Нина. просто Нина.

Беззвучная,
Немая тьма.
Буйнопомешанным вскричало одеяло.
Отсюда не уйти,
Ни дня.
Хотя года- ведь тоже очень мало.
Стекло не выбить,
Мысли не изреч.
И зеркало не видит отраженье.
Я продолжаю под мостами течь,
Невидимой а потому немертвой тенью.
И голова на ширину экрана,
А время в ней- ненужное "когда",
В моих арктических романах,
Душа есть айсберг изо льда.

В счастливые моменты жизни одинокие люди чувствуют себя хуже всего, подсознательно ощущая безразмерные дозы любви вокруг себя, и невозможность ими воспользоваться, отдать.
Такие люди остро и болезненно осознают как мало в мире настоящих чувств, и сходят с ума, понимая что больше половины уходят в небытие из за так называемой "социальной структуры человека".
Их молчание- Дар. Дар каждого человека, который видит больше, чем способны услышать другие.
В ихнем молчании проходят месяцы, целые года.В этом молчании как в священном граале произрастает из потемков души любовь.
В самые негативные моменты своей жизни одинокие люди чувствуют удивительную нежность и близость ко всему окружающему миру, потому что ощущают, что смотрят на все без масок и ложных истин, печальными глазами уставшего ребенка.
И они знают, о чем молчит любовь.

И каждый календарь меня лишает сил,
и новый день мне скучен и не мил,
Так отчего я улыбаюсь?

Люди дружат семьями, контактами и идеями,
Ну а я со своими затеями,
Недостаточно распинаюсь?

Игорь словно чувствовал приходящий ливень,
Как давно их не было друг у друга,
Неразлучная была пара раньше, как супруги,
Только без послебрачной гнили.

Они тоже пили, но пьяны были только врозь,
Он показывал ему город и рассеченную бровь,
И все ждал когда же нагрянет вновь,
В этот город, размазанный вкривь и вкось

На авось, как игрок на красное,
Ставили все свои случайности и знамения,
Все боялись туч- не отменят ли,
И всегда здоровались чуть с опаской.

То была сказка с финалом родом из мексики
Столько же пустынь расставаний и встреч,
Так же красиво он продолжает течь,
Даром другим важнее тычинки-пестики.

Печь кексики, пироги и подслащенную никчемность,
Вот чем питается этот сброд,
Этот могучий великий народ,
С галочкой на великую обреченность.

Растекаемся в неопределенность, суть по трубам, в свои тунелли,
Мы по норам, вузам и адресам,
Каждый ведь выберал себе сам,
Что они так сильно хотели?

Сколько друг для друга терпели,
Выносили столь соров,
Что не хватит изб и костров,
Да и нету свободной недели.

В наш век мировой колыбели,
В век количества против качества,
Много будет в людях изящества?
Ровно столько, сколько раз поимели.

Скоро будем с похмелья такси ловить,
На другую планету летать, чудить,
Только дройдов бы не забыть,
А иначе кого нам с утра молить?

А так хочется иногда пить,
И без градусов, и с лихвою чтобы,
Игорь напивается еще до учебы,
Чтоб к работе высохнуть и зажить.

Когда небо вгрызаеться тучами в горизонт
Дорогие мои алкаши,
Кроме вас на улице и так ни души
не берите с собою зонт.

Спи пока не устанешь спать,
А потом приходи отдать,
Все долги что успел ты взять,
Выпросить себе и урвать.

Чтобы уже начать вверх расти,
И не лестницей офисной, те пути,
Ведут до пристава и судьи,
Только им ты это не говори.

И танцуй, только сама с собой
Засмеешься как пьяный ковбой,
Нечего, потерпи, голову успокой,
О таких вещах молчат вот и сиди не ной.

Я наивно не стану считать,
Что пишу для того чтоб отдать,
Или выменять променять,
Мне бы только чуть чуть понять.

Чем окончить то что не начинал?
Как узнать что себе не лгал?
Можно просто.хлоп и финал.
Покидайте мысли, оставляйте зал.

