Из хроники моей жизни сделали журнал допросов.
Допросов, связанных нитями чужой логики.
Знала ли я, что, шифруясь и искренне соблюдая собственные правила дневника, подставляю саму себя в будущем?
Из моего детища сделали позорный лист, свидетельство о блядстве и собственной глупости.
Из моего тела сделали храм, но мое сердце осталось таким же слабым, как и было.
Из меня самой сделали врага мне же. Как мне смотреть в зеркало теперь?
Почему я была так вежлива с теми, кто ничего не стоил, и так груба с тем, кто стоит всего ?
Я тону. И нет мексиканских ведьм, чтобы меня поддержать.
На улице +24, на мне - озноб и шерстяное одеяло.
Я не понимаю, как мне отсюда выбраться. Лабиринт. Какое говорящее название.
Все помнят притчу о мальчике, кричавшем "волки, волки"? Вот и я так же. Кричу-кричу, но никому дела нет - "как же, кричала уже".
Действительно, кто теперь поверит, что чего-то еще не было?
Rip my soul and tie me harder.
Я видела ваши фрески на стенах, товарищ Ривера, Я была маленькая дерзкая, а вас все считали гением Столько лет подряд я знала лишь ваше имя А теперь закрываю глаза и кисти вас чертят из линий И по ночам волны подходят так близко к порогу Голубого дома. Океан забирает мои картины Прочь давай поплывем, Диего, в разные стороны пока не поздно. Мне не стать кем-то ещё, мне уже никто не поможет, Диего. Видела сны про этот город и просыпаясь в больнице Эти стены и коридоры… какая реальность мне снится Все флаги, все паруса подставили лунному свету Я умею любить, Диего, Но ты не узнаешь об этом