Hello, Harry

ЭТОТ ДЕНЬ НЕ ПЕРЕСТАЕТ МЕНЯ РАДОВАТЬ!

Во-первых, я узнала, что завтра не иду в универ, во-вторых я купила билеты на Голодные Игры, и в-третьих… У меня набралась сотня следящих! Это, на мой взгляд просто ащимассса! Ведь почти все эти люди были со мной «и в болезни и в здравии», а это я очень ценю. Девушки и парочка мальчиков, я очень вам благодарна, что вы остаетесь со мной :)

florescence, ты стала моей юбилейной, и за это вот тебе Гарри - персональный:

И мое подмигивание:

lsproduction, ilove30secondtomars, kseniyamotors, commotion, near

Леди, добро пожаловать в мой маленький, уютный мирок, наполненный всякой веселой ерундой)

Найл, Зейн, глядите, какие красотки к нам пожаловали!

Леди, мне нечего делать на парах, поэтому я решила все имэйджины скинуть в тэг chipmunk , так что если вам захочется их перечитать – добро пожаловать)

День 14 - Расскажите о ваших кличках, если они есть и какие;

О да, у меня есть кличка. Она – почти как мое второе имя. Барабанная дробь… и это… БУРУНДУК ! Раньше я даже обижалась, когда меня так называли, но за последние одиннадцать лет как-то привыкла. И порой не откликаюсь на Настю, а на бурундука – всегда. Ибо Насть много, а бурундук один. Однако я не выношу, когда меня так называет плохо знакомый мне человек. Заткнись, идиот! У тебя нет такой привелегии.

Как же давно хотела я написать пост на эту тему.

«Да ну, урод какой-то, что ты нашла в этом Фелтоне?»
«Идиотский сериал, тебе он еще не надоел?»
«Хватит уже любить своего Поттера, ничего в нем особенного нет»
«Анимэ – это тупо, его только задроты смотрят»
И последнее:
«One direction? Ага, гейская группа, она меня бесит, не понимаю, почему ты их слушаешь».
Заткнись, сука. Гарри Поттер и One Direction - это неприкосновенное.
Ну а теперь конкретнее на примере 1D, ибо про Гарри Поттера и говорить нечего.

Ты слушал их песни? Если да, то с учетом твоего тупоумия ты и не подумал заглянуть в перевод, а сам перевести слова ты не можешь. Ты слышал их голоса? Уверена, что даже такому плебею как ты сразу стало ясно, что поют они очень красиво. Ты считаешь, что они пробились к славе через папочкины денежки? Слова X-Factor тебе о чем-то говорят? Ты считаешь, что они не достойны такого количества поклонников? Выйди к толпе его фанатов и скажи им это. Ты считаешь их смазливыми? Умоляю – уверена, что глядя в зеркало, ты мечтаешь быть похожим на них или иметь такого парня, как они.
Если мне не удалось убедить тебя – ничего. Я и не пыталась. Я лишь хочу сказать, что прежде, чем нести ахинею и рассуждать о том, о чем ты не знаешь, лучше много раз подумай. Тем более не смей говорить человеку, что то, что он любит – недостойная ерунда. Иначе рискуешь получить в нос. В солнечное сплетение. Между ног. В коленку. Да и вообще во все доступные места. Не тебе судить. А если попытаешься – услышишь весьма резкую и не самую гуманную критику в свою сторону.

