Faster, Pussycat, Kill! Kill!

однажды утром ты проснешься и поймешь, что всё закончилось,

ты сядешь на кровать, обнимешь коленки ладонями

и станет холодно

потом ты встанешь и пойдешь босиком на кухню

нальешь себе кофе и выкуришь сигарету

и всё будет так же,

и небо в окне, и лестница в подъезде

и мир не перевернется

Иногда ей просто хотелось остановить кого-то на улице, кого-то хорошего, доброго с виду, и сказать: «Мне плохо».

Вирджиния Вулф
" Миссис Дэллоуэй"

И если между двумя близкими людьми доходит до того, что они должны обязательно о чем-нибудь разговаривать, то, сколько б они не говорили, они никогда ни до чего не договорятся. Говорить хорошо, когда за словами счастье, когда слова льются легко и свободно. А когда человек несчастлив, могут ли помочь ему такие неверные ненадежные вещи, как слова? От них только тяжелее.

люди не исчезают из твоей жизни.

они отлипают - как пластырь от раны.

сдирая всё. до крови.

когда любишь человека, ты любишь его любого. когда он злится и ругается в пробке. когда полумертвый от усталости приползает с работы. когда он простуженный, с заложенным носом и воспаленным горлом и отбивается от попыток уложить его в постель и напоить горячим молоком с медом. когда он плачет в кино. когда он весь день самозабвенно напевает какой-нибудь дурацкий хит, страшно при этом фальшивя. когда "соседи-подонки", "зенит-чемпион ", "траффик неважный", "гаишник-урод" и "Господи, опять понедельник". когда он опаздывает, торопится, дергается, раздражается по пустякам, жует на ходу, смеется там, где совсем не смешно, язвит, хвастается, дуется, не высыпается, нудит, боится идти к стоматологу, лезет с ненужными советами, рассказывает пошлые анекдоты, думает, что он всегда и во всем прав. ты любишь его от макушки до пяток с обгоревшими на солнце плечами, содранными коленями, трехдневной щетиной, воспаленными от бессонной ночи глазами, шрамом от аппендицита. со всеми причудами, капризами, амбициями, симпатиями-антипатиями, депрессиями, страхами, слабостями, болезнями, глупостями, умностями. странное это чувство - любовь. будто она подсвечивает любимого человека каким-то неоновым нездешним светом, в котором все кажется бесконечно дорогим и родным.

Люди не поезда, чтобы возвращаться туда и обратно.
У них нет расписания
Уходить, приходить, оставаться.

Люди не вечны, как вода или ветер.
Утром ты дышишь,
Днем ушел в бесконечность.

Люди не искренне, с теми кто дорог.
Проще уйти.
Провести гвоздем между ребер.

Люди не любят делать ошибки.
Признание это,
Будто выступление в цирке.

Люди не помнят, родное и близкое.
Забывается всё.
Во времени или числах.

Люди не люди в последнее время.
Если вы любите,

Любите до восьмерки в падании.

Всё пустое. Ничто ничего не означает. Пусты слова и пусты действия.
А мы не спим ночами, думая о том, как он держал вас за руку, когда вы ехали в машине, ложил руку на руку при друзьях, показывая всем, что ты его. Как возвращались домой холодной ночью, и он обнимал тебя, держал за руку и волновался за то, не холодно ли тебе. Как вы просыпались утром и еще долго лежали в обнимку. Как он ложил голову тебе на колени. Как обнимал и целовал.
Потом мы открываем папку «входящие» и читаем сообщения о том, как по нам скучают, как хотят быть рядом. Как просят прощения и не хотят ругаться. Как хотят быстрее увидеться.
Вспоминаем о том, как звонят посреди ночи и говорят, что не хотят спать без родного тепла рядом. Как предлагают приехать прямо сейчас, забыв обо всем. Как срываешься с самого утра или поздно вечером лишь бы увидеться.
А потом все проходит. И не важно, что этому виной. Люди так много всего делают впустую, что невольно задумываешься – а стоят ли эти слова и поступки хотя бы одной нашей слезинки? Что-то обрывается так резко, как и началось, и люди совершенно не придают внимания своим совершенным поступкам и сказанным словам.
Я ненавижу тебя.

Не запрещай себе творить,

Пусть иногда выходит криво —

Твои нелепые мотивы

Никто не в силах повторить.

Не обрывай свои цветы,

Пускай растут в приволье диком

Молчаньем, песней или криком

Среди безбрежной пустоты.

Не запрещай себе летать,

Не вспоминай, что ты не птица:

Ты не из тех, кому разбиться

Гораздо легче, чем восстать.

Не запрещай себе любить,

Не нужно чувств своих бояться:

Любовь не может ошибаться

И всё способна искупить.

