Cercando а vero.

Влиять на другого человека — это значит передать ему свою душу. Он начнет думать не своими мыслями, пылать не своими страстями. И добродетели у него будут не свои, и грехи, — если предположить, что таковые вообще существуют, — будут заимствованные. Он станет отголоском чужой мелодии, актером, выступающим в роли, которая не для него написана.

Но приходит время, когда каждый возвращается на свое место. Только мне некуда вернуться. Знаешь, есть такая игра — все вокруг стульев бегают, потом садятся — а одному стула не хватает.

Все чаще сравниваешь людей с дверьми. Знакомишься с кем-нибудь и видишь симпатичную дверцу с медным номерком в завитушках. Толкнешь, а за ней крошечная комната три на два. Поговорил с человеком пять минут и чувствуешь, как тесно в его обществе, как скучно среди полочек с цветочными горшками и плюшевых медведей. А бывает наоборот – откроешь обшарпанную дверь, а там вселенная: кометы, планеты, млечный путь, целый мир… Но таких мало. Обычно за дверью: либо коридор… узкий и длинный, либо стена. Сколько в нее не стучи – ничего кроме глухой кирпичной кладки не увидишь.

Однажды внук пришёл к деду и спросил: - Что такое душа? Дед поведал ему историю, услышанную давным-давно от его собственного деда: - Говорят, в человеке живут три «Я», которые поддерживают и направляют его всю его жизнь. Первое «Я» — самое холодное. Его видят все окружающие тебя люди. Второе «Я» — наиболее тёплое. Его видят лишь самые близкие тебе люди. Первое и второе всегда ссорятся за власть над человеком, а их раздоры пробуждают в нас сомнения и страхи. И лишь только третье «Я» способно примирить и найти компромисс между первыми двумя. Его не видит никто. Иногда мы даже не подозреваем о его существовании, но оно всегда с нами. - Я никогда не слышал о них, — сказал внук. Дед улыбнулся и ответил: - Первое «Я» — это Разум. Если он берёт верх над вторым, человек становится расчётливым и холодным. Второе «Я» — это Сердце. Если побеждает оно, мы становимся наивными. Тогда нас легко ранить и обмануть. Третье же — Душа. Только она способна установить в нас гармонию.

Жизнь, как колода карт: есть свои короли, дамы, вольты и… свои шестерки. Жизнь, как пасьянс: сложится или нет? Жизнь, как карточная игра: никогда не знаешь, останешься ли ты в дураках. Жизнь, как карточный замок: бывает вытащишь одну карту – и рухнет все.

Единственный вопрос в любви – вот он: когда мы начинаем лгать? Все так же ли вы счастливы, возвращаясь домой, где вас ждет все тот же человек? Когда вы говорите ему «люблю», вы по прежнему так думаете? Наступает – неизбежно наступает – момент, когда вам приходится делать над собой усилие. Когда у «люблю» уже не будет того вкуса. Для меня первым звоночком стало бритье. Я брился каждый вечер, чтобы не колоть Анну щетиной, целуя ее в постели. А потом однажды ночью – она уже спала (я был где то без нее, вернулся под утро, типичное мелкое свинство из тех, что мы себе позволяем, оправдываясь семейным положением) – взял и не побрился. Я думал, ничего страшного, она ведь и не заметит. А это значило просто, что я ее больше не люблю.

Я больше не чувствую жгучей боли от потери людей, как когда-то раньше. Ни в чем не виню и вины не чувствую. Люди приходят, люди уходят. Я остаюсь.

Всегда говори то, что чувствуешь, и делай, то, что думаешь. Если бы я знал, что сегодня в последний раз вижу тебя спящей, я бы крепко обнял тебя и молился Богу, чтобы он сделал меня твоим ангелом-хранителем

Ненавижу людей, которые кидаются от одного человека к другому, как бомж заглядывая в каждую мусорку и говоря, что каждая любимая. Которые распыляются как одуванчик над всеми, кто вдруг посмотрит в их сторону. Они не умеют быть единственными, они не умеют быть уникальными.