Лучше всего ты помнишь два ваших поцелуя.
Ты сидишь на диване, а он – на полу у твоих ног. Найл переключает каналы телевизора, а ты самозабвенно перебираешь пальчиками его волосы. Пару раз наклоняешься и тыкаешься носом в его макушку. У него очень вкусный шампунь. Найлу щекотно, и он забавно вжимает голову в плечи. Тогда ты обнимаешь его за шею и кладешь подбородок на его макушку, он спрашивает:
- Тебе так удобно?
И прежде, чем ты успеваешь ответить, он каким-то странным способом заваливает тебя на пол, и вот ты уже лежишь головой на его коленях и смотришь в его смеющиеся голубые глаза. И вдруг – так внезапно для вас обоих он подается вперед и касается губами твоих губ. Ты не успеваешь ничего понять, но отвечаешь ему без раздумий, в этот миг понимая, что именно этого момента ждала все это долгое время.
Второй поцелуй – через несколько месяцев ваших отношений: Найл щекочет тебя, а ты пытаешься отбиваться. Хохочешь, заваливаешься на диван. Найл падает следом и целует тебя в кончик носа, потом в губы, ты замираешь, не решаясь пошевелиться, чтобы не разрушить этот миг. Но Найл отстраняется от тебя, чтобы снова чмокнуть в нос. Но тебе мало, ты снова целуешь его, путаясь пальцами в его волосах, обхватываешь ногами. Он садится на диване, держа руки на твоих бедрах. Если бы это было возможно, ты бы растворилась в нем. Господи, в голове творится черт возьми что! Найл, твой Найл, этот парень, в котором ты так долго видела только друга, и вот теперь происходит это. У тебя мутится рассудок, в горле пересыхает, пунцовеют губы, становится невыносимо жарко, одежда мешает, его руки хаотично бродят по твоей спине, по талии, зацепляют полы футболки…
- Если мы сейчас не остановимся, произойдет непоправимое, - говорит Найл тебе в губы, и эти слова вызывают у тебя смех. Ты снова хохочешь, как и всегда, когда Найл выдает какую-нибудь наивную штуку. Просто он – англичанин и иногда то, что ему кажется серьезным, ты – русская, воспринимаешь как шутку. Но в этот раз Найл смеется вместе с тобой. Он неудачно отклоняется назад и ударяется головой о стену, охает и хватается за затылок. Ты смотришь на то, как забавно он щурится от неприятного ощущения, идешь за льдом и прикладываешь его к ушибленному месту. Найл так очарователен, так красив, и так смотрит на тебя, что ты смущаешься. И спустя пять минут вы продолжаете смотреть мультики, валяясь на диване и держась за руки. И уже кажется, что не было этой вспышки сиюминутной страсти. Ты косишься на Найла и замечаешь на его губах легкую, какую-то одухотворенную и хитрую улыбку. Нет… вспышка точно была, - думаешь ты.
А вот теперь ты не можешь быть в этом уверена.
Ты прокручиваешь эти два воспоминания, хоть и не хочешь этого делать. Они сами лезут тебе в голову, заставляют испытывать боль, и этот странный, незнакомый тебе диапазон чувств, которые жгут изнутри. Десять дней. Десять дней с того момента, как эта мысль обосновалась в твоей голове и перевернула с ног на голову. Десять бессонных ночей, десять дней самобичевания и мыслей, мыслей, мыслей… Ты не могла не брать трубку, когда он звонил. Ты прикладывала телефон к уху и молчала, молчала, пока он говорил, что рейс задержали. Ты молчала, пока он говорил, что им придется провести еще один концерт. Ты молчала и не говорила ему, что тебе шлют оскорбительные письма, пишут в твиттере злобные вещи. Ты не боялась за себя и не хотела, чтобы он боялся. Ты не говорила, что тебе на днях звонили Элеонор и Даниэль и старались подбодрить тебя, говорили, что скоро всё уладится. Им теперь легко говорит, ведь они расстались с мальчиками. Ты молчала, пока Найл рассказывал, как на них сегодня накинулись две ненормальные фанатки прямо у входа в отель. Ты молчала и не говорила ему о том, что тебе звонил их агент и просил сильно не отвлекать Найла от творческой деятельности, а то он слишком привязался к тебе. Ты молчала. Ты просто молчала.
Ты просто сильно, безгранично, слепо любила его, как и он тебя. Но ты понимала, что долго не сможешь терпеть подобное. Это он – звезда, одна пятая группы, которая за считанные годы прославилась на весь мир. А кто ты? Просто студентка из России, девушка из хорошей семьи, прилежно учишься и не ведешь разгульный образ жизни. Вот и все, что можно было о тебе сказать. Ты знала – вы не пара. Просто не хотела это признавать.
- Найл, - прерываешь ты его рассказа о интервью, которое предстоит им с парнями через час.
- Да?
- Найл, я думаю… прости, что так неожиданно… нам нужно расстаться.
Тишина на линии, как будто неполадки в сети. Оглушительно громко звякает микроволновка, ты неподвижно стоишь в центре комнаты.
- Почему? – это был не его голос. Как будто не его.
- Ты и сам понимаешь, - дрожащим голосом говоришь ты. – Найл, прости, что говорю это так, но у меня не хватило бы сил сказать это тебе в лицо.
- Я вернусь завтра, - снова этот незнакомый голос.
Он кладет трубку. Громкие, монотонные, убийственные гудки оборвавшегося сигнала. Ты долго, до боли в ушах слушаешь их и смотришь в одну точку.
Вечером ты без интереса листаешь телевизионные каналы просто для того, чтобы хоть как-то заполнить окружающую тишину. Какой-то канал, музыкальный, кажется. Яркая заставка, мелодия, и лицо симпатичной ведущей с изящной прической. «Прямой эфир»
- А у нас в гостях группа One Direction.
Она много говорит, парни бодро отвечают, вот только камера редко указывает на Найла. И немудрено – он на удивление хмур, сидит, сгорбившись, и отвечает на вопросы коротко, без интереса. Ведущая замечает это (как и остальная миллионная аудитория), и спрашивает у Найла, почему он так хмур.
- Я люблю девушку, - начинает он, ты вздрагиваешь, аудитория в студии, кажется, тоже. Тишина, все ошарашены, кроме самого Найла и остальных парней. Они смотрят в пол и молчат. Найл тихо продолжает. – Я полюбил ее уже давно, и многие из вас это знают. Но сейчас все стало плохо, потому что она стала жертвой моей популярности. И мне кажется, что она страдает из-за меня. Сейчас я хочу очутиться рядом с ней и попробовать всё исправить, в моей голове все мысли только об этом, поэтому прошу прощение за мое молчание.
Он кивает в сторону зала и опускает взгляд. Камера отъезжает назад, ведущая молчит, не зная, видимо, что сказать. Но вот она берет ситуацию в свои руки и ловко уводит тему разговора. Ты не можешь отвести взгляда от Найла, чувствуешь, как по щекам катятся слёзы, хоть ты обычно не плачешь.
После эфира ты еще долго не выключаешь этот телеканал, до тех пор, пока не раздается телефонный звонок. Номер Зейна, но говорит Лиам:
- Что у вас случилось? Он не говорит нам.
- Все нормально, - врешь ты.
- Такая исповедь на полмира. Не может быть, что всё в порядке. Как ты? – вмешивается Зейн.
- Нормально, - повторяешь ты.
- Он уже уехал в аэропорт, вылетает на полдня раньше нас, - говори Лиам. – Он летит к тебе, он переживает. Ты бы видела его после эфира. Сам не свой.
- Мы надеемся, что вы помиритесь, - это говорит Зейн.
- Не бросай его, - где-то слышен голос Гарри.
- Парни, заткнитесь! – вставляет Луи. – Она и сама знает, что ей делать. Правда ведь?
Ты киваешь сама себе и кладешь трубку.
В пять утра раздается долгий, не умолкающий ни на секунду звонок в дверь. Ты подскакиваешь с кровати, на которой уснула чуть больше часа назад и несешься к двери, открываешь. В следующий миг оказываешься сжатой в объятиях таких настойчивых и сильных, что шанса выбраться нет.
- Я думал, что ты улетела в Россию.
- Я бы не успела за это время. Да и не собиралась, - сипло говоришь ты.
- Я бы улетел за тобой следующим рейсом, - голос Найла, точнее то, ЧТО он говорит, заставляет тебя расплакаться. Он пытается заглянуть тебе в лицо, но ты уткнулась лбом в его плечо и не можешь успокоиться. – Я не хочу тебя терять. Ты нужна мне. Не было ни минуты, чтобы я не думал о тебе. Мне не нужна никакая другая, мне плевать на то, что думают фанаты. Ведь для меня ты не просто девушка, ты – та единственная, та необыкновенная. С той минуты, как мы познакомились, каждую песню, которую мы поем с парнями я ассоциирую лишь с тобой. Но если ты разлюбила меня, то скажи это, глядя мне в лицо…
Эти слова повисают в воздухе, ты поднимаешь на Найла заплаканные глаза и медленно качаешь головой:
- Я не умею врать тебе, - всхлипываешь ты.
- И за это я люблю тебя еще больше, - на лице Найла написано такое облегчение. Он улыбается, убирает волосы с твоего лица и целует твои закрытые веки.
И это третий поцелуй, который ты запомнишь на всю свою жизнь.

