Какое число сегодня? Конец апреля? А сегодня была настоящая майская гроза, впервые заметила, никогда раньше не видела, не хотела видеть, не знаю. А тут мы сидим в этом туманном филологическом полумраке, обсуждаем Первую мировую войну, "Прощай, оружие!", и на фразе о том, что через всю книгу проходит мотив дождя, везде, героя преследует он, и в конце, когда Генри выходит из больницы пустой совершенно, больной, идет дождь, и вдруг за окном как хлынет, стеной непробивной, молния, гром, шум, и все это навалилось, словно только и ожидало, два дня подготавливалось.
Женщина рассказала, как только в прошлом году она вдруг остановилась, подняла голову и подумала, что а ведь это просто дождь, настоящий майский, и просто ветер, который обычно так раздражает, только и всего, ветер, и дышится так легко как-то, вдыхается, очищение, катарсис - протяни руку и дай ему войти в тебя.
А я видела только внешнюю сторону всего. Первая майская гроза, Катерина, погубившая себя в эту самую грозу, вспомнилась, свежесть, чистота. Но все мимо. Я не ощущаю катарсиса, мне не становится легче, не дышится, ничего не упрощается.
Что сделать, чтобы протянуть руку и вдохнуть?

Женщина, кстати, говорила еще, что мы такое поколение, которое видит, или должно видеть больше, замечать, осмысливать, и, самое главное, доносить. Она ужасно много льстит нам.
А мне и тут внешняя сторона только - как писать так, чтобы был смысл, чтобы раскрыть то зерно, которое есть сейчас, ново, не пошло, идейно. Терпеть не могу банальностей, простых истин, известных всем и каждому. Древние давно рассказали все, и давно все узнали. Но и сейчас так много того, что можно открывать и открывать. А я боюсь, что не выйдет, боюсь опошлиться и сделаться толкователем основ.

Не будет здесь обобщения, я писала о грозе. Так вот: Г р о з а.