Есть хорошая забава: зажмурься и в наступившей темноте скажи себе: “Я – волшебник, и сейчас, открыв глаза, увижу созданный мною мир, за который я – и только я – несу полную ответственность”. А теперь медленно поднимай веки, как поднимают занавес над сценой. И конечно же, вот он, твой мир, в точности такой, каким ты его построил.

Берегите сильных людей.

Сильные люди бывают намного беззащитней слабых. Во время урагана гибкий тростник гнётся и шуршит, а сосна просто ломается и умирает навсегда – говорят китайцы, а китайцы знают, что говорят.

Сильные люди отвечают вовсе не за себя. И даже не за своих близких. Они отвечают за весь мир, попавший в их орбиту. Потому что сила притягивает к себе – так говорят физики, а они тоже знают, что говорят.

Сильные люди вовсе не здоровее и не крепче всех прочих. Просто они точно знают, что не имеют право падать в обморок и умирать, пока от них всё еще кто-то зависит. Они способны во время обширного инфаркта прыгнуть в воду, доплыть до тонущего ребёнка, вытащить его на берег, удостоверится, что ему больше ничего не грозит, – и только тогда отключиться. Так говорят медики – а медики повидали на своем веку куда больше чудес, чем физики и китайцы вместе взятые.

А еще сильные люди очень одиноки. И вовсе не потому, что никого не терпят рядом с собой. Просто… Они же сильные? Вот никому и в голову не приходит, что и им бывает больно, страшно, одиноко, просто тоскливо…

Ходят по земле сильные, молчаливые люди. С ними не всегда легко, не всегда приятно, не всегда комфортно – зато надежно. Это и есть та самая кавалерия, которая всегда приходит на помощь в последний момент!

Бывают люди, которые всегда говорят только умные слова, но чувствуешь, что они тупые люди.

Лис часто думал о людях. Он их не понимал, а все непонятное его интересовало: будь это необычный цветок, жалобный крик, неизвестно откуда донесшийся среди ночи, или странные людские разговоры. Он редко их слушал и всегда недоумевал, сколько чепухи болтают люди. Ну как, например, можно говорить о погоде, которая у всех перед глазами? Зачем нужно говорить об урожае, который был десять лет назад? Особенно Лис об этом не думал, но как-то невзначай понял, что эти разговоры – и о ветре, и о прошлогодней воде, просто защита от мира, который вокруг них. Это как дети в холод тянутся друг к дружке, обнимаются и так согреваются. Для них это просто способ почувствовать, что они не одни, что рядом есть еще такие же беззащитные и озябшие. Утешают один другого в своих страхах.

Куда бы ты ни уехала одна, ты везде будешь одна. Одиночество – верный и навязчивый спутник, ему не нужны визы и авиабилеты, оно не требовательно к пище и месту проживания. Порою одиночество может отстать на несколько часов, и тогда, оказавшись на новом месте, ты думаешь, что избавилась от него. Но оно всё равно догонит. А иногда оно опережает тебя – и тогда, едва приехав в незнакомый город, ты хочешь поскорее убежать куда-нибудь ещё, туда, где у одиночества нет никаких шансов.

Любовь в наше время скукожилась до картинки в журнале, пэкшота в телевизионной рекламе, рекламного щита 4x6, стоящего на пересечении Цветного бульвара и Садового кольца. Сегодня проявлять свои чувства, как это было принято раньше у нормальных людей, считается детским садом. Прогулки в обнимку, поцелуй в шею, совместное собирание осенней листвы — от всех таких проявлений любви мы шарахаемся, словно речь идет о педофилии. Тогда как саму педофилию стараемся выдавать за любовь с пометкой «актуальные тренды». Все нежные переживания из классических романов «восстановлены», переложены на «Кодак», отретушированы, выхолощены компьютерным дизайном и очищены от шероховатостей и мелких помарок, свойственных человеку. Обезжирены, осветлены, лишены «негатива и излишнего драматизма» и выброшены на полки глобального супермаркета, выложены на сайты знакомств, поставлены в и закатаны в журнальные статьи под заголовком «Как построить любовь»? Инструкция без слез». Действительно, что для нас значат слезы любви? Это всего лишь стразы Swarovski, оторвавшиеся от платья и пылящиеся под диваном…