@dikinson
Подписаться
DIKINSON
OFFLINE
skyfall
Дата регистрации: 24 августа 2010 года
Персональный блог DIKINSON — skyfall
DIKINSON
Куинн в 3х16
Я не понимаю одного, почему так мало моей Куинн Фабре в сериале? Слишком мало! Что же это такое?! Давайте нам больше сцен с Куинн!!!
«Перси Джексон и Море Чудовищ»
Съемки – 17 апреля.
Серена: Ты спасла жизнь Чака. И ты сделала это потому что…
Диана: Я мать Чака.
Чак: Это правда?
Диана: Да, Чарльз, это так.
Чак: Не надо. Просто…оставайся там. Ты была в Нью-Йорке в течении нескольких месяцев, приглашала меня на вечеринки, нанимала моих друзей, разгуливала по моей квартире в нижнем белье, спала с моим лучшим другом.
Чак: Неужели тебе не пришло в голову рассказать о том, что ты моя мать?
Диана: Пожалуйста, Чак, я могу объяснить.
Чак: Я.. Я не могу сделать этого сейчас… или когда-либо еще.
"Я всегда буду считать его самым лучшим и умнейшим человеком, которого я когда-либо знал."
- Доктор Ватсон
Роберт Дауни и Скарлетт Йоханссон на премьере "Мстителей" в Москве
Айноя: Я знаю, где мое место…здесь с тобой.
El Barco 2x12
Лейтон и Аарон на пляже в Рио-де-Жанейро - 14 апреля
Ги де Мопассан "Милый друг"
Часть первая.Глава ІІ
— Где живет господин Форестье?
— Четвертый этаж, налево.
В любезном тоне швейцара слышалось уважение к жильцу. Жорж Дюруа стал подниматься по лестнице.
Он был слегка смущен, взволнован, чувствовал какую-то неловкость. Фрак он надел первый раз в жизни, да и весь костюм в целом внушал ему опасения. Он находил изъяны во всем, начиная с ботинок, не лакированных, хотя довольно изящных, — Дюруа любил хорошую обувь, — и кончая сорочкой, купленной утром в Лувре за четыре с половиной франка вместе с манишкой, слишком тонкой и оттого успевшей смяться. Старые же его сорочки были до того изношены, что он не рискнул надеть даже самую крепкую.
Брюки, чересчур широкие, плохо обрисовывавшие ногу и собиравшиеся складками на икрах, имели тот потрепанный вид, какой сразу приобретает случайная, сшитая не по фигуре вещь. Только фрак сидел недурно — он был ему почти впору.
С замиранием сердца, в расстройстве чувств, больше всего на свете боясь показаться смешным, медленно поднимался он вверх по ступенькам, как вдруг прямо перед ним вырос элегантно одетый господин, смотревший на него в упор. Они оказались так близко друг к другу, что Дюруа отпрянул — и замер на месте: это был он сам, его собственное отражение в трюмо, стоявшем на площадке второго этажа и создававшем иллюзию длинного коридора. Он задрожал от восторга, — в таком выгодном свете неожиданно представился он самому себе.
Куинн: Я обещаю, к тому времени, как мы поедем на Национальные, я избавлюсь от этого кресла и буду танцевать на сцене.
