иду домой вдоль шоссе. пусто. редкие машины. редкие одинокие прохожие. редкие ларьки. мимо новых высоток, стройки, пятиэтажек, старых деревянных избушек и окоселых заборов. фонари. и мокрый снег. под ногами каша. так тихо. так т и х о. слышно воду под люком, электрический гул. лай собак вдалеке. мимо невозможно длинной стены домов с сотней окон- слышно ругань. звон тарелок. пьяный смех. крик детей. так пусто- и тесно, места так мало- и так много. и ты идёшь, идёшь, идёшь эту сраную, бесконечную российскую дорогу домой, словно в ней все дороги, что ты за двадцать лет прошёл. чего только не было в этих дворах. и только одни строки в голове-
неужели не я
освещённый тремя фонарями
столько лет
в темноте
по осколкам
бежал
пустырями
Они, наконец, открылись тебе, позволили узнать все их секреты и флуоресцентные мысли. Ты никогда особенно не горел желанием слушать это и все же оставил их в одиночестве и потерянности, что заставило их чувствовать себя незначительными.
Ты смотрел, как свет уходит из их глаз. Ты смотрел, как они уходят и никогда не возвращаются. Ты позволил им умереть ради твоего же блага.
