Hello, Harry

Но потом…:

И да прибудет завтрашним вечером новая глава

Когда я вижу, что по столу ползет муха:

Да, я боюсь даже мух -_______

Комментарии с тамблера на счет Бурановских Бабушек:

«Я бы хотела, чтобы они были моими бабушками!»
«Уникальные среди обыкновенных»
«Бурановские бабушки – мои новые КУМИРЫ!»
«Это просто замечательные женщины»
«ЭТО КРУТО! Бум-бум! Комон энд дэнс!»
«Бабушки были круче всех! Они лучше чем все эти типичные чики»
«В моем личном топ-5 Буранвские бабушки на втором месте, потому что они просто НЕРЕАЛЬНЫЕ»
«Я так и не поняла, что это было, но это было удивительно!»
«Бабушки из России испекли пирожки и сделались самыми любимыми бабушками Тамблера!»
«В России такие хорошие бабушки! Я надеюсь в старости стать такой же милой и доброй»
«Не знаю, назовете ли вы это милым, но по-моему, это было мило!»
«Они должны быть первыми!»
«Ту милую бабушку я поставлю на свой аватар! Вы не против?»
«Я полюбил это Евровидение благодаря Бурановским бабушкам»
«Швеция меня не покорила, но то, что сделала Россия – завоевало мое сердце!»
«Швеция завоевала первое место, а Россия – мое сердце!»

(via nancychipmunk)

Простите, что большими буквами, простите, что невнятно, но меня сейчас РАСПИРАЕТ, так что понимайте как есть)

ДЕВКИ, Я ЛЮБЛЮ ВАС! Чистой и искренней любовью! Мой день начался – поганее некуда. Всё с тех же оскорблений… Потом я ходила гулять с бротюней Яной, которая как всегда вселила в меня кучу энергии, а когда я пришла домой и зашла на вьюви…

ВАША ПОДДЕРЖКА – ЭТО САМОЕ НЕВЕРОЯТНОЕ, ЧТО Я ВСТРЕЧАЛА В ЭТОЙ ЖИЗНИ!

"Настююююш, не обращай там не на кого внимания.У тебя замечательные рассказы и я читаю из с замиранием сердца, а те, кто пишет всякие гадости в адрес написанного-просто нихерашечки не понимают.Пиши и не смей останавливаться, я обожаю тебя и твой блог:***** "

"если люди не умеют ничего делать, то они пытаются это выплеснуть на других и оскорбить. Не слушай никого, а занимайся тем, что тебе нравится и радуй нас, а мы тебя всегда поддержим! "

"ох ты замечательно пишешь! А те, кто говорят гадости просто недоразвитые недолекие людишки :D Я вот вообще не очень большая поклонница Дирекшинов, но твои фанфы просто обожаю! Они чудесны! А ты прекрасный человек<3 "

"детка, ты всё делаешь правильно! Можно сравнить тебя даже с Дани и Эль, уж эти красавицы себя в обиду не дадут. Будь сильной и мило улыбайся. Короче, пошли все в жооооооооооооооооопуууууууууууууууу!!! ТЫ ПРЕКРАСНА! "

И это самая малая часть из того, что я прочла от вас!

Так что я сейчас скачу по комнате под музыку, веду себя неадекватно и вообще меня несёт не по-детски. ВЫ ТАКИЕ ХОРОШИЕ! ВЫ ПРОСТО ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЕ! Блять, у меня сейчас голова кругом пойдет! Моему счастью нет предела – не знаю, как успокоиться, чтобы спать лечь…

Бабы, вы лучшие! Вы просто самые лучшие! У меня больше нет слов. ПРОСТО СПАСИБО. ОГРОМНОЕ ТАКОЕ СПАСИБО! Такое огромное, что Тихий Океан нервно курит в сторонке…

Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6

7 глава
Прошел понедельник, за ним – вторник и среда. Точного количества вызовов, отправленных на номер Жени не смог бы подсчитать даже мобильный оператор. Луи поначалу с ожесточением набирал ее номер, с какой-то дикостью и злостью на самого себя; а потом – монотонно, не отрывая усталого, грустного взгляда от экрана телефона. Луи не знал, что делать. Он был растерян и потерян.
Какого черта он ляпнул те слова? Кто тянул его за язык? Какого черта? Какого, черт возьми, черта?
Луи ходил на все репетиции нервным, злым, мало говорил с парнями, совсем не шутил и вообще был сам на себя не похож. Даже Гарри не знал, как к нему подступиться. Никто не знал.
Кроме Найла.
- Луи, постой! – Хоран нагнал друга. Парни ездили на примерку новой коллекции их сценических костюмов. Луи намеренно опоздал и думал, что когда все закончится, его никто не будет ждать, и он сможет побыть один. Но Найл целый час терпеливо ждал его, сидя на табуретке в коридоре.
- Что? – без интереса спросил Луи, оборачиваясь и встречаясь взглядом с Найлом.
- Луи, давай поговорим? – Хоран глазами указал на подоконник. И что-то в том, как Найл стоял, с какой интонацией говорил, как смотрел – всё это почему-то заставило Луи направиться к окну и усесться на подоконник. Он припал спиной к теплому стеклу и закрыл глаза. Найл присел рядом и растрепал рукой волосы, снова пригладил их.
- Как объяснить девушке, что она нужна тебе, несмотря на все обстоятельства? – раздался его приглушенный голос. Луи решил, что Найл говорит о Жене и приоткрыл один глаз. Он не думал, что кто-то мог знать о том, что происходит между ним и этой девушкой. Точнее, он был уверен, что никто не знает. Но Найл почему-то смотрел на свои руки и не торопился поднять на Луи заинтересованный взгляд.
- О ком это ты? – Томлинсон скрестил на груди руки. – Ведь у вас с Камилой еще вчера все было нормально.
- Я не о ней, - вздохнул Найл. – С не как раз всё слишком хорошо, и у меня даже нет определенного повода, чтобы расстаться.
- О ком же ты тогда говоришь? – еще раз попробовал Луи. Найл прикусил изнутри щеку и наконец-то посмотрел на Томлинсона своими грустными голубыми глазами. И Луи сразу с облегчением догадался, кто именно был предметом их разговора:
- Ты о Полли? – осторожно спросил он. В другой день, в другой ситуации, в другой жизни он бы выдал по этому поводу какую-нибудь шутку. Но Найл верно выбрал время, ведь Луи сейчас и самому было не до смеха.
- Да, - и Найл угрюмо кивнул.
- Что у вас с ней? Ведь она полгода назад вроде бы решила, что вам стоит расстаться?
- Да, но я всегда был против. И теперь она приехала, и мне снова хочется ее вернуть.
- Ты думаешь, она что-то к тебе испытывает? – Со вниманием поинтересовался Луи.
- Она делает вид, что нет. Но иногда мне кажется, что я вижу что-то в ее глазах. И мне кажется, что что-то всё-таки осталось.
- Ну так в чем проблема? Рискни. Кто не рискует, тот не гуляет с девочками, - Луи пожал плечами, полностью осознавая, что его совет легок только на словах.
- Она уверена, что у нас ничего не получится, что мы постоянно в разлуке, что мало видимся. Эти проблемы пугают ее, а я не знаю, как объяснить ей, что мне плевать.
- А тебе правда плевать? – Луи наклонился поближе к Найлу. – Тебе правда все равно? Нисколько не волнуют ее предрассудки?
- Нисколько, - удрученно кивнул Найл.
- Насколько важно тебе вернуть ее? Насколько она вообще этого достойна?
- Луи! – возмутился Хоран. – Ты же знаешь, что она достойна!
- Вот именно, Найл. Даже я это знаю, а ты – тем более. Так иди и действуй.
- Но она меня не подпускает.
- Кто из вас парень? Не пускает – вломись, - Луи говорил это задумчиво, оценивая каждое свое слово. – Докажи ей, что она правда запала тебе в душу. Серьезно, Найл. Или тебе больше нравится терпеть поцелуи и обнимания на публике от Камилы?
Найл нахмурился и прикусил изнутри щеку. Так он постоял несколько секунд, затем улыбнулся, хлопнул Луи по плечу и сказал:
- Спасибо, Луи. Ты мне помог.
- Действуй, сестра, - хмыкнул Томлинсон, провожая быстро удаляющегося Найла взглядом.
Луи мысленно повторил состоявшийся диалог и пришел к выводу, что насоветовал Найлу все то, что мог применить и к собственной ситуации. Более того: если бы они с Найлом поменялись местами, и Найл выступал в роли советчика, то он сказал бы Томлинсону то же самое.
*-*-*-*
Гудки в трубке пришлось слушать не так уж долго. Луи расправил плечи, услышав, как связь немного щелкнула. Он не надеялся услышать голоса Жени, но хотел дозвониться хотя бы до ее родителей. Это запрещенный прием, но сидеть сложа руки Луи просто не мог.
- Алло? – раздалось на том конце провода. Говорил Ваня, и поначалу Томлинсон принял это как должное, даже сказал:
- Алло, Иван, здравствуй. Это Луи, - и тут он вспомнил, что Ваня вместе с Женей должны были уехать. – Стой, так вы уже дома?
- Кто «мы»? – Не понял парень. – Я никуда и не уходил.
