razzle dazzle

не покидай меня сегодня
и завтра тоже не покинь
уйдёшь и я умру поверь мне
или не верь
но я умру

Долго сидел в темноте, глядя в окно. В первый раз за пять дней я остался один. Я - человек, для которого уединение жизненно необходимо. Я не могу без него, как другие не могут без воды и пищи. Каждый день без одиночества отнимает у меня силу. Я не гордился своим одиночеством, но я был от него зависим. Темнота в комнате была для меня как свет солнца. Я отпил вина.
Внезапно комната наполнилась светом. Раздался скрежет и рев. Рельсы надземки проходили вровень с моим окном. Поезд остановился. Я смотрел на лица людей в электричке, а люди смотрели на меня. простояв с полминуты, поезд поехал дальше. Снова стало темно. А потом яркий свет вновь залил комнату. Я опять смотрел на лица людей. Это было подобно видению ада, повторявшемуся вновь и вновь. И с каждым новым поездом, проходившим мимо, лица людей становились все более жестокими, уродливыми и безумными. Я пил вино.

Кто сегодня спасет мир?
Кто вернет тебя к жизни?
Мы сделаем это, я и ты,
Мы сохраним мир сегодня ночью.

душить себя почувствуя этот запах

и кривить лицо вспоминая твои черты

поставить огромные чорные кресты

на пустом и бездонном слове люблю

и это вовсе не из-за противности

или такой ранней наивности

просто наверное,

сердце чье было "верное"

вовсе и не было таковым.

Как же это наверное круто, говорить, что ты любишь человека когда он рядом,

Как же это наверное круто, говорить что не можешь без его ресниц, когда они в миллиметрах от твоих

Как же это наверное круто, называть его ублюдком, зная что он не обидеться

Но хочу вам сказать, это все довольно вальяжно и пафосно

Не смотря на столь малые мои года

Я знаю, что говорить я тебя люблю, нужно тогда, когда без человека и час уже как месяц

Я знаю, что говорить подобноее про ресницы, надо тогда, когда они в километрах тоски от тебя

И уж навернека знаю, что называть ублюдком, вовсе и не стоит, ведь если он окажеться ублюдком позже, а он окажеться, ты даже не поверишь в это.

я так любила ходить за руки

и никогда не брала с собой перчатки

руки хоть и обветривались,

но ты мне их грел

и я знала что не замерзну,

а теперь их греют мои карманы

и мои привички то остались,

и они до сих обветриваються

бедные мои брошеные руки.

как же круто этому сое

пишет и даже не париться,

ведь никто не узнает о ком же это он,

а я пишу и пальцы будто тебя касаються

потому что навернека мои поймут, дурак

что это про тебя пишу, лучше я это подожгу.

лучше я пойду и подкурю.

разве тебе важно

что я за тебя все отдам,

что за твою улыбку

лет 10 своей жизни продала бы

разве важно что снишься мне уже 4 ночи

и разве важно то, что в голове я обнимаю твои плечи,

но если важно

ты скажы

или просто улыбнись иначе

я все замечю, была бы мне удача,

и я бы все простила

и гордость бы убила

ведь

мне тебя найти было делом всей жизни

а отпустить будет делом всей смерти.

идя домой

сидя за столом

лежа на диване

говоря с подругой

я вспоминаю тебя,

хотя чего уж там

я про тебя не забываю и на миг,

и представляю твои руки на мне

и твою руку в моей

и думаю как же это блевотно

но ты мой

правда мой

и мне все равно

кто у тебя.

наверное

ад что во мне

превратился в дурь

ведь я начала загадывать

одно

и

тоже

желание

когда на часах

к примеру

21:21

ведь я начала молить

бога

и

ветра

прозрение

к примеру

про нас

и

что бы ты понял

как я тебя л,

чертов ловелас

дожилась же

думаю

что вон оно

раз

и

на всю жизнь

и этот перень

для меня

любящий мущина

но на самом деле

у него не ростет даже щетина.

ты однажды спросил про цветы,

а я сказала

что ненавижу их

и ты улыбаясь сказал

что заставишь полюбить,

и лицо мое перекосячиное

сказало нет

но внутри,

честно,

я ждала каждую секунду

когда же ты

мне их подаришь и

ромашки мои любимые

отдашь

и нет

это совсем не требования

просто твое внимание

для меня

самое теплое и горячее

что было у меня внутри.

а мне бы только знать

сколько ты сегодня выкурил

и сколько баб глазами раздел,

хотя

нет

это пожалуй лишнее.

а мне бы только видеть

твои ямочки и знать кого ты целовал,

хотя

нет

это пожалуй лишнее.

а мне бы только забыть твое "я не кину",

хотя

нет

это пожалуй

в моей голове

тоже

лишнее.

Я была девочкой правильной.

Честно.

Не пила и не курила,

ведь не по умному это,

но то дурацкое молчание в трубке

и прокуренный голос

таких любимых ствоих сигарет

которые я просила кинуть,

не то что курить

и напиваться попросят,

а стихи тебе посващять заставят.

я почти не помню твоих глаз

и не ощучаю твоих прикосновений,

но

как как же дико

и безумно невыносимо

говорить себе

и уговаривать поверить

в эту лошь.

Ведь на самоме деле

я помню даже тот твой запах

который уже две нидели,

наверное,

нюхают бордели.