В августе прошлого года моя жизнь разделилась на «до» и «после».
Я работала в колл-центре, где каждый день пропускала через себя чужой негатив (ну не умею я ставить фильтры на это). За пределами работы были частые атаки БПЛА — постоянный страх, от которого трясло и хотелось плакать. А в самый разгар этого ада я вспомнила и прожила заново то, что долгие годы было похоронено глубоко внутри: 18+ насилие в детстве.
Я позвонила на горячую линию психологической поддержки. Психолог подтвердила: «Ты не сошла с ума. Это правда было». И в тот момент мне стало легче. Но ненадолго. Буквально на несколько секунд.
Я лежала и не могла встать. Собаку выгуливала через силу. Еда потеряла вкус — я почти неделю не чувствовала запахов и вкусов. А когда выходила на улицу, в голову приходили мысли: «Хорошо бы попасть под машину». Я много плакала, любая мелочь выбивала из колеи. Я уволилась с работы, потому что не могла больше выдерживать этот поток.
Психолог настаивала: «Иди к психиатру». Но я чувствовала себя лучше и думала: «Зачем? Я же уже нормально себя чувствую. И потом, я не знаю, что ему говорить». Я боялась. И не пошла.
В ноябре-декабре меня накрыло по-настоящему. Начался психоз. Я попала к психиатру, а потом в психиатрическую больницу. Там мне поставили диагноз: шизофрения.
Честно? Я долго не могла принять это слово. Мне казалось, что шизофрения — это обязательно про голоса в голове, про «вложенные» мысли, про полный отрыв от реальности. В августе у меня не было голосов и прочего. Я просто не могла встать с кровати и хотела умереть. Разве это шизофрения?
Однако, моя потеря вкуса, апатия и мысли о смерти — это были первые «звоночки». А тёмные пятна, которые я вижу сегодня — летящие в меня или мимо — это уже та самая продуктивная симптоматика, которую лечат нейролептиками.
Сейчас я принимаю рисперидон и хлорпротиксен. Я сдала анализ на пролактин — он оказался 1719 при норме 726. Побочка ударила по женскому циклу. Но я знаю: это обратимо. Врач скорректирует терапию. Главное — я не бросила лечение.
Я пишу этот пост не для того, чтобы пожалеть себя. Я пишу его для тех, кто сейчас лежит и не может встать. Для тех, кто боится идти к психиатру, потому что «не знает, что говорить». Для тех, кто считает, что «со мной такого не случится».
Это случилось со мной. И вот, спустя почти год, я жива. У каждой истории есть своё «Год спустя». Есть и у этой. Я хожу к врачу, принимаю таблетки, анализирую свои симптомы и учусь жить заново. Шизофрения — не приговор. Это просто особенность работы мозга, которую можно держать под контролем.
Если вы узнали себя в моем тексте полностью или частично — пожалуйста, не ждите. Обратитесь к врачу сейчас. Не бойтесь выглядеть глупо или «непонятно». Врачи знают, о чем спрашивать. И вы не одни.