- В смысле вы с Женей. Она ведь должна была везти тебя на соревнования.
- Впервые слышу.
- То есть вы никуда не ездили? – пораженно протянул Луи, набрал полные щеки воздуха и шумно выдохнул.
- Нет. В смысле - я никуда не ездил, только Женя.
- Она сейчас дома?
- Нет, ее не будет до конца недели, - ответил Ваня с некоторой неохотой.
- Где она? – немного резко спросил Луи.
- Она просила ничего тебе не говорить, - тоже с некоторой жесткостью откликнулся Ваня. Луи весь напрягся и даже поднялся с кресла в гостиной своего дома.
- Почему? Куда она отправилась? – на линии стояла тишина, Ваня ничего не отвечал. – Иван, пожалуйста. Скажи мне.
- Я не могу, Луи, - с сожалением ответил Ваня. – Ты хороший парень, но она просила меня. Знала, что ты будешь звонить.
Луи глубоко вздохнул, сжал и разжал кулаки и тихо, но серьезно произнес:
- Ваня. Мы плохо с тобой знакомы, но я думаю, ты мог заметить, что твоя сестра очень мне нравится. Я никогда не сделаю ей плохо. Мне нужно - просто НЕОБХОДИМО ее увидеть. Пойми меня, пожалуйста. Я очень сильно прошу тебя сказать, где она сейчас.
Ваня некоторое время думал, видимо, не решаясь выдать военную тайну. Луи молчал, больше не имея, что сказать. Если сейчас этот паренек откажет ему, то все пойдет крахом.
- Она в травматологии на стационаре, - и Ваня назвал улицу и дом. - Спасибо большое, - от чистого сердца сказал Луи, подбегая к вешалке и накидывая толстовку.
- Твое спасибо – ничто против того разноса, который Женя устроит мне по возвращению, - фыркнул Ваня. – Но пожалуйста. Надеюсь, у тебя все получится.
Он положил трубку. И следующие полчаса Луи провел как на иголках, стараясь любыми путями объехать будничные пробки на дорогах. Он несколько раз останавливался, чтобы спросить, куда ему ехать дальше, дважды сворачивал не туда.
Но вот показалось белое здание больницы, Луи бросил машину на парковке и быстрыми шагами, почти бегом, направился к дверям, а от них – к столу справок.
- Здравствуйте, мне нужна Женевьева Роулекс. Не подскажете, в какой палате она лежит?
Девушка, сидевшая за столом, подняла на Луи глаза и с ужасом на него уставилась.
- Господи… Луи Томлинсон! – пискнула она и шумно сглотнула. – Боже мой… как же так?
- Девушка, это вопрос жизни и смерти! – взмолился Луи. – Я оставлю вам автограф, сфотографируюсь с вами, добавлю вас в твиттере, спою для вас, пробью билет на концерт, но только прошу вас: пустите меня к Женевьеве Роулекс!
Он говорил быстро и с мольбой смотрел на медсестру, которая должна была вот-вот упасть в обморок.
В итоге она потянулась к какой-то папке и некоторое время что-то в ней искала.
- Пятый этаж, палата 514, - сказала она и снова с обожанием посмотрела на Луи. – Это ваша возлюбленная?
- Нет, то есть да, то есть неважно! – воскликнул Луи, принимая из ее рук белоснежный халат. – Спасибо вам! Я исполню все свои обещания, только никому не рассказывайте о том, что видели меня!
И он пошел к лестнице, уже ни на что не отвлекаясь и не обращая внимания. Он был крайне взволнован, и это отражалось в его глазах, пока он хаотично старался отыскать палату номер 514. Когда же он увидел ее, то еле удержался, чтобы не вломиться туда без стука.
Но все же он постучал и из-за двери раздался такой до боли знакомый голос:
- Войдите.
Луи распахнул дверь и увидел Женю, сидящую на кровати в черных бриджах и фиолетовой футболке. Она читала книгу и когда посмотрела на Луи, в ее глазах мелькнул шок, который тут же заменился яростью:
- Уйди, - бросила она.
- Нет, я не уйду, пока мы не поговорим, - отрезал Луи, подходя к кровати и усаживаясь на пуфик рядом с ней.
- Нет, ты уйдешь, - покачала головой Женя. – Нам не о чем говорить…
И тут Луи взорвался. Вот так быстро и просто – от одного только этого холодного, равнодушного взгляда серых глаз.
- Нет, ты выслушаешь меня! – процедил он. – Женя! Я не за тем сюда мчался, чтобы ты меня выгнала!
- Так и не надо было…
- Я не понимаю, что вообще с тобой происходит! – упираясь руками в матрац, выдал Луи. – Я натворил глупостей, но это ты обманула меня на счет соревнования. Ты в больнице, мать ее! Каково мне, по-твоему, было узнать это от твоего брата? Я чуть всех пешеходов не снес, пока ехал сюда! Ты не знаешь, что я себе успел нафантазировать! Женя!
Девушка, поджав губы, молчала и смотрела на одеяло у своих ног.
- Я полный идиот. Сначала как мальчишка подсматривал за тобой в ванной. Стыдно сознаваться, но что поделаешь, - продолжал Луи, начиная краснеть. – Но когда я увидел твою спину, это напугало меня! И теперь ты в больнице. Что мне думать?
- А ничего и не на…
- Нет надо! Женя, надо! – Луи вскочил на ноги. – Я ляпнул, не подумав, я дибил. Но прости меня! Потому что я не нахожу себе места последние три дня. Женя, - голос Луи смягчился. – Не держи на меня зла, потому что я и сам зол на себя. Просто скажи, что с тобой. Потому что я, черт возьми, напуган. Я боюсь за тебя!
Луи провел ладонью по затылку и с болью посмотрел на девушку, которая тоже смотрела на него. Прямо, печально, требовательно.