Знаешь, иногда это даже необходимо,
Чтобы в легких задерживались слова и дым,
Чтобы ты был судим, а судья- тот заносчивый глупый юнец,
Тот цветок, что растили в кислотных озерах твои незнакомцы,
Школа, вузы работа, и даже венец-все закрытые двери, глаза, оконца.
Даже солнечный свет сдесь жесток.Даже солнце.

Это приносит пользу, все сдесь выжато и перекручено,
Старое одевается в новое, полосатое и херовое,
И позволить быть лучше- что давать нарядиться
В шахидские пояса, Все равно ведь разденут догола,
Где бы ты не была, места уже забронированы и проданы,
Даже северные полюса под аренду кому то отданы.

А искать- так неровен час, вылетишь из пищевода,

Не найдешь нечего сакрального, только физика,
Попадешь случайно в голову шизика,
Нету там нечего астрального, лишь животного
Дофига, и в башке у тебя урода, морального,
Тоже полная ерунда.

А залипнуть как Бони в Клайде,
От простреленных дырок в теле,
От той жизни, где смерть все сзади,
Где такие тонкие ноги, пряди,
Где такие невинные люди, бляди,
Мы всегда очень очень хотели.

И прожить, как великие, героически
С сигаретой потолще, кашельком поплотнее,
И окончить как можно трагичнее, горше,
Заболев венерически, а не в старом своем
Героиновом теле.

Все свисток и сигнал машины,
Ровный возглас и сущий зной,
Все открыто и на витрине,
Отражаеться голос мой.

Нелепый божок на смертном одре
Все играет и все ему мало,
Ему как немногим в этой игре
Не важны ни конец, ни начало.

Это тяга как заброшенная магистраль,
Не уходит, приползая к тебе на коленях,
Не приносит нечего ценного, только собачий лай,
Убивает даже надежду на понедельник.
И ты тратишь последние деньги,
Только бы унять шум в своей клетке,
А он шепчет тебе"так и знай" бездельник,
Тебя скомкают и вышвырнут как салфетку,
Твои пальцы никто не вытащит из разетки,
И вообще шла бы ты дальше детка.

Отвали от меня, видишь я со столбом флиртую,
Все отлично, гуляй до метро, прохожий,
Ты такой одинаковый и такой на меня не похожий,
И рука кулаком заранее, господи, дожили.
А мысли все фурой в ночи, несутся напропалую.

Как бы тебя не обидеть, не огорчить
Не задеть рукавом, не дать повода,
Ты слюной капаешь, мясоед, от голода,
Ты мертвец, хоть и выглядишь молодо,
Я же вижу твои клыки.

Ты врезаешься в память как клещ в затылок,
Гримируешься, и я вижу тебя во всех,
Этот взгляд, этот чертов убогий смех,

Я дырявый насквозь, а пуховый твой мех,
Не пускает в себя лишних дырок.

И я падаю как герой Тарантино
Испуская дух, предаваясь внезапной тьме,
Ты же водишь фотоопаратом по мне,
Протираешь разводы на вспотевшем стекле
И настроеваешь перпективу.

Мои дорогие растения!
Ваш лес, превратился в болото.
Прекрасный некогда сад предается забвению,
И вы уж не "вы", а так- кто то.

Седой и хмурый декабрь вас не печалит,
Февральское солнце не веселит.
Пелену утекающих дней ничто омрачить не желает.
И душа не болит.

Мне тонкой нитью не разбиться И зов души во мне крича Когда ты можешь мне присниться….. -…тарелка вкусного борща

Возвращаться домой никогда не поздно.

— Почему бы тебе не спеть?
— У меня очень своеобразный голос. Ещё в детстве мама мне сказала: «Светочка, пожалуйста, не пой, а то соседи решат, что я тебя бью!»

Килограммы приходят без приглашения, а уходят отчаянно сопротивляясь.

Слушай, Бог, если выручишь меня, я целый год конфеты есть не буду, честно

Счастье — это состояние души, но ему необходимы тренировки. Посвятите хотя бы 5 минут в день, чтобы улыбаться. Просто улыбаться. И через

какое-то время улыбка станет настоящей.