Нина. просто Нина.

Жирным в журналах – желчь, ни строки о жертвах. В жаркой зловонной жиже живем – без жабров. Из бижутерии – тяжеленный жернов Дежурных жанров. Щелочь уже по щиколотки – дощечки Тащит народ, чтоб как-то перемещаться. Щурится по-щенячьи на солнце, щёчки Щуплые улыбает – и ищет счастья. Счастье все хнычет, перед окном маячит, Хочет войти и плачет, чет или нечет. Память меня совсем ничему не учит. Время совсем не лечит.

он мил. мой маленький мальчик. почему я его так люблю и ненавижу? потому что мы любим таких.. снаружи иных, а внутри очень сильных.. и слабых.. сентиментальных. наши мальчики самые лучшие, и плевать, что у них там с душами, никто не найдет в них то, что мы видим. никто и никогда, потому что мы их ненавидим. и любим. наших родных мальчиков. а эти пальчики. как они касаются нашей шеи, как они целют нас, это самое лучшее. ведь мы их видим такими, какими их не увидит никто

Я могу ведь совсем иначе: оборки-платьица, Мысли-фантики, губки-бантики; ближе к массам. Я умею; но мне совсем не за это платится. А за то, чтобы я ходила наружу мясом. А за то, что ведь я, щенок, молодая-ранняя – Больше прочих богам угодна – и час неровен. А за то, что всегда танцую на самой грани я. А за это мое бессмертное умирание На расчетливых углях взрослых чужих жаровен. А за то, что других юнцов, что мычат «а че ваще?» Под пивко и истошный мат, что б ни говорили – Через несколько лет со мной подадут, как овощи – Подпеченных на том же гриле.

И родинки, что стоят, как проба,

На этой шее, и соус чили –

Опять придется любить до гроба.

А по-другому нас не учили.

[Братья Грим - это даже хуже, чем братья Макияж.]

Хлопай эсминцами и всплывай?

Хлопай мизинцами - и гудбай?

Хлопай гостинцами - наливай?

Хлопай кубинцами - мир-труд-май?

Хлопай границами - и в Китай!

Мало делаю, много вешу.

Плохо с кожей, но нравлюсь массам.

Я гибрид между Кэри Брэдшоу

И Фантомасом.

Анечка любит сосачки; Эдам

Любит Ив; Честер любит Читос.

Меня не любит никто - и в этом

Даже некая нарочитость.

Да, ее черты выражают блюз

Или босса-нову, когда пьяна;

Если я случайно в нее влюблюсь –

Это будет моя вина.

Я боюсь совсем не успеть того,

Что имеет вес и оставит след,

А она прожектором ПВО

Излучает упрямый свет.

Этот свет никак не дает уснуть,

Не дает себя оправдать ни в чем,

Но зато он целится прямо в суть

Кареглазым своим лучом.

Универсальное женское проклятие - чтоб тебе любимый позвонил сразу после маникюра в дорогом салоне, а телефон лежал на самом дне сумки!

Пальцы щеткой

Скрестите за меня:

Пять зачетов

И три экзамена.

Ты легкими врос: пыль, кофе, табак и мел,

Парфюмы – как маячки, как густой в ночи след

Фарного света; если тебя отчислят,

Ты сдохнешь, как кит, что выбросился на мель.

Двадцать пятое число.

Слава Богу, пронесло.

Если ты горяч и молод -

Утоляй тактильный голод.

Страсть – это очень технологичный дар

Чуять его за милю нутром – радар

Встроен; переговариваться без раций.

Хочешь любить – научишься доверяться.

Веришь их козням?

Веришь их басням?

— Мне так легко с ним.

Я бы жила с ним.

— Будет бездельник

Да при невесте!

— Я и без денег.

Только бы вместе.

— Ох ты! Добро бы!..

Кольца примерьте!

— Я бы до гроба.

И после смерти.

— Ну а – оставил?

Боль же – тюрьма без

Сроков и правил!

— Переломаюсь.

— Был же вот прошлый –

Из преисподней!

— Нет, он хороший.

Он благородней.

— Вот недотепой

Стала тряпичной!

— Донышком теплой

Ямки ключичной.

— Принц будто! Отпрыск

Чей-нибудь княжий!

— Нет, просто отпуск.

Мне. От себя же.

Бритвенно, гладко,

Хватит, довольно –

Больно и сладко,

Сладко и больно.

Мертвая хватка.

К стенке. Двуствольно.

Было так сладко.

Стало

Так

Больно…