- Сядь, - тихо попросила она. Луи сел на пуфик и сцепил руки.
Женя положила на столик книгу, обняла колени, перевела взгляд на дверь и заговорила:
- Со мной все в порядке. Здесь я лежу просто для профилактики. Каждые полгода мне нужно проходить стационарное лечение в больнице. Всё это из-за спины, как ты и сам мог догадаться. Но ведь тебе хочется знать, что произошло.
Она облизала губы и продолжила:
- Ты знаком с Женевьевой Роулекс – рассудительной и воспитанной девушкой, которая прилежно учится в университете и хорошо ладит с родителями. Но так было не всегда. Три года назад я была Евгенией Райской, жила в Екатеринбурге и не могла нормально выучить алгебру. Единственное что – с упоением занималась танцами. Я общалась со странной компанией, курила, ходила на подозрительные тусовки, иногда пила. Родители плохо знали эту сторону моей жизни и все пытались научить меня уму-разуму. С братом я вообще не общалась, он меня раздражал. Я была плохой девчонкой во всех смыслах. Разве что деньги у родителей не воровала и не спала с парнями направо и налево.
В тот день меня выгнали с уроков за то, что я нахамила учителю. Я курила на заднем дворе школы, когда мимо нее проходил Ваня. Он шел с тренировки и заметил меня. Он подошел и сказал: «Жень, не надо курить. Бросай это». А я разозлилась на него и сказала, что если он еще хоть раз скажет мне подобное, то я навру родителям, что он пропускает свои тренировки, или вообще подкину ему пачку сигарет. Ваня мне ничего не ответил, просто пошел домой.
А вечером мы поехали на День Рождение папиного друга. Я ехала просто для того, чтобы построить глазки его сыночку. Ваня ехать не хотел, но в последний момент согласился.
Я не помню точно, где мы ехали. Помню только, что была гололедица, и машину занесло. Удар, и мы врезаемся в придорожный столб. Ничего серьезного. У родителей срабатывают подушки безопасности, у нас с Ванькой почему-то нет. Я напугана, и он тоже. Я поворачиваю голову и вдруг вижу свет фар, который бьет мне в глаза. Водитель черного Мерса сигналит и ничего не может сделать – его крутит и вертит по дороге так, что все машины шарахаются в стороны. Но я этого не помню. Только свет фар, который ослепляет меня. За мгновение до удара я бросаюсь к Ваньке и сжимаю его в своих руках, закрывая своим телом.
А потом – пустота. Белый лист. Очнулась уже в больнице, снова уснула. И так несколько раз. Меня качали сильно действующими препаратами, из-за которых я впала в летаргический сон, но скоро очнулась.
Сильное повреждение позвоночника, переломаны ребра и кости правой руки. Российский врачи лечат меня, как могут, но единогласно говорят, что я инвалид. Шанса нет. Я парализована. Я – живой труп.
Тогда родители принимают решение отвезти меня в Лондон. К лучшим хирургам и травматологам. И – о чудо! – я жива и даже могу ходить.
Меня лечили больше года. Уж не знаю, во сколько денег это обошлось родителям. Так мы и остались жить в Англии. А я намеренно забыла свою прежнюю жизнь. Я разорвала все связи, и, конечно, больше даже не пыталась танцевать.
Вот моя история.
Женя подняла покрасневшие глаза на Луи, который сидел, как громом пораженный. Ему казалось, что у него волосы стоят дыбом. Он даже забывал моргать, пока слушал все это. Но Женины серые глаза пробудили его от забвения.
- Порой я думаю, - почти шепотом добавила она, - а что, если бы не Ваня? Если бы он не поехал тогда с нами? Мне не пришлось бы его закрывать собой, и я так и осталась бы сидеть на месте, пока Мерс размазывал меня в лепешку. Я бы не сориентировалась. Этот материнский инстинкт спас мне жизнь. Если бы не Ванечка…
Женины глаза наполнились слезами, и она порывисто вытерла тыльной стороной ладони.
- Я стала другим человеком. И за это благодарна судьбе. Я не хочу, чтобы меня жалели, поэтому никто не знает о том, что со мной случилось. И я не хотела, чтобы ты знал.
Женя говорила с тихими всхлипами, пытаясь успокоиться. Луи пересел к ней на кровать и осторожно обнял. Он прижал девушку к себе и стал гладить по голове и плечам. Женя прижалась головой к его шее и тихо, беззвучно плакала.
- Девочка моя, - прошептал Луи, покачиваясь вправо-влево. – Прости меня. Я не знал.
- И не должен был знать. Я живу с этим, и все хорошо.
- Но почему ты боялась сказать мне?
- Ты либо начал бы меня жалеть, либо просто надсмеялся надо мной. Поверь, однажды такое было.
- Но я никогда так не сделаю, - отрывисто произнес Томлинсон, целуя Женю в макушку.
- А теперь иди, пожалуйста, - попросила Женя. – Я хочу побыть одной. Тем более скоро начинаются мои процедуры. Иди.
- Я заберу тебя в субботу, - настоятельно сказал Луи. Он не хотел уходить, но понимал, что Жене необходимо побыть наедине с собой, а ему самому все обдумать.
- Не надо.
- Дай мне решить это самому, - Луи снова поцеловал ее в макушку, вдохнул аромат ее волос и поднялся с кровати. – Скоро увидимся, Женя.
И он, не дожидаясь ее ответа, закрыл дверь больничной палаты.

