take this night

ЗИМНЯЯ НОЧЬ

Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

Как летом роем мошкара
Летит на пламя,
Слетались хлопья со двора
К оконной раме.

Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.

И падали два башмачка
Со стуком на пол.
И воск слезами с ночника
На платье капал.

И все терялось в снежной мгле
Седой и белой.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На свечку дуло из угла,
И жар соблазна
Вздымал, как ангел, два крыла
Крестообразно.

Мело весь месяц в феврале,
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

1946

Борис Пастернак

* * *

Не как люди, не еженедельно.
Не всегда, в столетье раза два
Я молил тебя: членораздельно
Повтори творящие слова.

И тебе ж невыносимы смеси
Откровений и людских неволь.
Как же хочешь ты, чтоб я был весел,
С чем бы стал ты есть земную соль?

1915 Борис Пастернак

* * *

Мне хочется домой, в огромность
Квартиры, наводящей грусть.
Войду, сниму пальто, опомнюсь,
Огнями улиц озарюсь.

Перегородок тонкоребрость
Пройду насквозь, пройду, как свет,
Пройду, как образ входит в образ
И как предмет сечет предмет.

Пускай пожизненность задачи,
Врастающей в заветы дней,
Зовется жизнию сидячей, -
И по такой, грущу по ней.

Опять знакомостью напева
Пахнут деревья и дома.
Опять направо и налево
Пойдет хозяйничать зима.

Опять к обеду на прогулке
Наступит темень, просто страсть.
Опять научит переулки
Охулки на руки не класть.

Опять повалят с неба взятки,
Опять укроет к утру вихрь
Осин подследственных десятки
Сукном сугробов снеговых.

Опять опавшей сердца мышцей
Услышу и вложу в слова,
Как ты ползешь и как дымишься,
Встаешь и строишься, Москва.

И я приму тебя, как упряжь,
Тех ради будущих безумств,
Что ты, как стих, меня зазубришь,
Как быль, запомнишь наизусть.

Борис Пастернак

* * *

Никого не будет в доме,
Кроме сумерек. Один
Зимний день в сквозном проеме
Незадернутых гардин.

Только белых мокрых комьев
Быстрый промельк моховой,
Только крыши, снег, и, кроме
Крыш и снега, никого.

И опять зачертит иней,
И опять завертит мной
Прошлогоднее унынье
И дела зимы иной.

И опять кольнут доныне
Неотпущенной виной,
И окно по крестовине
Сдавит голод дровяной.

Но нежданно по портьере
Пробежит сомненья дрожь, -
Тишину шагами меря.
Ты, как будущность, войдешь.

Ты появишься из двери
В чем-то белом, без причуд,
В чем-то, впрямь из тех материй,
Из которых хлопья шьют.

1931 Борис Пастернак

Всё, живя одной судьбой, вместе встретившись, сольётся. Что ж не мы с тобой?

Но зато я так стремительно падаю вверх

Знаешь, а ведь ты никогда не подойдешь ко мне. Лишь будешь издалека, так мило наблюдать, слегка рассеянно. Не спросишь, почему я поедаю тебя глазами и концентрирую свой взгляд на каждом взмахе твоих ресниц. Никогда. Пройдет несколько лет, а все будет так же, ничего не изменится, ничего. Ты даже не узнаешь моего имени, и я твоего тоже никогда не произнесу. А мне обидно. Обидно, что так всегда получается. Ты ведь не догадываешься, что я бы все отдала за одно прикосновение твоей руки, за один понимающий взгляд, за одну нежную улыбку. Всё, я высказалась. Если бы это могло хоть что-то изменить.

Может уже хватит? Гребаный плагиат. Если нет фантазии придумать что-то свое, так нечего лезть ко мне. Уйдите

Я все равно уйду. Ведь ты заставишь

Жаль, что в мире так мало настоящих людей

Но все теряет, когда тебя нет вкус, аромат и цвет

Хочешь ли ты стать частью моей темноты?

Он не такой как все. И это моя беда

Я - рецессивный ненужный ген

Прости меня