твоя `A

Моя жизнь станет совсем другой через пару лет. все, что сейчас мне так важно уже через пару лет опустеет.

я тебя разлюбила. в семь тридцать утра.
ты за круглым столом ел на завтрак
омлет,
а я думала: «странно, ведь только вчера,
я любила тебя. а сейчас – уже нет».
тот же лоб и над ним непослушная прядь,
взгляд с прищуром, сводящий когда-то с
ума…
я всегда так боялась тебя потерять,
а теперь потеряться готова сама.
сколько было труда наши судьбы связать
и потом на себе эту ношу нести…
оказалось, гораздо труднее сказать:
«я тебя разлюбила. так вышло. прости.»

любишь, говоришь?
а ты готова быть с ним, когда он не
сможет вставать с кровати, когда
будет без зубов, с тремя седыми
волосинами на голове, когда старые
трясущиеся руки будут осторожно брать стакан воды с тумбочки и
запивать таблетки?
готова? тогда борись и береги

воспоминания порой такая отвратная вещь. особенно воспоминания о человеке, с которым когда-то не получилось общения, дружбы, любви. то есть все было хорошо. а потом раз и ничего нет, и вы чужие и не нужны друг другу. потом встречаетесь случайно где-то на улице, улыбаетесь друг другу, здороваетесь. и когда отходишь от него на приличное расстояние в голове возникают образы - лучший моменты вашей с ним жизни. вашего общего периода в жизни. так не хочется потом осознавать, что все улетело к чертям, вся ваша общая жизнь, что воспоминания так и останутся навсегда где-то в голове, где-то внутри тебя. и ты никогда больше не сможешь почувствовать то, как вам было хорошо.

когда
в следующий раз
ты будешь искать
мне замену,
планировать измену,
плести интриг паутину
знай,
это начало конца.
лучше сразу
мне выстрели
в спину,
чтобы не видеть
твоего
лица.

с тобой, без тебя,
не все ли равно?
и рваные раны уже не болят.
а мысли, как после немого кино-
говорят.

снова слушаю жалобы на жизнь.
судьба у всех поломана,
не жалеет.
кто-то с чистой совестью рассказывает,
а кто-то обнюхавшись клея.

а вон там, через дорогу
дети в песочнице балуются.
а рядом мужчина, нехорошо как-то выглядит,
волосы дымчато-пепельны,
вздох за вздохом табаком травится.
песочницу тремя пальцами крестит,
мамаши у виска пальцем крутят,
а его дочь вчера убили в подъезде.

магазин слева.
там тетя маня за прилавком.
на часы смотрит,
скорей бы 19:00.
сын из тюрьмы возвращается,
но ничего еще не готово,
нужно поторопиться, приготовиться,
сидел ведь не день, не неделю.
ушел-мать была молоденькая,
приходит-волосы уж поседели.

ирка из второго дома
смеетесь:"как бомж оделась",
сын ее в больнице присмерти.
все деньги на операциях съелись.
ей еще мужа найти бы,
наверное, пьяный уж где-то.
снова в пустую квартиру,
холодную, без света.

пес бродячий,
не трогай, милая,
вдруг заразный или еще чего-то.
и глаза у него некрасивые,
убери руку, ну что ты.
ну и пусть хозяина нету.
пусть избивают его за домом.
пусть и завтра, скотина он, сдохнет.
все равно помрет сам скоро.
и не будем кормить его мы с тобой.
к деду его не повезем на дачу.
успокойся, куплю тебе, милая,
вон того вон щенка на сдачу.

снова никто не послушает,
все убегают в спешке,
потом за спиной услышу я
над собой усмешки.
все почему то думают,
что их проблемы важнее,
бойфренд их вдул другой вчера,
мигрень там у них все сильнее,
подруга кого-то бросила,
кто-то учиться не хочет.
но каждый и ночью и с утра
на Бога что-то бормочет.

есть вещи неразрешимые,
проблемы, что не закончишь,
а есть люди,
ноющие зря,
люди ленивые.
точка.

Где-то
плывут
корабли

Где-то
взрывается
дом.

Я.
у тебя
внутри

А всё
остальное
не то.

Где-то
рушится
мир

Где-то
не глажен
пиджак

Я.
у тебя
внутри

Где-то
в тебе,
ищи

Малена край

я с тобой счастлива

я не буду писать.
я никогда не буду больше тебе писать.

у нас не было a priori шансов.
ты знаешь.

позвони мне как-нибудь ночью.
скажи, что скучаешь.

чтобы я опять
разучилась
дышать.

наше лето.
о, господи.
сохрани его.
поставь в рамочку,
на трюмо,
куда угодно.

