hanky :
Удивительно обстроит дело. Только с ней. В смысле, она у меня есть, но её у меня нет. Мы вроде как общаемся, взаимно. Я даже знаю её имя. Но увы, никогда его не произнесу. Помню, каждое касание наших рук. Когда она мерзла, я все время брал её ладонь в свои две и выдыхая пар пытался согреть. Это означало что-то особенное. Словно сотни птиц с трепетом взмывали над моими глазами. Помню, как она вставала на носочки, пытаясь меня поцеловать; как любила громко слушать музыку; крепко обниматься и гулять без зонта под дождем.. я пытался за ней угнаться и сказать, что так нельзя, что холодно, что она простудится и у меня есть куртка, которой можно укрыться. Но она убегала и щурясь показывала мне языки. Я улыбался. Было так удивительно смотреть на увешанные нашими фотографиями стены её комнаты. Особенно много над кроватью. Даже самые неудачные — она все равно их вешала. Говорила, они любимые. Носила мои свитера и футболки. Да так, что они становились общими. Мне нравилось это чувство: когда я снова одевал вещи — а они пахли её духами; казалось, что она где-то рядом. Чувствует тоже, что и я.
Но её нет. Понимаете? Вы понимаете? Вроде бы она тут, со мной, рядом. А потом одно мгновение. И.. уже никто не шепчет мне на ухо свои любимые песни, никогда больше не положит свою голову мне на плечо, не научит меня как правильно радоваться, робеть, мечтать, любить. Особенно любить.