26 октября 2017 года в26.10.2017 10:54 32 0 10 1

Мы едем в Дрёбак и Лильстрём – где хвойный лес и бури рек, где на туманный зимний фьорд ложатся молнии и снег, где воздух – соль и розмарин, где у кофейни ставят ель, чтоб опьянеть – не нужно вин, где солнце – словно акварель. Мы едем в Конгсберг и Молёй – где на зелёный шумный бор, увитый множеством огней, закрытый тенью чёрных гор, ложатся молнии и снег и расцветает тишина. Пора приветствовать рассвет и восклицать, что ночь – жива! Из темноты звучит оркестр – им управляет Эдвард Григ. Под рваной простынёй небес сгорают звёзды-фонари, а мы, придурки, рвемся вверх, расправить крылья и взлететь! Рассвет – огромный фейерверк. Планета отменяет смерть. Мы приезжаем в декабре в воздушный город из мечты, который нас уже отверг, но все равно явились мы, явились в утренний туман, в закатный вечер, в дождь и снег, чтоб рассказать, что жизнь – вода, что смерти больше в мире нет.

Мы едем в Дрёбак и Лильстрём – а, можно, в Омск и Красноярск.
Мы верим в жизнь. Мы ищем дом.
И дом, конечно, ищет нас.

(с) Джек Абатуров

Комментарии

Зарегистрируйтесь или войдите, чтобы добавить комментарий

Новые заметки пользователя

AFTERTHERAIN — Never sleep never die

82

Милорад Павич

Он рассказывал детям, что в морях есть такие рыбы, которые могут выдержать только строго определенное количество соли. И если вода окажет...

53

Бернард пишет Эстер: «У меня есть семья и дом. Я веду, и я сроду не был никем ведом. По утрам я гуляю с Джесс, по ночам я пью ром со...

78

Последняя любовь в Константинополе

— Каждая большая любовь – своего рода наказание.

101

Я был попросту слеп.Ты, возникая, прячась, даровала мне зрячесть. Так оставляют след. Бродский, 1981

99

Kiling Eve

Most of the time…most days, I feel…nothing. I don’t feel anything. It is so boring. I wake up and I think, “Again? Really? I have to do t...