Девочка с добрыми глазами

Из-за меня он такой нервный.
Пальцем кружочки на слой пыли.
Я, говорит, у тебя первый?
Нет, говорю, до тебя были.
Рядом лежим - он черней тучи.
Это у них, у мужчин, в моде.
Я, говорит, у тебя лучший?
Ну, говорю, неплохой вроде.
Что-то твердит о мужской страсти.
Что-то о том, для чего создан.
Я, говорит, тебе дал счастье?
Да, говорю, до фига просто!
Станет, наверно, чужим мужем -
Вот и проест у жены темя!
Я, говорит, хоть тебе нужен?
Да, говорю, провести время.
Как же тесна мне моя шкура!
Мне бы уйти, но уже полночь.
Врёшь, говорит.Засыпай, дура.
Вру, говорю. До утра, сволочь.

Сегодня в первый раз (А ведь прошел почти месяц!) я смогла взять в руки баночку с моим кремом для тела. И сидела с ней минут 15 не могла открыть и потом еще столько же сидела и просто наслаждалась запахом. Теперь у меня есть запах, который будет всегда напоминать мне тебя. Пусть это и на самом деле мой запах… Но я помню, как ты полностью пах мной. Моим кремом и твои руки на мне… Руки, наносящие этот крем.

В первый раз после встречи я сделала это сама.

Рядышком с ним… Мое сердце – тает…

От поцелуев краснею слегка,

А он… Нежно-нежно мне губы ласкает,

Тихонечко шепчет… "Люблю … Лишь… Тебя…"

Анастасия Родзина

Пусёёёшыш, мой любииимый)))
Я тебя люблю сильно сильно))) )
Приезжай уже скорее))) ))

Люблю-люблю-люблю!!! Еще чуточка!!!

— Представь: ты идёшь не накрашенная, в старой толстовке из магазина и на встречу тебе - он, тот, которого ты когда-то любила больше жизни. Тот, которому доверяла, которого прощала, которого считала своим. Что ты сделаешь?
- Дам ему по роже ананасом!”

Когда выбираешь ей платье
И лечишь её от простуды,
Ты помнишь про наши объятья,
Ты ищешь во сне мои губы.

Когда его волосы глажу
И вечером мою посуду,
Я помню мелодию нашу,
Я слышу её отовсюду.

Когда говоришь ей о чувствах,
Встречаешь цветами с работы,
Глазам твоим облачным грустно,
Они видят в прошлом кого-то.

Когда для него ищу рифмы,
Пишу о любви бесконечной,
Мне муза всегда шепчет тихо
О наших несбывшихся встречах.

И рушатся хрупкие судьбы,
Разбитые нашей игрой.
Зачем мы так преданно любим
Всех тех, кто остался мечтой?

Прошло лет 5. Ну может быть чуть меньше

И стала я совсем уже другой,

Но вдруг, случайно, на одной из станций,

Судьба опять свела меня с тобой.

Я первая тебя тогда заметила,

И улыбнулась. Будто не болит.

Как будто не щемит в груди под вечер мне,

Как будто ты давно уже забыт.

Ты подошел ко мне, как прежде гордый.

Сказали мы друг другу пару слов.

Ты все такой же. Все, такой родной мне.

Твой взгляд и эта поднятая бровь…

—С кем ты сейчас? - Семья, жена, работа…

Все так, как предсказала мне тогда.

—А ты? -Добилась много на свете.

Как говорил ты, тоже не одна.

И ничего б я больше не спросила,

Но ты, подумав, сам заговорил:

"Она не любит так, как ты любила.

Я как тебя, её не полюбил."

Стою. Молчу. Разглядываю рельсы.

Ты продолжаешь: "Знаешь, я скучал.

Но только в сказках замужем принцессы.

Жена - одно. Она - не идеал."

Я улыбнусь. Скажу: "И я скучала.

Но счастья я тебе желаю с ней."

Но где-то в глубине души признаюсь:

"Я идеал. Твоя мечта. На век."

А девочка выросла. Видите, девочка выросла.
Вот только искусственна вся – от ресниц до эмоций.
Немного за двадцать, а столько уже в жизни вынесла,
Что ей временами плевать, если вдруг не проснется.

