Люблю музыку, литературу, фотошоп, сериал молокососы, симс3.
Фильмы: Сумерки… Очень страшное кино, 2012, Дитя тьмы, Пункт назначения, Шаг вперёд, Стиляги, Гарри Поттер, Дьявол носит PRADA, Десятое королевство, Помни меня, Дориан Грей, Чёрный лебедь, Милые кости, Мулен Руж, Иллюзия обмана, Блондинка в эфире.
Немного странная, зато необычная.
paramorova:
Войдя в теплый административный корпус, тут же испуганно попятилась к двери - у стойки администратора стоял Эдвард Каллен. Спутанные бронзовые волосы я узнала мгновенно. Кажется, он не слышал, как хлопнула дверь. Я прижалась к стене и вся обратилась в слух. Низким, очень приятным голосом Каллен спорил с администратором. Понять чего он добивается, не составило никакого труда - ему хотелось перенести шестой урок биологии на любой другой день. Не может быть, что все дело во мне. Наверняка что-то случилось еще до того, как я вошла в кабинет биологии. Мало ли какие неприятности могут быть у парня! С чего ему меня ненавидеть? Входная дверь открылась, и порыв ветра разметал лежащие на стойке бумаги и мои волосы. Маленькая девочка молча передала администратору какую-то папку и ушла. Эдвард Каллен медленно повернулся, и черные глаза снова окатили меня холодной волной ненависти. Даже искаженное гримасой злобы, его лицо, казалось прекрасным. На долю секунды я почувствовала какой-то животный страх - в этом парне есть что-то дьявольское! Всепоглощающий ужас отступил, но мне еще долго было не по себе. - Что же, ничего не поделаешь! - произнес Каллен низким бархатным голосом. - Пусть все останется, как есть! Простите, что отнял у вас столько времени. - Повернувшись на каблуках, он быстро вышел на улицу. На трясущихся ногах я подошла к стойке и протянула формуляр. - Как прошел первый день? - спросила сидящая за стойкой женщина. - Все отлично. - Мой голос дрожал, поэтому ответ прозвучал неубедительно.
(с) Сумерки.Глава первая. ПЕРВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ.
paramorova:
— Пойдем прогуляемся, — бесцветным голосом произнес он.
«Не к добру все это, ой не к добру», — заявил мой внутренний голос. Не дождавшись ответа, Эдвард потащил меня через двор к лесной опушке. Я неохотно послушалась: страх парализует мозги, но думать-то надо! Вроде бы именно об этом и мечтала, мечтала прояснить ситуацию раз и навсегда. Так откуда паника? Несколько шагов в сторону леса, и Эдвард остановился. Раз видно дом, значит, мы еще даже на тропу не вышли. Вот и вся прогулка. Прислонившись к дереву, Каллен пронзил меня пустым, ничего не выражающим взглядом.
— Ладно, давай поговорим,
— храбрилась я. Эдвард тяжело вздохнул:
— Белла, мы уезжаем. Теперь пришла моя очередь вздыхать. Что же, вариант вполне приемлемый, я к нему готова.
— Почему сейчас? Еще один год…
— Белла, время пришло. Да и вообще, сколько можно сидеть в Форксе? Карлайл с трудом на тридцатилетнего тянет, а утверждает, что ему тридцать три. Все равно пришлось бы трогаться… Честно говоря, ответ меня смутил. Я ведь собралась уезжать для того, чтобы оставить в покое Калленов. Раз они сами покидают Форкс, зачем нам сниматься с места? Я непонимающе смотрела на Эдварда. Любимые глаза холодно блеснули, и у меня земля ушла из-под ног: вот в чем дело…
— «Мы» означает…
— шепотом начала я.
— Мою семью и меня,
— лишая последней надежды, отчеканил Каллен. Пытаясь сосредоточиться, я качала головой туда-сюда, словно китайский болванчик. Дар речи вернулся лишь через несколько минут.
— Ладно, я поеду с вами.
— Нет… Там, куда мы отправляемся, людям не место.
— Мое место рядом с тобой.
— Белла, я тебе не пара.
— Чепуха!
— Вопреки ожиданиям, мой голос звучал не нервно, а умоляюще.
— Ты самое лучшее, что есть в моей жизни.
— Наш мир тебе не подходит.
— Инцидент с Джаспером
— ерунда, самая настоящая ерунда!
— Да, верно, чего-то подобного и стоило ожидать.
— Ты же обещал! Помнишь, в Финиксе обещал не бросать…
— Пока тебе это на пользу,
— перебив меня, поправил Эдвард.
— Нет! Это из-за моей души, верно?
— брызгала слюной я, но в голосе по-прежнему слышалась мольба.
— Карлайл объяснил, и мне все равно. Да, представь, все равно! Моя душа принадлежит тебе… И сердце, и жизнь! Набрав в легкие побольше воздуха, Эдвард целую минуту сверлил землю невидящим взглядом. Губы скривила чуть заметная ухмылка. Когда он посмотрел на меня, в глазах вместо золотого сияния появился холодный зимний блеск.
