я верю, нас отпустит

помнить до точки
до родинки
до траектории каждого позвонка
я проживаю все это снова и снова
как в дне сурка
мио, пока мое сердце
бьется по пустякам
время стирает лица
с наших с тобой совместных

все что меня убивало
теперь боится
при встрече смотреть в глаза
я бы хотела смочь
все тебе рассказать
между второй и пятой
без про и контра
в один бесконечный залп
жаль что тебе стабильно
безынтересно

2.

счастье не помнит меня
ни по имени ни в лицо
курит пьет чай
с мятой и чабрецом
щурится
в теплом дыму и дреме
молчит теребит кольцо
на безымянном
спокоен и безучастен

я научилась не думать
и не следить
сколько пустых пространств
у него в груди
с кем он там
что мне
по чеку и уходи
бог с ним
ему позволительно
он же счастье

3.

в баре стояла тактильная тишина
ты и пила одна
и была одна

4.

я не помню отчетливых линий
своих отражений случайных встреч
я сумела найти тебя но не смогла сберечь
кто то счастлив
в своих бесконечных
пустых фри лав

бегбедер оказался не прав
совсем не прав

самое сложное — смириться и отойти, не бороться больше, выжить и повзрослеть.
ты смотришь, как кто-то стоит на твоем пути и предрекает вашу борзую-смерть.
самое сложное — всё принять, не чинить допрос, не роптать на судьбу, не требовать объяснить —
просто принять и уйти, как подбитый пес, с верой в себя и в возможность за всё простить.
бесспорно, сложно чувствовать, что жива, уверенно видеть радугу впереди,
но самое сложное — «отринуть соблазн родства» и просто спокойно в гармонии отойти.

очень нужно быть четкой, девочка, нужно быть резкой,
уходить по-английски, являться по-королевски.
очень нужно быть сильной, милая, нужно быть строгой,
не продаться ни за гроши, ни за ради Бога.
очень нужно быть твердой. твердость сродни металлу.
чтобы стержень, что доставали, но не достали.
очень доброго утро девочке, доброй ночи,
чтобы помнить: такие слезами постель не мочат.
очень нужно быть милой, девочка, быть пригожей.
можно даже пушистой, но с бегемотьей кожей.
очень-очень нужно как Маргарет, леди Тетчер
с броненосной улыбкой домой приходить под вечер.
очень нужно быть первой, милая, быть не промах,
так, чтоб залпом да на спор могла полбутылки рома.
очень нужно как стойкий солдатик, как оловянный
не бояться с обрыва головушкой окаянной.

просто очень устала девочка, утомилась,
что сдается не победителям как на милость.

очень нужно бы верить, милая, верить свято,
что когда-то тебе за это сполна заплатят.

ты сжигаешь мосты, ну а я к тебе, видишь, -
вплавь.
и сметая преграды на длинном своем
пути,
выбиваюсь из сил, чтоб сказать тебе: "слышишь,
знай,
я хотела быть большим, чем просто щелчок
в груди".

мне хотелось быть лучшей. сейчас я тебе
кто?
просто старый знакомый, чье фото хранишь
в душе?
я, наверно, сказала так много не тех
слов.
они все бумерангом вернулись ко мне
уже.

пистолет направляешь вверх, ну а я, понимаешь -
ввысь,
будто крылья на месте, и будто бы не
в крови.
ты стреляешь во всех абсолютно невинных
птиц,
но меня ты не тронешь, мы слишком с тобой…
свои.

ты стоишь предо мной, - у меня не осталось
слов.
я хотела быть большим, чем просто щелчок
в груди.
ты молчишь. мы с тобой наломали так много
дров.

мне хотелось стать кем-то, за это меня
прости.