здесь слышен океан

Представляю своих одноклассников в костюмчиках в 11. Как всегда обычные хуи, только в костюмчиках.

У какого-то мужика стоит положение: влюблён в Спорт Зал. Вот я сижу и потихому с истерическими отрывистыми смешками скатываюсь под стол. Как назвать такого человека? Каким словом охарактеризовать? Кто он? Что принесёт в общество? Спорт - это отлично, здорово, но когда кроме него человек ничего не видит, хочется заехать ему гаечным ключом прямо по роже и в порыве эмоции заорать несусветный бред, чтобы этот спортсмен, которому его увлечение выело весь мозг, встал на ноги и хотя бы немного подумал ГОЛОВОЙ.

Патриотизм в нашей стране всегда отличается своеобразной ароматической гаммой, и его крайнее проявление — это вши. Любовь к родине у нас — факт антисанитарный. Любить ее? За что? В Украине человек никогда не получит от родины взаимности в виде гражданских гарантий и культурно-исторических ощущений. А безответно любят только сумасшедшие.

Резкий звон ворвался в полутьму,
И она шагнула к телефону,
К частому, настойчивому звону.
Знала, кто звонит и почему.

На мгновенье стала у стола,
Быстро и взволнованно вздохнула,
Но руки вперед не протянула
И ладонь на трубку не легла.

А чего бы проще взять и снять
И, не мучась и не тратя силы,
Вновь знакомый голос услыхать
И опять оставить все как было.

Только разве тайна, что тогда
Возвратятся все ее сомненья,
Снова и обман и униженья -
Все, с чем не смириться никогда!

Звон кружил, дрожал не умолкая,
А она стояла у окна,
Всей душою, может, понимая,
Что менять решенья не должна.

Все упрямей телефон звонил,
Но в ответ - ни звука, ни движенья.
Вечер этот необычным был,
Этот вечер - смотр душевных сил,
Аттестат на самоуваженье.

Взвыл и смолк бессильно телефон.
Стало тихо. Где-то пели стройно…
Дверь раскрыла, вышла на балкон.
В первый раз дышалось ей спокойно.

Эдуард Асадов

Меня вы жалко не просили,
Не умоляли вы в слезах,
За путешествия в постели
В чужих объятиях моих глаз.
И я мучителен в прощеньях,
Забытый словом человечьим.
Понять лишь смог все отвращенье,
Предав иных своим увечьем.

Весна- это просто синдром,
Меня убили трое.
Прохладный души паром,
Омываемый горячим морем.

Залитый висками с колой,
Кричу себе:
Давай! Свои нервы готовь!
Меня убили трое.
Вера, Надежда, Любовь.

Сначала спасибо за развод. Я не видела детей в своем окружении, которые радовались такому, но 7 лет назад я готова была плясать, узнав эту новость. Ты прости меня, отец, если это слишком дерзко. Ну а чего ты хотел? После всего случившегося, неужели ты думал, что я буду относиться к тебе как к отцу? Прощение - это одно дело, уважение - совсем дугое. Ты не достоин этого и вряд ли когда-то будешь. Даже сейчас ты не можешь опомниться. Сделай это как можно быстрее, я не хочу, чтобы ты мучался дальше из-за своих ошибок, хоть ты, конечно, и тот ещё мудила. Где ты был, скажи мне, когда я хотела научиться ездить на велосипеде? Где ты был, когда в младших классах, одноклассники меня подкалывали? Где ты был, когда я ссорилась с мамой, а нужно было кому-то выговориться? Где ты был, когда мама лежала в больнице? Где ты был, когда умерла моя собака и её нужно было похоронить? Где ты был, когда я так нуждалась в тебе? Где черт побери?! Я не говорю всего этого тебе, потому что, если ты не можешь\не хочешь помогать мне морально, сделай это хотя бы материально! А не приноси всё в зубах своей безработной подружке!

А тебе, мам, спасибо. Даже в твоем желании сейчас уйти, я знаю, что не такой уход, как у папы. И я его понимаю. Если ты уверена и хочешь… Иди. Я тебя люблю. Да и отца тоже люблю. По-своему, а вернее, так, как он того заслуживает.

так неумело гордилась любовь израненным телом

я дырявая
одна дырка сплошная
я опустела
смешалась с воздухом
такая ирония смешная:
здесь чувствуешь себя
воссозданной<
частью чего-то большего
чем раньше
как будто идешь
дальше
и ничто не цеплыется
ничто не мешает
любовь обременяет
ты знаешь

Что бы ни происходило в вашей жизни, каких бы людей вы не встретили, всё заканчивается тем, что вы сидите за компом и что-то жрёте.

ничего не бойся, кроме лжи!
остальное, впрочем-то, не страшно.
я пешком прошла все этажи
монолитной Вавилонской башни.

ни о чем ни с кем не говори!
разве можно передать словами,
как огонь идущий изнутри
тушится холодными глазами?

с каждым днем все легче мне терять
еще в прошлом дорогие лица.
стала жизнь, как школьная тетрадь:
и не страшно выдернуть страницу!

и не страшно для пустой души,
что былое сделалось неважным.

словно я прошла все этажи
монолитной Вавилонской башни.

я тебя подожду до зимы
до февральских густых морозов
никому не скажу что ты
моя память
мой мир
мой голос

Лучше я перескучаю, чем буду ломиться в дверь, где меня совсем не ждут.

В такие дни как сегодня хочется исчезать