— Белла, я не хочу, чтобы ты со мной ехала,
— с расстановкой четко проговорил он, глядя на меня ледяными глазами. Несколько раз повторив про себя его слова, я постепенно усвоила их смысл.
— Ты… не хочешь… меня… знать?
— выдавила я. Боже, какой ужасный вопрос!
— Да. Я непонимающе смотрела на Эдварда, а он без тени смущения
— на меня. Его глаза как топазы, жесткие, прозрачные, бездонные. Утопая в их ледяной глубине, я нигде не видела опровержения тому, что он сказал.
— Ну, это все меняет…
— Удивительно, мой голос звучит спокойно и рассудительно… Наверное, все дело в шоке, сознание отказывается воспринимать слова. Каллен нерешительно взглянул на деревья.
— Конечно, я всегда буду любить тебя… По-дружески… Но то, что произошло в твой день рождения, доказывает: пришло время перемен. Потому что я… устал притворяться. Белла, я не человек!
— Он отвел глаза, и ледяные черты его лица действительно показались нечеловеческими.
— Прости, что я позволил нашим отношениям зайти слишком далеко.
— Пожалуйста, не делай этого… — Мой голос превратился в чуть слышный шепот; страшная правда постепенно проникала в сознание, разъедая его, словно кислота. Каллен, не мигая, смотрел на меня, в безжалостных глазах я прочла приговор. Ничего не поможет, он уже принял решение. — Белла, ты мне не пара.
— Он перекроил произнесенную раньше фразу, чтобы мне было нечего возразить. Я же прекрасно понимаю, что недоста точно хороша для Эдварда Каллена. Я открыла рот, потом безвольно закрыла. Эдвард терпеливо ждал: на красивом лице ни следа эмоций. Нужно попробовать снова. — Если… если ты правда так хочешь… Каллен коротко кивнул. По телу расползалось оцепенение, я даже шею не чувствовала.
— Если можно, я бы хотел попросить об одолжении. Вероятно, Каллен что-то уловил в моем взгляде, потому что ледяные черты на секунду потеплели. Однако не успела я оценить ситуацию, как он снова надел маску.
— Да, конечно!
— воскликнула я чуть окрепшим голосом. В долю секунды все изменилось: лед растаял, замерзшие топазы закипели, увлекая в обжигающий водоворот.
— Не смей творить глупости! Поняла? Я бессильно кивнула. Топазы остыли, на лицо снова легла отчужденность.
— В первую очередь я думаю о Чарли. Ты единственный близкий ему человек. Береги себя хотя бы ради него.
— Хорошо,
— механически кивнув, прошептала я. Каллен немного успокоился.
— Я тоже кое-что пообещаю. Обещаю, что это наша последняя встреча. Я не вернусь и страданий тебе больше не причиню. Ты сможешь жить полноценной жизнью, будто никогда меня не знала. Наверное, колени у меня задрожали, потому что деревья вдруг начали раскачиваться. В висках громко стучала кровь, а голос Эдварда с каждой секундой звучал все тише.
— Не переживай. Ты человек, а память у вас словно сито. Время залечит все раны…
— А как с твоими воспоминаниями? — прохрипела я. Казалось, в горле что-то застряло и мешает дышать.
— Ну…
— на секунду Эдвард запнулся,
— я-то, конечно, не забуду. Но мне подобные… мы умеем отвлекаться. Ладно,
— он отступил к чаще,
— мы тебя больше не побеспокоим. «Мы», почему он сказал «мы»? Странно, что я вообще заметила это в таком состоянии! Ясно, Элис не вернется. Удивительно, что Эдвард услышал мои слова, вслух-то я их не произнесла. Внимательно за мной наблюдая, Каллен покачал головой:
— Нет, они ушли. Остался один я, чтобы попрощаться.
— Элис тоже ушла? — бесцветным от боли голосом спросила я.
— Она хотела задержаться, но я убедил: полный разрыв будет менее болезненным. Кружилась голова, сосредоточиться никак не удавалось. Слова Эдварда вернули в больницу Финикса. «Полный разрыв и чистый перелом всегда лучше,
— заявляет доктор, показывая рентгеновский снимок моей разбитой руки.
— Быстрее заживают». Я попыталась привести в порядок дыхание. Нужно сосредоточиться и найти выход из этого кошмара.
— Прощай, Белла! — спокойно, как ни в чем не бывало, проговорил Каллен.
— Подожди!
— выдавила я и, приказывая онемевшим ногам двигаться, потянулась к нему. Казалось, Эдвард хотел меня обнять… но холодные пальцы сомкнулись вокруг запястий, отводя мои руки за спину. Он наклонился и на сотую долю секунды прильнул губами к моему воспаленному лбу. Я зажмурилась.
— Береги себя! Неожиданно налетел прохладный ветерок, и я испуганно распахнула глаза. Маленький клен хлопал листьями. Ушел…
(с) Новолуние глава третья. Конец.
это мой любимый момент в новолуние.
Самые популярные посты
