уродец

с каждым днем всё больше извращенных радостей.

сегодня с наслаждением наблюдал, как течет моя грязная кровь

огромная банка ананасов делает меня на полчаса счастливее

сёстры

все мы будем усатыми трупами

все эти блядокотики съедают на полдник наши легкие, а потом подтирают свой пушистый зад остатками нашей душенки

игры мотыльков

спокойной ночи, голыши!

завидую людям, которым не снятся сны

спят котятки

я не усну в потоках января

и будет сердце биться вечно.

не знаю, вытерпит меня

твоя наивная беспечность.

сегодня я проснулся маленьким голодным кроликом

постоянный внутренний страх, взявшийся непонятно откуда и не проходящий. очередной взрыв скоро, чувствую.

Облакини плыли и рыдали
Над высокими далями далей.
Облакини сени кидали
Над печальными далями далей.
Облакини сени роняли
Над печальными далями далей…
Облакини плыли и рыдали
Над высокими далями далей.

ехала домой в маршрутке и поняла, что нас окружают люди-ледоколы и маленькие-черенки. есть желание стать средним, но до большого не далеко. развивается параноидальный синдром боязни стать одним из них, потом мысль резко перетекла в то, что я не знаю историю кораблестроения, да что там, ни одного названия ледокола! решила почитать. скачала книгу.

Мальчик сказал мне: «Как это больно!»
И мальчика очень жаль…
Еще так недавно он был довольным
И только слыхал про печаль.

А теперь он знает все не хуже
Мудрых и старых вас.
Потускнели и, кажется, стали уже
Зрачки ослепительных глаз.

Я знаю: он с болью своей не сладит,
С горькой болью первой любви.
Как беспомощно, жадно и жарко гладит
Холодные руки мои.