С гордоподнятым факом

Однажды я встретил фею.
Как вспомню - бросает в дрожь: фея носила за голенищем нож, гуляла по улицам в полночь и ближе к трем.
Крылья ее были сапфиром и янтарем.

Она говорила, будто умеет хранить мечты.
А я замечал на руках у нее бинты и видел, как разбитые губы к флейте устало льнут.
Она говорила: "Не бойся, все хорошо, я тут. Любые беда и горе уйдут, обернуться вспять, пока я смогу быть с тобой, смогу для тебе играть. "

Однажды я встретил фею.
Как вспомню - бросает в дрожь: фея носила за голенищем нож и говорила, что мы никогда не умрем.
Крылья у феи были сапфиром и янтарем, мягко светились ее удивительные черты.
Губы были разбиты и на руках бинты.

Флейту она доставала гораздо реже, чем нож.
Однажды я встретил фею.
Я был на нее похож.

знаешь, а я надену самое классное/ дорогое платье-пачку,
выну давно забытую из джинсов заначку.
и застрелю очередную сплетницу-собачку,
и выкурю наконец оставшуюся/ последнюю сигарет-пачку.

и поеду куда-нибудь.да неважно/ плевать.
буду где-то в запыленном баре навзрыд рыдать
и никто не посмеет меня заткнуть.я буду дико орать,
боже, как же можно так, быть лишь с девочками-переспать.

и я захочу внезапно таки для себя спать,
но побоюсь, вдруг приснится твой синий свитер
а я его буду жадно губами целовать/ обнимать,
у меня взорвется в голове цветной принтер.

оставьте.еще хочу по одной. - эй, официант, наливай-ка
меня подстерегала/ поджидала она злая/ тупая гайка.
давай допустим ее назовем, как бы Галька,
а ведь тогда ты называл ее, по-любому " зайка ".

оставьте.еще хочу по одной. я его очередная лайка,
что фиг знает за что, полюбила его улыбку.
и еще я помню каким цветом была его майка,
когда заходила к нему в холодную квартирку.

а он был наверно назло, так важен мне однако,
вдыхала его как вкус наркотика (от мака)
очередная роль, он как жестокий росомаха,
у меня кровь внутри от его лезвий взмаха.

теперь же пустая да злая судьба-хозяйки
и мы с тобой подпишемся на чертовы ники.
от нас не останутся даже какие-либо блики,
у нас с тобой/ у любви гребаный синдром- заики.

знаешь, а я надену самое классное/ дорогое платье-пачку,
выну давно забытую из джинсов заначку.
и застрелю очередную сплетницу-собачку,
и выкурю наконец оставшуюся/ последнюю сигарет-пачку.

и выкину все твое в бесплатный пакет-маечку

не звони мне больше. я пью таблетки и уже спокойно ночами сплю.
у тебя - шалавы и малолетки. у меня - шампанское и салют.

я тебя не помню. но если только ты мне снишься ласковым и родным,
запиваю память я джином горьким. не хочу ни ужина, ни воды.

на излёте год, как всегда, тяжёлый. не люблю ноябрь. как ни крути.
организм потаскан и пережёван, и саднит царапина на груди.

я не верю людям. хочу собаку, чтоб хоть кто-то предан был просто так,
как всегда верна мне была бумага, как был верен мне за углом кабак.

одиночество - это круто, честно. как вконтакте, можно и плюсануть.
я давно искала под солнцем место и нашла случайно себя саму.

и с самой собой так легко и просто, так надёжно, ровно и хорошо.
ведь никто не может задать вопросов, почему ты, бросил меня, ушёл.

и уже не тянет в разврат и блядство, как с тобой тянуло на это дно.
я люблю работу и постоянство. не звони. мне так хорошо одной.

кстати, 24 марта мне исполнилось 22.

с прошедшим меня!:3

ахахах, сьездила в центр… добралась до центряка :D ебать, с полчекаса просто в мясо на часов пять.

всё вернулось на круги своя. старые недобрые муточки.

– Мне кажется, я перетрахал уже весь Ливерпуль, –
выдал как-то Пол.

– Половину, – ревниво не согласился с ним Джон.

– Скорее треть, – прикинув в уме, поправил Джордж.

Они уставились на Ринго, ожидая, что тот скажет: «Четверть».
Но он, как всегда, ugоставался
коллективистом:

– Скажем так, друзья-приятели. Вместе мы уж точно перетрахали
его весь.

Быть, как стебель и быть, как сталь,
В жизни, где мы так мало можем
Шоколадом лечить печаль
И смеяться в лицо прохожим.

Марина Цветаева