И если быть честной, она и сама знает парочку,
Таких же, которым плевать на нее с высока.
Но девочка выше таких, она вовсе не парится:
Улыбка, презрительный взгляд и походка легка,

И ветер развеет послушные длинные волосы,
А девочке хочется – в пепел – и с ветром летать,
Ведь люди бездушны – кричала сорвавшимся голосом
И многие видели: плохо. Не стали спасать…

Ей только немного за двадцать, а верить не хочется
Совсем. Никому, ни на грамм. Это опыт из прошлого.
И девочке проще теперь принимать одиночество -
Ей больше не хочется искренней быть и хорошею.

Смеется. Не верьте. У девочки просто истерика:
«Не лезь ко мне в душу! А тело?.. А тело – бери…»
«Ты так повзрослела!» /открыли мне тоже Америку!/
Да, выросла, мать вашу… выросла, черт побери…

Глупо судить обо мне по тому, что я здесь пишу. Мой мир не ограничивается рамками интернета и есть вещи, которые я никогда не выставлю на всеобщее обозрение. Так, что, пожалуйста, давайте без выводов.


Весь день засыпаю… Погода такая наверное. Нашла песню для танца, который будет в подарок кое-кому) Уже прям хочу-хочу осуществить то, что задумала. Сегодня с Катей поговорила, она меня обрадовала, что встретит) Это хорошо… А то у меня клаустрофобия, я чужих городов боюсь, одна особенно, если… Если кто-то со мной, то я на край света, все разрулю… Но одна - это ужас)
Ситуация эта с Наташенькой… Обидно до слез, девочки, за нас всех… У каждой своя боль, но сегодня… Меня просто это выбило. Такое дерьмо.

Даже думать не хочется.

На работе сплю весь день… Моя безумная болезнь… Я схожу с ума, когда мне что-то с волосами делают… Как говорит папуля "до оргазма", когда массаж головы или просто заплетают меня. Сегодня Оленька красоту навела мне, а вечером тренировка и все развалится… Зато сейчас красота…

И каждое прикосновение, как его руки на моих волосах… Как расчесывал меня, после душа… Нереально…

Сегодня уже шестое и еще три недельки до отпуска. Совсем чуть-чуть… И надо придумать что-то такое, что останется на память… Что-то особенное, чтобы не просто так… Уже как билеты купила, так и думаю об этом… Сделать или найти что-то… Что будет напоминать обо мне всегда))) У меня еще есть время… Может посоветуете что?

Если уж любить, то такую женщину, чтобы с ней было не стыдно попасться на глаза жене.

Ей девятнадцать, у нее не жизнь, а несчастный случай.
Она все время спешит и все время не успевает.
А он говорит ей в трубку: "Родная, послушай",
И она от этого "родная" застывает.

Не отвечает и паузу тянет, тянет,
Время как будто замерло на часах.
И сладко чешется в горле и под ногтями,
Ну, там, где не почесать.

Ей девятнадцать, у нее не нрав, а пчелиный рой.
Сейчас все пройдет, сейчас она чай заварит.
Она сама боится себя порой,
А он ее маленькой называет.

Сосед нелепо замер с раскрытым ртом,
Размахивая руками.
Двухмерный, как будто бы он картон,
А может, бордюрный камень.

Ей девятнадцать, у нее не вид, а тяжелый щит,
У нее броня покрепче, чем стены в штольне.
Как посмотрит пристально - все вокруг затрещит.
А он не боится, что ли?

Он, наверное, что-то еще говорит, говорит,
Что он не придет, что прости, мол, что весь в цейтноте.

Она не слышит. У нее внутри что-то плавится и горит.
И страшно чешутся ногти.

Полжизни без меня, наверное, пройдет:
В разгаре будет твой семейный ужин,
Ты вздрогнешь вдруг и вилка упадет,
И разговор молчанием нарушишь.

Ты выйдешь в комнату и распахнешь окно,
Возьмешь тетрадь с забытой дальней полки,
И будешь тихо рифмами дышать,
Буравя сердце острою иголкой.

