Хортон

sweetkisa:

bacardii:

fuck-california:

davy-jones:

cinnamon:

frozen-love:

Что нам понадобится:

• Бумага белая
• Белая гофро-бумага (или белые салфетки)
• Крафт
• Клей ПВА
• Клей Момент
• Проволока (теоретически её можно заменить веревкой)
• Бумажная веревка
• Мулине (по желанию)
• Немного бисера (по желанию)

Подснежник-тюльпан

Не удивляйтесь, когда я нашла этот мастер класс, там были тюльпаны. Но у меня они не вышли О_о по этому я их слегка модифицировала и получила подснежники) Рисуем вот такие удлиненные полуовал, вырезаем их и по прямой стороне делаем три надреза. Среднюю полоску намазываем клеем и приклеиваем к ней боковые.

Получится закругление, как на картинке. Собственно это и будут наши лепестки.

Вырезать кружок – основание. К нему приклеиваем лепестки той стороной. На которой разрезы. Наклеить надо 6 штук.

Делаем в середине цветка 2 дырочки, протягиваем в них проволочку и на неё нанизываем бисеринку, что бы сделать тычинки.

Проволоку можно обмотать зеленым мулине, изобразив тем самым стебелек.

Собираем все цветы вместе и получаем вот такой букет.

Не знаю как обозвать этот цветок, ток что пусть будет просто миленький цветочек=)

Вырезаем кружок, складываем его 8 раз, закругляем.

Разворачиваем, полностью вырезаем один лепесток и кончик другого. На обрезанный лепесток капаем клей и склеиваем с соседним.

Берем бумажную нитку, отрезаем кусочки нужной длинны, на конце делаем узелок, получившуюся заготовку протягиваем в центре цветочка (предварительно в центре увеличьте дырочку). Узелок будет тычинкой. А оставшаяся веревка стеблем. Собираем всё вместе и получаем вот такой букет

Роза

Берем квадрат и вырезаем из него спираль. Начинаем скручивать получившуюся полоску от внешнего круга к внутреннему (на рисунке стрелочкой указанно откуда куда надо крутить). Когда все скрутите, получится то, что на 2-ой картинке. Отпустите заготовку, расправьте, на нижний круг налейте по больше ПВА и придавите сверху скрученную бумагу. Дайте подсохнуть. Розы готовы.

Я собрала их вот в такой банальный букет. Основу я сделала из бумаги (взяла бумажный квадрат, сделала по краям надрезы, склеила их (как лепестки тюльпанов) и получила полукруг, приклеила основание и сверху клеила розы). Вырезала из крафта листочки и приклеила снизу к основанию. Когда всё высохла заклеила бумагой, что бы не было видно.

Лилия

Не буду показывать, что да как. Просто дам ссылку на то, где взяла это я: лилия оригами

Мой букет

Букет из гвоздик и еще каких-то цветочков)

Как сделать гвоздики можно посмотреть тут: гвоздика из бумаги

Простите, не могу найти изначальный мастер-класс, а т.к. я планировала сделать ссылку на него с дальнейшим своим продолжением, фото я не сделала данного этапа. По этому придется объяснить на словах. Берез белую гофро бумагу. Вырезаем из неё прямоугольники, складываем по полам получая двойную длинную полоску. Закручиваем бумагу по маленьким сторонам, оставив по середине место с подушечку большого пальца. Отрезаем хвостик с одной стороны и получаем лепесток.

Далее нарезаем из крафта тоненькие полосочки (2мм) и скручиваем их. Берем проволоку, отрезаем по три кусочка, скручиваем их, оставис концы свободные и на эти концы наклеиваем моментом скрученный крафт – получаем тычинки. Можно завернуть их в гофру, если вы планирует, что тычинки будут сильно выдаваться.

Берем 5 лепестков, тычинки, собираем всё вместе и связываем. Получаются вот такие прекрасные цветы.

Совмещаем с гвоздиками

Делаем подарочную коробку (или берем готовую) и приклеиваем к ним наши цветы.