(via nancychipmunk)

(Остальное тут)

День, когда тайное становится явным…

Девочки, которые читают мои рассказы!

Это обращение к вам. В связи с негативом, который выплеснулся на меня в последние дни из-за того, что некоторые главы попадают в Популярное, я решила закрыть комментарии. Но ведь у вас тоже могут быть пожелания и отзывы, поэтому….

Если я не слежу за вами в ответ, но вам правда нравится то, что я пишу, то чирканите пару слов в комментариях к этому посту (хоть звездочку поставьте), и я начну за вами следить.

Я попала в добрую вьюви-семью, и мне хочется быть ближе к тем, кто меня ценит. Вот так. А злые люди пусть будут злыми

Мама прислала мне sms-ку: « Ровно год назад ты стояла с бантиками в школьной форме на Последнем Звонке »

А ведь и правда… Уже год прошел, даже не верится! Тогда меня волновал ЕГЭ, предстоящий Выпускной, поступление, творческий конкурс… Год назад моя жизнь была совершенно другой, и теперь она сильно изменилась.

Я любила свою гимназию, я многое ей дала, и она многое в меня вложила. Конечно, было много не самых приятных моментов, не самых приятных людей, но зато я выросла умницей, и за это я благодарна гимназии.

Мне не хочется вернуться обратно, я не скучаю по ней, - она ушла в воспоминания. Меня и моих одноклассников жизнь развела по разным уголкам мира. И я этому рада. Те, кто любят меня, остаются со мной, и самый главный человек из них – моя Яна, которая наверняка фыркнет, увидев этот пост :)

