Метафизика и Хуетристика

о, Мадам, вы хотели насладиться этой влажной погодой в столице, погулять по старым улочкам, пофотографировать какую-нибудь даму. Скорее всего даже на пленку.

ХУЙ

ВОТ ТАКОЙ ТЕБЕ ХУЕЦ

КОНЕЕЕЕЧНО АГА БУДЕТ ОНА ФОТОГРАФИРОВАТЬ

ФОТОГРАФ ХУЕВ

СИДИ ДОМА БЛЯТЬ

СИДИ

И НЕ ВЫСОВЫВАЙСЯ

Он верил в свой череп. Верил. Ему кричали: "Нелепо!" Но падали стены. Череп, Оказывается, был крепок. Он думал: За стенами чисто. Он думал, Что дальше -- просто. …Он спасся от самоубийства Скверными папиросами. И начал бродить по селам, По шляхам, Желтым и длинным; Он писал для костелов Иуду и Магдалину. И это было искусство. А после, в дорожной пыли Его Чумаки сивоусые Как надо похоронили. Молитвы над ним не читались, Так, Забросали глиной… Но на земле остались Иуды и Магдалины!

Он верил в свой череп. Верил. Ему кричали: "Нелепо!" Но падали стены. Череп, Оказывается, был крепок. Он думал: За стенами чисто. Он думал, Что дальше -- просто. …Он спасся от самоубийства Скверными папиросами. И начал бродить по селам, По шляхам, Желтым и длинным; Он писал для костелов Иуду и Магдалину. И это было искусство. А после, в дорожной пыли Его Чумаки сивоусые Как надо похоронили. Молитвы над ним не читались, Так, Забросали глиной… Но на земле остались Иуды и Магдалины!

Рыбы зимой живут. Рыбы жуют кислород. Рыбы зимой плывут, задевая глазами лед. Туда. Где глубже. Где море. Рыбы. Рыбы. Рыбы. Рыбы плывут зимой. Рыбы хотят выплыть. Рыбы плывут без света. Под солнцем зимним и зыбким. Рыбы плывут от смерти вечным путем рыбьим. Рыбы не льют слезы: упираясь головой в глыбы, в холодной воде мерзнут холодные глаза рыбы. Рыбы всегда молчаливы, ибо они -- безмолвны. Стихи о рыбах, как рыбы, встают поперек горла.

Мы незримы будем, чтоб снова в ночь играть, а потом искать в голубом явлении слова ненадежную благодать. До того ли звук осторожен? Для того ли имен драже? Существуем по милости Божьей вопреки словесам ворожей. И светлей неоржавленной стали мимолетный овал волны. Мы вольны различать детали, мы речной тишины полны. Пусть не стали старше и строже и живем на ребре реки, мы покорны милости Божьей крутизне дождей вопреки.

Плывет в тоске необьяснимой
среди кирпичного надсада
ночной кораблик негасимый
из Александровского сада,
ночной фонарик нелюдимый,
на розу желтую похожий,
над головой своих любимых,
у ног прохожих.

Плывет в тоске необьяснимой
пчелиный ход сомнамбул, пьяниц.
В ночной столице фотоснимок
печально сделал иностранец,
и выезжает на Ордынку
такси с больными седоками,
и мертвецы стоят в обнимку
с особняками.

Плывет в тоске необьяснимой
певец печальный по столице,
стоит у лавки керосинной
печальный дворник круглолицый,
спешит по улице невзрачной
любовник старый и красивый.
Полночный поезд новобрачный
плывет в тоске необьяснимой.

Плывет во мгле замоскворецкой,
плывет в несчастие случайный,
блуждает выговор еврейский
на желтой лестнице печальной,
и от любви до невеселья
под Новый год, под воскресенье,
плывет красотка записная,
своей тоски не обьясняя.

Плывет в глазах холодный вечер,
дрожат снежинки на вагоне,
морозный ветер, бледный ветер
обтянет красные ладони,
и льется мед огней вечерних
и пахнет сладкою халвою,
ночной пирог несет сочельник
над головою.

Твой Новый год по темно-синей
волне средь моря городского
плывет в тоске необьяснимой,
как будто жизнь начнется снова,
как будто будет свет и слава,
удачный день и вдоволь хлеба,
как будто жизнь качнется вправо,
качнувшись влево.

