здесь нет ни книжки, ни телефона.
только я и моя зубная боль; засыпающий двухлетка уже не в счёт — он занят своими детскими полусонными мыслями, и на том спасибо.
я набираю этот текст у себя в голове, стараясь отвлечься от пульсирующей боли.
ещё один страх, вытекающий из безденежья — что внезапно не сможешь спастись, если начнёшь подыхать.
23:16
я спускаюсь, чтобы забрать телефон с зарядки, и скребусь в комнату к отцу — мы планировали смотреть вместе передачу, но ребёнок уснул слишком поздно, да и на даче что-то странное со спутниковым тв — вместо прямого эфира чгк идёт фильм про балабанова.
я прошу таблетку ибупрофена, и поднимаюсь к себе.
боль немного отступает сама по себе, и я решаю оставить обезболивающее на потом.
«потом» наступило в 7 утра. но таблетка особо не помогает. только через час я почувствовала, что могу заснуть, но уже начинает ворочаться сын.
к часу дня меня выворачивает наизнанку от боли. последний раз я чувствовала такую обезоруживающую боль два года назад — когда мне вспороли живот и вытащили оттуда ребёнка.
я не могу двигаться, говорить, думать.
мы принимаем экстренное решение ехать в клинику, хотя моя стоматология ещё на карантине. едем в другую. мне очень хуёво.
меня принимает врач, который год назад вымотал мне все нервы, не справившись с лечением зуба мудрости. она не умеет нормально обезболивать, и в этот раз та же история. на помощь приходит хозяйка клиники. я бы хотела лечиться у неё, но она занята другим пациентом.
через несколько дней мне снова туда ехать, и тогда уже выставят счёт.
вот ведь правду говорят — с возрастом начинаешь бояться стоматологов совсем по другим причинам.