Но ностальгия некоторая все же есть. Целый год прошел… целый год…

Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5

Глава 6

— Это было весело, - смеясь, сказала Женя. Она шла по освещенной фонарями дорожке и пританцовывала. Луи шел за ней следом и вторил ее смеху. Вечер и правда удался. Посиделки в пабе прошли на ура. С какой-то стороны это можно было назвать двойным свиданием, но лучше – встречей четырех друзей. Хотя, Луи постоянно обращал внимание на то, какими глазами Стайлз смотрел на Нэнси. Забавно было наблюдать его в этой ипостаси, и будь Луи чуть менее увлечен Женей, точно бы высказался по этому поводу. Но Женей он был увлечен и поэтому оставил Стайлза наедине с его переживаниями.
- Нужно будет повторить, - сказал Луи, нагоняя Женю и беря ее за руку. Она крепок сжала его ладонь своей маленькой ладошкой и пошла по бордюру. Она прихрамывала, и Луи снова обратил на это внимание. Ему захотелось оттащить девушку чуть подальше от бордюра, чтобы она, не дай бог, не оступилась и не упала. Но это было глупо, поэтому Томлинсон просто оставался настороже.
- Но не раньше, чем через неделю. Я не готова в короткие сроки повторить то, что натворила сегодня.
- Всего одна бутылка пива и мартини - это немного, - намекнул Луи.
- Да, но ведь мы смотрели футбол, а мы с Настей болели за Россию, - улыбнулась Женя. – Ты же видел, как на нас смотрели все присутствующие.
- Я готов был уже закатывать рукава для драки, - хохотнул Луи. – Но вы слишком милые, чтобы на вас набрасываться из-за таких мелочей. Тем более выиграла всё равно Англия.
- Но первый гол был за Россией, - напомнила Женя. – И наш с Настей фееричный танец среди разочарованных англичан был просто незабываем.
- А ты говорила, что не танцуешь, - хмыкнул Луи, - еще при первой нашей встрече.
- При первой нашей встрече ты лип к какой-то девчонке, имя которой даже не соизволил запомнить, - фыркнула Женя. – Да я и правда не танцую. Уже больше трёх лет.
- Что? – удивился Луи. – То есть раньше ты занималась танцами?
- Было дело, - отмахнулась Женя. – В детстве все мы были спортсменами, танцорами, музыкантами и художниками.
- А почему бросила?
- Надоело, - Женя пожала плечами и повернула в сторону своего дома. – Зайдешь на чай?
- Родители не будут против? – С хитрой улыбкой поинтересовался Луи.
- Я взрослая девочка, - возмутилась Женя.
- Но мало ли, что мы будем вытворять? – Луи тыкнул ее в живот, и Женя ответила ему тычком в плечо.
- Чай… это так возбуждающе, - наигранно-страстно промолвила она. – Но на самом деле родители еще вчера уехали на свадьбу к дочери маминой подруги. А Ванька ушел на ночевку к другу.
- Девочек, небось, позовут.
- Пусть делают, что хотят, - Женя достала из кармана ключи. – Главное пусть к утру будет дома – мы едем кое-куда. Кстати, на счет этого – не теряй меня на следующей неделе. Меня не будет в Лондоне.
- Почему? – не понял Луи, проходя в прихожую и разуваясь. Женя включила свет и быстро скинула свои сандалии.
- У Ванечки соревнования, - Луи про себя усмехнулся этому милому слову «Ванечка», - В каком-то небольшом городке под Лондоном, а добираться придется самим – не выделили автобус. Так что родители поручили эту миссию мне. Я его отвезу и буду там, в отеле, в тишине и покое готовиться к экзаменам, пока Ваня зарабатывает свой очередной пояс.
Женя прошла в кухню и включила чайник. А затем, сказав:
- Я пойду переоденусь, а ты пока чашки достань. Я мигом.
Луи пронаблюдал, как она легко и непринужденно поднялась по лестнице и скрылась на втором этаже.
Он все время, последние две недели вглядывался в ее спину. И сегодня она, закрытая в просторную голубую футболку, постоянно привлекала его внимание. Иногда его взгляд соскальзывал чуть ниже – на округлые женственные бедра, на худенькие ножки, обтянутые узкими белыми брюками. Но потом он снова начинал смотреть на ее спину, вспоминая то, что видел тогда, в ванной.
Эти шрамы никуда не уходили из его головы. Они не давали Луи покоя, он думал о них постоянно, отвлекаясь только во время концертов. Он не мог даже представить, что или кто мог оставить эти отметины на когда-то красивой Жениной спине. Он хотел спросить ее лично, но не решался это сделать. Оставалось только переживать все это втихомолку и с еще большим трепетом относиться к этой девушке.
Женя зашла в кухню и застала задумчивого Луи с чашками в руках. Она переоделась в трикотажные серые шорты и черную майку, поверх которой была накинута тонкая кофточка. Женя сама разлила чай и достала печенье. Пока Луи накладывал сахар, она делала для него бутерброды, что-то напевая себе под нос.
- Жень? – отпивая чай, позвал ее Луи.
- М?
- Можно тебя о чем-то попросить?
- Я побаиваюсь подобных вопросов, но давай, - не оборачиваясь на Томлинсона, ответили Женя.
- Станцуй. Для меня.