Самую сильную боль причиняет друг, самый лучший. С которым ты проводил время, за которым ты готов был идти и в огонь, и в воду. Но в один прекрасный момент этот человек уходит от тебя и забирает с собой всё: все надежды, мечты. Всё самое дорогое. Ты сидишь и смотришь фотографии, на которых вы были вместе, когда вам было весело. Сидишь и понимаешь - этого больше не будет. Тебе хочется кричать, рвать и метать. Просить прощение, даже если не виноват, но лишь бы быть опять вместе, рядом. Но… ты понимаешь, что твоему лучшему другу не до тебя, что он нашел тебе замену. И от этого такая дыра в груди, опустошенность.

Нынче ночью я приходил к тебе,

но тебя не было дома,

и дома твоего не было в городе,

и города такого

не было на земле.

Бесик Харанаули

я помню этот запах наизусть он сладок, так пленителен и манит. по вечерам меня ломает, ну и пусть я разрешу себе подумать «как же тянет». я знаю, этот запах не вернуть и не дурачиться, не обнимать за плечи. а как хотелось все обратно повернуть, не слушать фразы, мол, что время лечит.

Моя девочка несла бред с умным лицом.

Поднималась на носочки, чтобы меня поцеловать.

Залезала руками под мою футболку и грела их.

Сидела у меня на коленках.

Толкала меня в снег.

Показывала мне языки.

Брызгалась из фонтана.

Прятала мои сигареты.

Постоянно что-то рассказывала.

Смеялась надо мной по-доброму.

Шептала какие-то песенки мне на ухо.

Заставляла меня ходить с ней по магазинам.

Готовила мне булочки по субботам.

Гладила мою одежду.

Иногда помогала мне с уроками.

Дарила мне открыточки в форме сердечек.

Просила встречать её и провожать.

Звала гулять в дождь.

Запрыгивала мне на спину, чтобы я потаскал её.

Обнимала меня крепко.

В трамвае голову клала на моё плечо.

Все наши фотографии распечатывала и вешала над кроватью.

Мыла за мной посуду.

Рассказывала мне обо всем.

Любила надевать мой синий свитер. Я даже привык.

Перебирала пальцами волосы на моей голове.

Рисовала пальцами сердечки на моей коже.

Щекотала меня до изнеможения.

Засыпала под мои сказки.

Смски мне писала. Милые такие. Я улыбался, когда читал их.

В её телефоне было только два номера: её мамы и мой.

Каждое утро я слышал по телефону её «Доброе утро» и знал, что она улыбается.

Говорила, что любит меня безумно.

А потом перестала мне звонить.

И не отвечала на мои звонки.

Я больше не видел её улыбки.

Не слышал её песенок на ухо.

В папке «входящие» не было от неё смс.

В моей ванной больше никто не рисовал сердечки на запотевшем зеркале.

Никто не прятал мои сигареты.

Я придумал столько сказок, которых мне не кому было рассказать.

Бесполезной стала вторая зубная щетка.

Моя одежда была мятая, посуда не мытая.

Я выбрасывал стринги, забытые какими-то суками, но всегда хранил её белую маечку для сна.

По субботам я ел бутерброды, а не её булочки.

Мой синий свитер был аккуратно сложен на полке.

Я никому больше не разрешал его надевать.

Все были моими суками, а она - моей девочкой.”

я лежу на мокром, сером асфальте.
те, кто меня по частям воровал

немедленно всё отдайте

не знаю,

смогу ли я когда-нибудь взять

тебя за руку и рассказать,

какой несмолкаемый ливень

случился со мной той ночью.

даже не знаю,

смогу ли вообще увидеть тебя.

мне бы так хотелось однажды.

или когда-нибудь.

рассказать тебе все не

ползущими ниже и ниже

строчками текста, а сидя

рядом и держа тебя за руку.

дада,

обыкновенный дождь,

дождь и дождь,

что

здесь занимательного, но для

той грозы, окрасившей ночь в

желтое,

тонкими линиями тяготеющее

к фиолетовому и черному, я бы

придумала самые

лучшие на свете слова и

подбирала бы их осторожно и

не спеша. и -

непременно - держа тебя за

руку.

может быть, та ночь произошла

для того, чтобы я могла

говорить с тобой и при этом

держать тебя за руку.

и держать тебя за руку.
и держать тебя за руку.

Вы в детстве когда-нибудь примораживали палец к чему-нибудь холодному? Ну, типа водосточной трубы, когда зима и мороз. Намертво, чтобы с кровью? И вас это ничему не научило? Примерзнуть к холодному намертво - это самое простое природное явление. Вы ведь знаете и помните, да? Вот и ходим примороженные друг к другу намертво, душа к душе: одна холодная, друга теплая, примерзшая намертво. К теплой душе так не примерзнуть никогда, как ни пробуй. А к холодной - элементарно, только прикоснись…