FILΛTOMΛNIΛ

Обнимаю тебя кругозором

Гор, гранитной короною скал.

(Занимаю тебя разговором —

Чтобы легче дышал, крепче спал.)

Феодального замка боками,

Меховыми руками плюща —

Знаешь — плющ, обнимающий камень —

В сто четыре руки и ручья?

Но не жимолость я — и не плющ я!

Даже ты, что руки мне родней,

Не расплющен — а вольноотпущен

На все стороны мысли моей!

…Кругом клумбы и кругом колодца,

Куда камень придет — седым!

Круговою порукой сиротства, —

Одиночеством — круглым моим!

(Так вплелась в мои русые пряди —

Не одна серебристая прядь!)

…И рекой, разошедшейся на две —

Чтобы остров создать — и обнять.

Всей Савойей и всем Пиемонтом,

И — немножко хребет надломя —

Обнимаю тебя горизонтом

Голубым — и руками двумя!

Мне снился дом в Прибалтике, и когда я его увижу, то узнаю. Серый дом с отголосками ар нуво, абсолютно рустикальный, аккуратно-деревенский внутри. Пустующий. Приснилась его сухонькая лаконичная хозяйка в черном. Я знала, как заполнить лакуны, в какой цвет покрасить темнеющую арку. Я знала, как обустроить, облагородить, создать уют. Я собиралась поставить подпись.

Долго не могла понять, к чему сон. Потом поняла, поняла — к тому же, к тому.

Тянущее чувство. По капле. По несбывшейся встрече. По чувству после медитации. Тянет из твоих глаз.

Мое молчание — золото. Мое молчание — радиоактивный отход под толстыми слоями бетона. Мое молчание — протест.

And every song I wrote

Became an escape rope

Tied around my neck

To pull me up to heaven

#писатель а #дневник а #рефлексия

#Cate Underwood for ZOO Magazine. Ph.: Nina Raasch.