(via nancychipmunk)

По-моему пора заменить категорию «Зейн и зеркало» на «Зейн и микрофон». Вы только посмотрите на это *__*

(via nancychipmunk)

Я так хочу описать романтику. Хоть раз, чтоб прям иу-миу, вы не против?? :DD

Я… я не знаю. Я просто хочу сказать, что я никогда не смогла бы быть фанаткой. Я люблю, люблю всем сердцем One direction, отдельно Гарри, Лиам, Луи, Найла, Зейна. Нет ни одного дня, чтобы я не подумала о них. Но я не фанат. Я не поклонник. Я просто люблю их самих, их творчество, их песни, их улыбки, их дружбу, каждый их успех. Я слежу за их жизнью, читаю их в твиттере. Но если бы даже они приехали в мой Сургут и раздавали автографы на соседней улице, я бы не пошла. Я дурная, наверное, но мне не хочется, чтобы они даже краем глаза заметили меня в этой толпе беснующихся фанатов. А еще мне хочется наивно верить в то, что я бы им понравилась, а не что они забудут меня в ту же секунду, как увидят. Я искренне не понимаю, как можно бежать за их автобусом и махать руками. Мне, блин, от того видео просто грустно становится. Наверное, если бы я увидела их – окруженных фанатами, я бы стояла в стороне и молча чувствовала, как в душе все стонет и рвется. Просто я предпочитаю думать, что они – мои. Не объяснить этого. Это мое И звращенное Ч увство С обственности.