сеанс вечерней грусти проходит в толстовке. любимой и единственной. у меня противоречивые отношения с вещами. с одной стороны это всего лишь вещи. с другой стороны - я люблю вещи, о некоторых своих вещах я могу говорить часами, пусть с ними даже не связано никаких историй (пушто в моей скучной жизни вообще нет историй). например своим первым кроссовкам, когда я их относила до победного года 4, я написала метровый пост с дифирамбами, и могла бы снова его написать. и я пишу. не метровый (надеюсь), и не про кроссовки. эту толстовку я натурально выпросила у мамы, хотя я никогда в жизни не просила того, про что знала, что это дорого. да и вообще я наверно особо никогда ничего не просила. не считая верхней одежды (или даже считая, хз) это самый дорогой предмет одежды в шкафу - 3к. мне и сейчас это кажется дорогим, а тогда я ещё в школе училась- я не знаю почему мне её купили. но тогда с деньгами было значительно легче, в принципе. это найковская толстовка с капюшоном, у которого высокая горловина. т.е. когда он одет, он закрывает шею. сейчас до подбородка, раньше- не помню. я влюбилась в этот капюшон, из за которого её и купили, а сейчас я считаю что выгляжу в нём весьма сомнительно. но всё равно люблю и ношу. у неё уже стёрлись рукава, я заляпала карман строительным клеем, когда мы приводили квартиру в божеский вид перед продажей, она уже выглядит не так круто (или вообще не круто). я хожу в ней уже точно больше пяти лет. я до сих пор не перевожу её в разряд домашней одежды, хотя по сути, кроме как сгонять в магаз и погулять с собакой в ней уже никуда не выйдешь. эта толстовка пережила некоторые мои дружбы, и кучу плохих дней. в один такой день, сидя на уроке английского, и слушая какой-то тупой и невразумительный галдёж- не знаю почему мы ничем не занимались, я вместо того, что бы закатить глаза, спряталась в этот капюшон, наглухо затянув его где-то в районе макушки, и легла на парту. кто-то увидел и засмеялся. я знаю что это выглядит нелепо, но с тех пор я не раз пользовалась этим неприглядным приёмом- насколько это позволяла ситуация. например на парах. иногда мне не хватает этой толстовки, когда я не в ней, и я жалею, что не могу демонстративно затянуть капюшон, хоть десять раз прослыв странной- "спрятаться в домик". наверно с годами люди отращивают себе такой капюшон, учатся этому без настоящей ткани, которой можно закрыться от мира, или потребность в нём отпадает. у меня не произошло ни того, ни другого. я просто затягиваю капюшон- и сижу, одна в комнате при свете лампы, вспоминая всякую грустную херню.