(brandon, torisweet, happyrain, pochemuchka, wife)

nellyiam:

velvetsoul:

ПОЧЕМУ???????????

victoriaarmani:

dontlove:

Adele - Rolling In The Deep

Эта песня просто не может надоесть_наскучить_утомить. Её голос завораживает меня даже после миллионного прослушивания.

victoriaarmani:

Кэм Жиганде.

nellyiam:

fuck-california:

soundoflove:

naastyaaa:

paramorova:

effy:

и они бесконечно жрут

и превращаются в психованных сук

и не могут вспомнить, куда же положили своим тампоны или прокладки

а ещё они ненавидят всех

и рыдают по ночам

ну а с утреца их белая простыня похожа на японский флаг :D

nellyiam:

torisweet:

nitaleto:

hot-mess:

dikinson:

The Vampire Diaries - 3.01 "The Birthday"

Аларик с Дэймоном тихо в одиночестве решили набухатся! :D
а Ленка Дэймона за ручку держит?
что-то тут не так! а то они и на анимашке, где по коридору идут, тоже также за ручку держатся! полюбому, какое-то заклинание или что-то ещё!
но, всё-равно, Даша очень счастлив! ДЕЛЕНА! АРАРАРАРАРАР…

у Дея в руках стакан)

victoriaarmani:

Столько лет уже прошло. А кажется, что было только вчера. Я сидела, смотрела и вновь плакала.

victoriaarmani:

Я окружен идиотами.

ellemilano:

Крик ребенка, маленькой девочки. Никто на арене не способен так кричать, кроме Руты. Я срываюсь с места и бегу, понимая, что это, возможно, западня, что все трое профи, возможно, поджидают меня в засаде. Но ничего не могу с собой поделать. Снова отчаянные, пронзительные крики.
- Китнисс! Китнисс!
- Рута! - кричу я в ответ, чтобы она знала, что я рядом.
Чтобы они знали. Только бы отвлечь их от Руты. Я - та, кто натравила на них ос-убийц, я получила неизвестно за что одиннадцать баллов на тренировках. Зачем им она?
- Рута! Я здесь!
С криком выскакиваю на поляну и вижу на земле опутанную сетью Руту. Она только успевает высунуть руку и позвать меня, как в её тело вонзается копье.

Трибут из Диистрикта-1 умирает, не успев вернуть себе оружие. Моя стрела глубоко вонзается ему в середину шеи. Он падает на колени и истекает кровью, пытаясь вырвать стрелу. Я уже зарядила вторую и верчусь с луком из стороны в сторону, крича Руте:
- Он один? Один?
Рута несколько раз говорит «да», прежде чем я это осознаю. Она повернулась набок, скорчившись и зажав копье своим телом. Я отталкиваю труп парня и разрезаю ножом сеть. Одного взгляда на рану достаточно, чтобы понять: я ничего не смогу сделать. И никто не смог бы. Острие копья целиком вошло в живот. Я сижу на корточках перед Рутой, бессильно глядя на смертельное оружие. Нет смысла успокаивать ее, говорить, что все будет в порядке. Рута не дурочка. Она протягивает мне ладонь, и я хватаюсь за нее, как утопающий за соломинку. Словно умираю я, а не Рута.

– Ты взорвала еду? – шепчет она.
– Все до последнего кусочка.
– Ты должна победить.
– Я сделаю это. За нас обеих, – обещаю я. Пушечный выстрел возвещает о смерти. Парня из Дистрикта-1. Я смотрю вверх.
– Не уходи. – Рута крепче сжимает мою ладонь.
– Я не ухожу. Я буду с тобой, – говорю я, придвигаясь ближе и кладя голову Руты себе на колени. Ласково глажу ее волосы.
– Спой, – просит она едва слышно.
Спеть? Что? Я знаю несколько песен. Когда-то в нашем доме тоже звучала музыка. У отца был замечательный голос, и он заражал меня своей любовью к пению, но после его смерти я почти не пела. Только когда Прим сильно болела, я напевала ей ее любимые песенки.
Петь сейчас? Меня душат слезы, а мой голос стал сиплым от дыма и постоянного напряжения. Но я не могу не исполнить последнюю просьбу Прим… то есть Руты. Я должна хотя бы попытаться. Мне приходит на ум колыбельная, которой мы в Дистрикте-12 успокаиваем голодных, несчастных ребятишек. Ее сочинили очень-очень давно в наших горах. Учительница музыки называет такие мелодии горными. Слова очень простые и успокаивающие; в них – надежда, что завтрашний день будет лучше, чем тот кусок безысходности, который мы называем днем сегодняшним.
Я откашливаюсь, сглатываю слезы и начинаю:

Ножки устали. Труден был путь.
Ты у реки приляг отдохнуть.
Солнышко село, звезды горят,
Завтра настанет утро опять.
Тут ласковый ветер.
Тут травы, как пух.
И шелест ракиты ласкает твой слух.
Пусть снятся тебе расчудесные сны,
Пусть вестником счастья станут они.