Луи дождался, пока она повернется и посмотрит на него. В ее серых глазах было насмешливое удивление. Она положила нож на доску и поинтересовалась:
- С чего это вдруг?
- Мне просто захотелось посмотреть на то, как ты танцуешь, - прямо сказал Луи.
- Я давно уже этим не занимаюсь. Так что если хочешь шоу, то сходи в кабаре или клуб – на настоящих танцовщиц посмотри.
- Да что мне они – я уже насмотрелся, - Луи сделал еще один глоток и хитро глянул на девушку. – Или ты меня стесняешься?
Женя закатила глаза и сказала:
- Пытаешься взять меня на «слабо»?
- Угу.
- Я не поведусь.
- Потому что тебе и правда слабо.
- Окей, давай так: ты споешь мне, а я потом станцую для тебя. Идет?
- Неплохо, - кивнул Луи. – Пошли в гостиную.
Эти двое вместе направилась в гостиную, Женя села на диван и подобрала под себя ноги. Луи встал по центру комнаты, прокашлялся и запел «Save you tonight». У него было чувство, будто так он не старался с самой записи первого альбома. Он неотрывно смотрел в Женины глаза. А она сидела и обнимала подушку, чуть склонив голову. И Луи казалось, что его немного пошатывает от ее взгляда. Обычно это девушки попадали в плен его взгляда, а не наоборот. Но он в тот момент был в ловушке, и не хотел из нее выбираться.
Когда он закончил петь и глубоко вздохнул, Женя поаплодировала ему и сказала:
- Мама была бы рада это послушать.
- А как на твой взгляд? – усмехнулся Луи, по лицу Жени видя, что ей понравилось.
- На мой взгляд, красиво. Даже очень.
Луи подошел к ней и подал руку, чтобы помочь ей подняться с дивана. Девушка нехотя руку приняла и включила музыкальный канал. Она с недовольством покосилась на Луи, который в предвкушении облизал губы и поудобнее уселся на своем месте.
- Ты негодяй, - сморщившись, высказала она свое мнение. Луи согласился и сделал музыку погромче. Они дождались начала новой песни, которой оказалась “Cry me a river” Джастина Тимберлейка.
Женя встала ровно, опустив голову и расслабив руки. И когда она начала танцевать, Луи в очередной раз понял, что эта девушка никогда не будет разгадана им до конца.
Она танцевала просто, но в каждом ее движении чувствовалось притупленное мастерство бывшего профессионала. Она чувствовала музыку, сливалась с ней. И ей не хватало пространства этой комнаты, она как будто была заперта в ней и искала возможности выпорхнуть из своего заточения. Луи не мог поверить, что она не занималась уже три года, но прекрасно видел, что раньше Женя всей душой была отдана музыке и танцам. Он смотрел на нее во все глаза, на каждое ее - то плавное, то порывистое движение, на каждый переход, каждый шаг, каждое движение руками или головой. Он попросту любовался этой девушкой.
И это любование отвлекло его внимание от главного – Женя старалась как можно меньше выгибаться в спине. Но по мере того, как музыка продолжалась, ей становилось мало ее движений. И уже ближе к завершению она крутанулась на месте и изящно изогнулась назад.
В тот момент Луи понял, какую страшную вещь он совершил, попросив Женю танцевать. Ибо она выпрямилась, победоносно глянула на него,
улыбнулась… и тут ее глаза закатились. Луи не уловил того момента, когда она рухнула на пол.
Он бросился к ней и подхватил на руки. Его сердце билось как ненормальное, пока он нес ее до дивана и укладывал на него. Он не знал, что делать, его охватила паника, потому что ему казалось, что лицо Жени побледнело. Он убрал с ее лица волосы и схватился за ее запястье, чтобы нащупать пульс. То ли из-за испуга, то ли из-за чего-то еще, но он не смог его обнаружить. Тогда он припал ухом к ее груди и прислушался. Сердце билось тихо и ровно. Выходит, что Женя просто потеряла сознание.
Луи набрал в стакан воды и брызнул ей на лицо, провел пальцами по ее щекам и позвал:
- Жень, Жень… девочка моя!
Он снова брызнул на нее прохладной водой, и Женя распахнула глаза. Луи выдохнул с облегчением, уперся локтями в подушку и закрыл ладонями лицо.
- Ты не знаешь, как меня напугала, - пробубнил он.
- Прости, - прошептала Женя. – Я не думала, что такое может случиться.
- Из-за чего это?
- Вроде как защемление нерва, - Женя повернулась на бок. Луи вгляделся в ее лицо и отрешенно понял, что девушка врет, но выпытывать ничего не стал.
- Тебе нужно отдохнуть, а я лучше пойду, - сказал он, поднимаясь с пола. – Я помогу тебе добраться до комнаты.
- Да ладно тебе, я и сама дойду, - отмахнулась девушка. – Всё со мной нормально, я хорошо себя чувствую.
- Не надо было мне просить тебя танцевать, - хмуро заявил Луи, не слушая ее. Женя попыталась встать на ноги, но Луи не дал ей такой возможности. Он наклонился и, просунув руки под ее ноги и спину, рывком поднял ее.
- Да поставь ты меня! Я же не калека какая-нибудь, - возмутилась Женя, пытаясь вырваться. – Луи!