Лаская взглядом каждую строку,
Ты вспомнишь, как держал меня за руки,
Как прятал взор… безумную тоску…
…и наши тени на краю разлуки…

Ты поднесешь листы к своим губам,
Целуя их, как будто мои плечи,
Ты обратишься взором к небесам…
Откуда боль?… а время то не лечит…

Я буду не с тобой… в другой стране,
Где нет ни поездов, ни расписаний…
Куда легко попасть… но лишь во сне….
Страна зовется эта просто – Память…

И вспыхнет вновь твоя душа огнем,
И ты поймешь, что был как воздух нужен…
Убрав тетрадь, вернешься….
…..за столом
Твоя семья и твой остывший ужин…

Люблю ли я тебя?
Я люблю.
Люблю - несмотря ни на что.
И благодаря всему.
Любила.
Люблю.
И буду любить.
Будешь ли ты груб со мной.
Или ласков.
Мой или чужой - все равно люблю.

Хочу дождь… Хочу босиком гулять под дождем, в насквозь мокром платье… Чтобы заболело горло и говорить можно было только шепотом… Чтобы на звонки отвечать смс-ками… Чтобы не петь… Просто, чтобы от каждого звука громче шепота было больно… Хочу чтобы незнакомец подошел на улице и поцеловал, назвав "принцессой" как 2 дня назад… А еще лучше, чтобы он оказался тем, кто больше всего нужен сейчас… И нельзя… Просто нельзя с таким настроением ехать к шефу… Я должна улыбаться и поднимать настроение… Я же "звездочка каждого дня"…

Дождь… Пожалуйста, будь…

А еще… Хочу как 3,5 года назад гулять ночью по городу… С одной единственной песней на повторе…

А знаешь, милый, я ведь точно знаю-
Ты всё – таки однажды позвонишь…
И голос твой я слегкостью узнаю.
Ты тихо спросишь: «Как ты там, малыш?»
Я расскажу о том, что накипело.
О том, о чём молчала столько дней.
О том, как сердце по ночам болело,
О том, как вызывали мне врачей…
А знаешь, милый, мне тогда казалось,
Что без тебя и дня не проживу.
Только вот на деле оказалось,
Что без тебя я жить вполне смогу.
Да что скрывать, мне было очень больно,
Порой, дышать мне было тяжело…
Но мама мне сказала: «Дочь, довольно!
Мне на тебя смотреть так нелегко!
Пусть он ушёл, пускай нашёл другую.
Одно пойми: всё кончено теперь!
И раз нашёл себе он там другую,
Ты в прошлое закрой скорее дверь!
Прошу пойми, он не один на свете!
Другого встретишь и полюбишь ты!
И будешь ты гулять с ним до рассвета,
И будет он дарить тебе цветы».
А знаешь, милый, я тогда считала,
Что мама ошибается и врёт.
Что мама ничего не понимала,
Из сердца - то любовь ведь не уйдёт…
Я по тебе порою так скучала,
До боли не хватало мне тебя…
Во всех прохожих я тебя искала,
Но не нашла. Я глупая была…
Ты только знай: тебе я благодарна.
И зла, поверь, совсем я не держу.
Благодарю за всё, что дал мне
И просто с легким сердцем отпущу…
Но всё – таки однажды на рассвете
Ты номер наберешь и скажешь мне:
«А помнишь, как мечтали мы о детях?
Меня прости. Я до сих пор тебя люблю…»

А ты будешь прощать мне ночные звонки и слезы?
И письма испачканы тушью, в губной помаде?
Когда будет очень плохо мне, ты поможешь?
Обнимешь и скажешь: «родная, не плачь, не надо»?

А ты будешь прощать мне ошибки, чужые взгляды?
И ревность тупую, пришедшую среди ночи?
Когда захочу уйти, ты скажешь «не надо»?
Или просто смолчишь, просто так, между прочим?

А ты будешь прощать мне побитую утром посуду?
И разорваны вечером все твои книги и газеты?
Если да, то навек я с тобою буду
В твоем сердце, с тобой, навсегда там же где ты!