широкие майки,
джинсовые шорты.
утром кричат чайки,
а я рисую тебе
натюрморты.

наши волосы пропитались
дымом сигарет,
раньше пахли исключительно дорогой шампунью.
мы встречали каждый
рассвет.
от солнца зажмурясь.

помнишь?
я навсегда останусь,
глупой и поэтом-недоучкой.
зато я буду помнить,
как ты рисовал мне на ладони
синей
гелевой
ручкой.
Ю.К

пап, я знаю,
как ты любишь весну и песни Виктора Цоя
ты обещал,
что когда-нибудь
мы послушаем шум морского прибоя.
пап, на самом деле, я люблю, когда дома мы двое
и нас никто не беспокоит.
можно болтать о мелочах,
пить чай
и спорить, что будет на ужин
а еще ты похож на воробушка,
когда болен
или простужен.

пап, ты прости
что я так редко тебе говорю

папочка, я безумно. безумно тебя люблю.

не стоит пытаться удержать кого-то. не стоит ревновать к кому-то. ведь если человеку хорошо с тобой, то он не уйдёт

на столе- две чашки кофе, и пахнет маем,
время словно сомкнулось в петлю,
Кай вдруг говорит - "Герда, моя родная,
ты прости, но я больше тебя не люблю,
ты, конечно, красивая, и все такое,

на столе- две чашки кофе, и пахнет маем,
время словно сомкнулось в петлю,
Кай вдруг говорит - "Герда, моя родная,
ты прости, но я больше тебя не люблю,
ты, конечно, красивая, и все такое,
ты готовишь неплохо, и будишь с утра,
методично выводишь меня из запоев,
но, увы, дорогая, ты мне не нужна "
Герда думает - "он стопудово шутит,
у него все шутки шаблонно - дурацки "
было все так банально - до жути,
Герда отводит взгляд, чтобы не разрыдаться.
потом смотрит в чашку и тихо дохнет,
словно кто-то железными спицами сердце сдавил,
исподлобья гладит на Кая - а вдруг он дрогнет,
рассмеется, и скажет - " я пошутил "
Кай молчит, и становится по - настоящему страшно,
Герда думает - " все стало таким бесполезным,
стерты в пыль все совеместные планы, как день вчерашний,
между нами - лишь столик, а кажется - бездна".
Герда гордо поднимет голову и выйдет из зала,
пойдет по улице - " интересно, он на меня смотрит?
это хорошо, что я не довела до скандала,
было бы потом стыдно, мне ведь там еще пить кофе "
Герда будет внимательно разглядывать каждую машину,
искать глазами серебристый Каев "форд",
вдруг он выскочит, такой испуганный и красивый,
и скажет что-то вроде - "я такой идиот".
Герда заглядывает как маньячка в чужие окна,
" там промелькнул кто-то похожий на Кая,
жаль не видно полностью - мутные стекла "
пахло апельсинами, морем, маем.
" столько причин, чтоб мы даже друзьями не остались,
канули - каждый в свою персональную Лету,
ладно, - и черт с ним - ну просчитались,
все же не померли, как Ромео с Джельеттой,
только обидно - я такой финал знала заранее,
жалко, ну да пусть пропадет пропадом,
правильно говорят - неудачные браки ранние,
для "вечности" не хватило ни сил, ни опыта. "
Герда бродит по улицам - так чертовски, чертовски устало,
думает - "отдамся первому, кто погладит меня по голове,
проводите меня до дома, накройте меня одеялом.
мы где то с Каем ошиблись - но только где? "

на столе- две чашки кофе, и пахнет маем,
Кай строит глазки рыженькой стервочке,
" столько причин, что б мы не остались друзьями,
Герда поймет, она всегда была умной девочкой,
главное, что не так, как у Ассоли и Грея-
Грей спился, и продал яхту
Ассоль сбежала с каким-то солдатом в апреле.

… вроде июль, а маем пахнет.

я заперся в своём унылом прошлом.
тут тепло, тихо мыши шуршат.
нет тебя.

и меня уже никто не сможет бросить.
как и услышать.
иль пламя затушить огня.

в котором я буду гореть один.
совсем как в средние века.
у огромного столба.

соберу побольше зла и хвороста,
привяжу сам себя.
и не приду к тебе никогда.

в газетах некролога не найдёшь.
его не будет.
я же в прошлом.

там, где был с тобою счастлив.
чуть позже-презираем.
а потом и брошен.

глаза у нас одни на двоих.
были.
как и огромное сердце в груди.

много шутили, смеялись.
пили.
пока ты мне не сказала:"уходи".

сожгла мои стихи в конвертах.
мой запах.
ты сожгла мой дом.

уехала к другому идиоту.
красивому.
но увы, он не пишет стихов