Куплю себе dr.Martens на зиму. Черри

Февраль. Достать чернил и плакать! Писать о феврале навзрыд, Пока грохочущая слякоть Весною черною горит. Достать пролетку. За шесть гривен, Чрез благовест, чрез клик колес, Перенестись туда, где ливень Еще шумней чернил и слез. Где, как обугленные груши, С деревьев тысячи грачей Сорвутся в лужи и обрушат Сухую грусть на дно очей. Под ней проталины чернеют, И ветер криками изрыт, И чем случайней, тем вернее Слагаются стихи навзрыд.

Просираем жизнь на картинки с кольцами и свэгами.

ВелДан

А еще все безумно любят раздавать советы, что ни человек, то просто кладезь тайных приемов и полезных секретиков, которые обязательно помогут почему-то МНЕ в МОЕЙ жизни.

Причем, с каждым разом мне предлагается что-то все более отчаянное и раздражающее. "Тебе одиноко? Сходи тогда в театр"

Не, ну вы поняли? Мне, извините, даже в падик покурить не с кем пойти, а она мне предлагает посетить театр. Театр, мать его.

"Заведи новый круг общения".

Точно, а то я думала, что же мне такого сделать, хорошо ты пришла, разъяснила все как есть. Сейчас вот приду домой и наколдую себе этот круг, а потом еще квадрат и параллелограмм.

"Перестань так сильно грузиться из-за этого"

Ну разве ты докажешь этой тупой пизде, что ты уже на пределе? Таким бревнам не вразумишь, что ты уже на последней стадии отчаяния, когда уже совсем смирились и тихо сходят с ума. К этому, кстати, прилагаются одиночные истерики, внезапные слезы и желание что-нибудь себе отрезать к херам собачьим. Ногу или волосы, например.

И мое любимое "Что-то случилось? Я же знаю, что ты грустишь и тебе плохо. Расскажи мне"

Ты, мать твою, доктор Курпатов что ли? У тебя, простите, шило в жопе? ЗАЧЕМ ТЕБЕ ЗНАТЬ МОИ БЕДЫ, ТЫ НИЧЕМ НЕ СМОЖЕШЬ МНЕ ПОМОЧЬ ЕБ ТВОЮ МАТУШКУ

Ну а на мои ответные реплики я слышу/читаю

"Не хочешь и не надо, тоже мне. Слишком ты большого мнения о себе стала"

Точно, это же я лезу в твои проблемы, ворошу их все, сама того не зная, довожу тебя до слез своими тупыми советами, а потом мне это надоедает и я удаляюсь, насытившись твоим горем. Бля, прости.

Все, что понравилось можно купить. Москва только. К январю GAMES станет больше.

Если интересно - https://vk.com/topazm

У меня была подруга.

Она была просто золото, это она возрождала во мне желание творить и жить в целом. Это она всегда меня утешала, это она всегда так чудесно фотографировала. С ней можно было говорить обо всем на свете: о школе, о книгах, об искусстве, о моде, о жизни, о философии, о штруделе и даже о кошках!

Это был даже не человек, а одно большое, просто огромное солнце. Пока она была рядом, даже и не замечала я как-то, какие кругом бляди, а в августе она села в самолет и укатила в Америку.

Вот так я и остался совсем один.

Я хотела начать с понедельника новую жизнь

и ничего

Привет, я самый пустой в мире человек. Проснувшись утром, я считаю до ста, а потом открываю глаза. Встаю и одеваю колготки. У меня в голове ничего. Мое пустое сердце бьется ровно. Я одеваюсь в школу, которую я ненавижу. Не потому что там мы учимся, наоборот, я люблю учиться, вести эти никому ненужные конспекты, делать всякие карты, учить слова по английскому. Я не люблю своих одноклассниц, не люблю одноклассников, одношкольников, я не могу понять психологию собственных учителей и очень жалею, что не могу им высказать в краткой форме, какие же они мудаки. Я очень опустевший человек.

Да, я хочу об этом всем рассказать, о том что у меня раньше были друзья, любимый человек, я чувствовала себя живой ячейкой общества, любила гулять по Москве и не ревела каждый день по нескольку часов от безвыходности собственного положения.

Сейчас все по-другому. По выходным я сижу дома, в лучшем случае выберусь с подругой в кафе неподалеку от дома, посижу там полтора часа, а потом снова дом. Да, мне безумно одиноко. Я бы хотела кому-то понравиться, но никому не хочется находится рядом с овощем, который вечно молчит и улыбается, а когда я понимаю, что слишком уж палюсь, никто же не должен понять, что я гнию изнутри насколько это вообще возможно, я начинаю делать вид, что все хорошо, рассказываю истории, уже стораз рассказанные, не потому что они такие смешные, а потому что больше-то и рассказать нечего. Я очень пустой человек.

И я очень устала.