С началом этой недели я проживаю своё предпмс-ное время — самое злое, самое гневное, самое полное обид и оттого самое страшное для меня… впрочем, около года назад. В период такого пмс я накапываю гору компромата на всех, на кого у меня внезапно открываются глаза, поэтому и родился тот гневный и полный злобы текст о том, на что потратилась я, а не мой мужик, – в этот раз под раздачу попал он. Однако, уже как правило раз в месяц я становлюсь резкой, грубой, прямолинейной, недовольной, агрессивной, – в общем, не той, которую так привыкли видеть окружающие меня люди. Что поразительно, в периоды этих запалов я чувствую себя что ни на есть истинной — уверенной по своим эмоциям, принципам, железобетонно стоящей на своей правде. А потом, как только пмс отступает, отхлынывает, я снова тише воды и ниже травы, – молчалива, не требовательна к окружающим, чем и удобна им. Как в этих двух пограничных состояниях найти рациональное зерно? Где — я сама, а где — навязанные внешними морализаторами чувства, на протяжении долгих лет воспитания теперь привычно присваемые самой себе? Я спасаюсь только настойкой пиона, подавляющей гнев, охлаждающей голову, в эти пмс-ные две недели, прописанной год назад мне маммологом в ответ на жалобу о сильных нервных переживаниях и озлобленности в связи с работой, которую, кстати, я поменяла в ноябре 2017, избавившись заодно от триггера нести гиперответственность