Веки Руты затрепетали и опустились. Она еще дышит. Почти незаметно. Я не в силах больше сдерживать слезы, они ручьем текут у меня по щекам. Но я должна допеть для нее до конца:

 Глазки устали. Ты их закрой.
Буду хранить я твой покой.
Все беды и боли ночь унесет.
Растает туман, когда солнце взойдет.
Тут ласковый ветер. Тут травы, как пух.
И шелест ракиты ласкает твой слух.

Мой голос становится едва слышным:

Пусть снятся тебе расчудесные сны,
 Пусть вестником счастья станут они.

Вокруг мертвая тишина. И тут внезапно, так, что мороз пробежал по коже, моя песня зазвучала снова. Это запели сойки-пересмешницы.
Какое-то время я сижу не двигаясь, мои слезы падают на лицо Руты. Гремит пушечный выстрел. Наклоняюсь и прижимаю губы к ее виску. Осторожно, словно боясь разбудить, кладу голову Руты на землю и отпускаю ее руку.
Распорядители ждут, когда я уйду, чтобы забрать тела. И мне незачем больше оставаться. Я переворачиваю парня на живот, снимаю рюкзак и вытаскиваю стрелу. Перерезав лямки, забираю рюкзак Руты. Я знаю, она хотела бы, чтобы он был у меня. Копье не трогаю. Его заберут вместе с телом. Я все равно не буду пользоваться копьем, так пусть лучше оно покинет арену навсегда.
Я не могу оторвать глаз от Руты. Она такая маленькая, еще меньше, чем всегда. Лежит в сетке, как птенец в гнезде. Как оставить ее здесь. Такую беззащитную. Беззащитную, несмотря на то, что больше ей уже никто не причинит зла. Ненависть к парню из Дистрикта-1 теперь кажется глупой. Мертвый, он выглядит таким же трогательным и уязвимым, как Рута. Не он, а Капитолий виноват во всем.
В голове звучит голос Гейла. Теперь его гневные речи против Капитолия для меня не пустые слова. Теперь во мне тоже бурлит ярость. Смерть Руты заставила меня всей кожей ощутить несправедливость, которую творят с нами. Здесь еще сильнее, чем дома, я чувствую свою беспомощность. Капитолию все сходит с рук, ему нельзя отомстить.
Вспомнились слова Пита, которые он произнес тогда, на крыше: « Я только… хочу как-то показать Капитолию, что не принадлежу ему. Что я больше чем пешка в их Играх ».
Я хочу того же. Здесь и сейчас. Хочу обвинить и посрамить их, заставить их понять: что бы они ни делали с нами, что бы ни принуждали делать нас, мы не принадлежим им без остатка. Рута – больше чем фигурка в их игре. И я тоже.
Рядом с поляной под деревьями растут дикие цветы. Возможно, просто сорная трава, но все равно красивые, с фиолетовыми, желтыми и белыми лепестками. Я нарываю охапку и возвращаюсь обратно к Руте. Украшаю ее тело цветами. Не торопясь, укладываю их один за другим. Прикрываю страшную рану. Обрамляю венком ее лицо. Самые яркие вплетаю в волосы.
Им придется это показать. Даже если сейчас они переключились на другую часть арены, они включат камеры, когда будут забирать тела. Все увидят Руту в цветах и поймут, что это сделала я. Отступаю назад и смотрю на нее в последний раз. Кажется, будто она и вправду уснула.
– Прощай, – шепчу я.
Касаюсь губ тремя пальцами левой руки и протягиваю их в ее сторону. Потом ухожу, не оборачиваясь.

Птицы замолкают. Откуда-то раздается свист сойки-пересмешницы, как всегда перед появлением планолета. Наверное, она слышит что-то, чего не слышат люди. Я останавливаюсь, по-прежнему глядя только вперед. Прошедшего не вернуть. Скоро птицы принимаются петь снова, и я знаю: ее уже здесь нет.

— Голодные игры.

Господь никогда не дает нам забыть о людях, которых мы когда либо потеряли. Он всё время будет о них напоминать, хочешь ты этого или нет.