вспомнилось, кстати: "Толпа жадно читает исповеди, записки etc., потому что в подлости своей радуется унижению высокого, слабостям могущего. При открытии всякой мерзости она в восхищении. Он мал, как мы, он мерзок, как мы! Врете, подлецы: он и мал и мерзок — не так, как вы — иначе."

у Пушкина, конечно, иной контекст, но вот это "он мал, как мы, он мерзок, как мы!" в этом желании всё свести до своего уровня, про вот эту вот подлость- это, конечно, всегда и во всём — одно и то же.