смогу забраться на подоконник; а смогу ли я его выдавить до тех пор пока…
Какой-то жалкий миг я смотрел во мрак. Это заняло меньше секунды, но клянусь тебе, анон, даже такого короткого промежутка времени мне хватило, чтобы осознать на собственной шкуре смысл выражения «кровь стынет в жилах».
Под лестницей сидело то, что было тян. Она (оно?) была голой, а её разорванные лёгкие одежды валялись поодаль. Судя по всему, она как-то беззвучно положила их в метре от меня, пока я стоял спиной. То есть, она приближалась ко мне, была совсем рядом – и это было по-настоящему страшно, анон, потому что то, как она выглядела, не имело ничего общего с внешностью игравшей на пианино светловолосой девушки.
Её пальцы срослись и огрубели, а сами руки и ноги сильно увеличились в длину и на них появились дополнительные суставы. И конечностей было не четыре, а восемь, и между ними болталось бледное брюхо в проплешинах, неравномерно обросшее спутанными волосами, напоминающими лобковые. Голубые глаза без ресниц стекленели на одутловатом лице, и под ними располагалось ещё несколько пар глаз попроще, с водянистой радужкой во весь белок и без зрачков. С треском разлепилась щель внизу брюха и оттуда вылилась белая заплесневелая слизь, пахнущая трупом. То, что сидело под лестницей, было мертво уже много лет.
Я взбежал по лестнице и с верхней ступени зацепился за подоконник и подтянулся

на него. Мне это удалось не сразу, в первый раз я сорвался и упал. К тому моменту я плакал навзрыд. Тварь внизу производила громкие шевеления – кажется, вылезала из-под лестницы. Она не торопилась. Ей нравилось со мной играть.
В окно я бился, как безумный, не обращая внимания на то, что на улице уже стемнело (а я пришёл в шарагу с утра и не мог провести здесь более часа). С третьего удара я выбил стекло и вывалился наружу вместе с осколками, некоторые из которых вонзились мне в руки и лицо. Не замечая боли, я вскочил на ноги. За моей спиной послышался утробный вой, и что-то шлёпнулось мне на плечо и прожгло куртку насквозь.
Дома я зажёг везде свет и спать не ложился. Боялся, что оно придёт за мной, лол. Родителям ничего не рассказал – сначала от шока не мог ни с кем разговаривать, а потом, отойдя, решил, что мне всё равно не поверят.
Я перевёлся из той шараги, анон. Невозможно учиться, когда во время занятий ты слышишь, как за дверью кто-то играет на пианино, а в вентиляционных трубах кто-то ползает. Другие тоже слышали это, но они не сталкивались с тем, с чем столкнулся я, и рассуждали так – мало ли какая студентка может играть, а в трубах – крысы.
Только я знал правду. Знал, что это оно. Что рано или поздно оно застанет меня в одиночестве и накажет за то, что я осмелился от него сбежать.
Я перевёлся из шараги, а скоро вообще бросил учёбу. Подался в строительство и неплохо поднялся. Купил сначала одну квартиру, и сам в ней сделал ремонт, затем другую – соседнюю. Хотел сделать из двух квартир одну и уже начал ломать стены между ними, а входную дверь во вторую квартиру замуровал (нахуя мне две двери).
И недавно вечером, расслабленно поддвачивая капчу, я услышал из глубины своей расширенной жилплощади звуки. Кто-то играл на пианино. На следующий день я восстановил те стены, которые уже успел сломать, но оно не перестало играть. Иногда я слышу, как по ночам оно ходит внутри и скребется в стены, как будто проверяет, можно ли ко мне пробиться. Соседи снизу жалуются на меня из-за шума.
У меня начались проявления лунатазима. Я просыпаюсь стоя и совсем не в своей кровати. На днях я проснулся у стены, за которой что-то так и ходило ходуном.
Родители у меня умерли, друзей у меня нет – после того случая я стал угрюмым и замкнутым, как будто проклятая тварь забрала всю мою жизнерадостность. И живу я на девятом этаже, так что на этот раз через окно мне спасти не удастся.
Я почти перестал спать. И мне страшно, анон.
Мне страшно.

Можно прям чуть-чуть вопросиков? ПЖАЛКИ

Сюда :-)

уже устала ныть, вопить и тыры-пыры, но бляя..верните Садошу моего

Берёте и спрашиваете про что хотите даже про хуи

Верните мне Садовникова.Плс

Я так соскучилась по нашим ночным разговорам, по нашим дракам, подъёбкам, обнимашкам и целовашкам, которые мы устраивали специально дабы позлить окружающих;соскучилась по выходам с уроков и хождении по пустой школе в то время, когда у всех урок, а мы вместе. Я так скучаю по его смскам на ночь, смскам по утрам и в течение всего дня.Я СКУЧАЮ ПО НЕМУ: '(

ты даже в щечку мило целуешь)

проще найти другого парня, чем напроситься домой к моему ахуенному

стояла рядом, чувствовала запах его рук.мм..адеколон и сигареты.так прекрасно.я умирала, правда.блять, я просто счатлива, что мы знакомы.

Muzicons.com