- Дай хоть минуту побыть в роли принца, - с непривычной угрюмостью в голосе промолвил Луи и стал подниматься по лестнице. Женя успокоилась и закинула одну руку Луи на шею. – Зря я все это затеял.
- А я зря согласилась, - успокаивающе сказала девушка. – Не нужно брать вину на себя, мы оба виноваты. Но дело в том, что сейчас ты тащишь меня в мою спальню, а это верх галантности и милости, так что все в порядке.
- Хорошо, что ты оценила, - немного улыбнулся Луи. Он толкнул ногой дверь и аккуратно занес Женю в ее комнату. У него не было свободной руки, чтобы включить свет, поэтому до кровати пришлось добираться в кромешной тьме. Луи нечаянно пнул ногой ножку кровати и ойкнул. Женя хмыкнула, и Луи положил ее на кровать. Девушка включила светильник и сощурилась от мягкого розоватого света.
Луи сел рядом с ней и потрепал ее по коленке. Он все еще был встревожен, а на языке крутилось куча вопросов. Женя подложила под спину подушку и сложила ладошки на животе.
- Все хорошо? – заботливо спросил Луи. Она кивнула:
- Всё просто замечательно.
Тут взгляд Томлинсона упал на розовую книжицу с черной тесемкой, он вспомнил то, что тайно прочитал в ней и снова посмотрел на Женю, которая смотрела на него из-за чуть опущенных ресниц.
- Тебе принести что-нибудь?
Она покачала головой и прикусила нижнюю губу.
Луи был сильно встревожен, но даже эта тревога не могла устоять против его желания поцеловать эту своевольную девчонку. Он понимал, что она может снова его отвергнуть, но… но желание было сильнее благоразумия.
Он подался вперед и, - то ли ему показалось, то ли это и правда было так, - но Женя в тот же миг тоже наклонилась к нему.
Это было другое – не то, что когда-то давно, в первый раз. Когда она поцеловала его, чтобы просто доказать свое к нему равнодушие. Теперь это было так трепетно и нежно, что у Луи голова пошла кругом.
Женина рука лежала на его шее, большим пальцем она нежно водила по его щеке. Вторая ее рука покоилась на груди Луи, и из-за этого по его телу разливался жар. О, какая страсть вспыхивала в нем при каждом ее прикосновении…
Постепенно его губы перебрались к ней на шею, на плечи. Женя наклонила голову вбок, позволяя Луи целовать себя. Он осторожно повалил ее на кровать, нависая над ней, не в силах оторваться от ее губ. А она отвечала с жаром и полной самоотдачей, так что Луи не мог осмелиться поверить в реальность происходящего.
Он выждал еще несколько секунд, и уже не отдавая себе отчета о своих действиях, проник руками под ее футболку, провел ладонями по ее теплой коже, завел руки под поясницу.
Вдруг Женя дрогнула и быстро отстранилась от него.
- Луи, нет. Не надо, - с каким-то испугом в глазах сказала она.
- Почему? – с затуманенным взглядом промолвил он. – Я что-то делаю не так?
- Нет, нет, не в этом дело… Луи, просто мы не должны, я не буду… - лепетала Женя, лежа под ним и покусывая пунцовые губы.
- Я не нравлюсь тебе? – спросил Луи. – Скажи мне честно, и я больше никогда не буду делать ничего подобного.
- Нет, ты нравишься мне, очень… - отводя взгляд, прошептала девушка. – Но я… но…
Она никак не могла ничего сказать, и с языка Луи вдруг сорвалось:
- Это из-за твоих шрамов?
Нужно было видеть, как расширились Женины глаза. У Луи по позвоночнику прошлись мурашки, когда он понял, ЧТО ляпнул. Но прежде, чем он успел сказать хоть что-нибудь, Женя с силой пихнула его руками в грудь, отталкивая от себя.
- Женя, нет… - как завороженный сказал он. – Нет…
- Уходи! – прошипела она. – Вон из моего дома!
- Женя, прости, я не должен был этого говорить… я не должен был знать… - УХОДИ! – Женя соскочила с кровати и стала выталкивать Луи из комнаты. Он с ужасом наблюдал, как по ее лицу текут яростные слезы. – Уходи сейчас же! Не хочу больше видеть тебя! Никогда!!!
- Женя, послушай…
- Не хочу! – она кричала и неустанно и бессильно колотила его, пока он пытался поймать ее руки. – Уходи! НИКОГДА БОЛЬШЕ НЕ ПРИХОДИ СЮДА!
Она уже дотолкала его до лестницы, но Луи все не желал сдаваться.
- Выслушай меня, Женя, я хочу…
- Мне плевать на все, что ты скажешь! Вон! – она тяжело дышала.
Она была на грани истерики, ее лицо было мокрым от слез, волосы растрепались. Она прилагала столько усилий, чтобы толкать Луи, что он побоялся, что она снова потеряет сознание. Тогда ему пришлось сдаться.
Единственное, что он успел сделать – сунул ноги в мокасины и повернул дверной ключ.
- Женя, еще раз прошу тебя…
- Нет!
Она принялась что-то говорить на русском, но Луи уже ничего не слышал, так как она захлопнула дверь.
Луи слышал рыдания, слышал тихие причитания. Он принялся звонить в звонок, стучаться, но никакого отклика не было. Его всего трясло изнутри, он буквально сгорал заживо.
Он со всего маху врезал кулаком по двери и направился к машине, осознавая, что он только что сам наслал цунами на островок своего спокойствия. И в этом цунами утонул и он сам.

(via nancychipmunk)

(Остальное тут)