louder

Живи полной жизнью, пока ты здесь. Пробуй всё. Заботься о себе и друзьях. Развлекайся, будь сумасшедшим, будь загадочным. Ты собираешься в никуда, так что ты должен хотя бы наслаждаться процессом. Не пренебрегай возможностью учиться на своих ошибках, ищи причины своих трудностей и избавляйся от них. Не стремись быть совершенством, просто будь примером достойного человека.

- Энтони Роббинс

но я думаю, смысл — он всегда внутри нас, а книги, которые мы читаем, это просто хитроумный крючок, чтобы вытащить его на поверхность

- Макс Фрай. Большая телега

Я тебе одно хочу сказать: не растрачивай себя на противоестественные вещи. Понял? Время ведь зря уходит, когда так живёшь. Девятнадцать, двадцать, это же самый важный период для формирования характера. Если в этот период по глупости с пути свернуть, потом с возрастом придется страдать. Это я тебе точно говорю. Поэтому тщательно обдумывай свои действия.

— Харуки Мураками

обожаю грозу

Мне нравится прошлое, потому что в прошлом не
существовало вещей, которые отвлекали тебя.
Не было телефонов, не было компьютеров,
и не было даже электричества. Ты был окружен
особым сортом тишины, а если кто-то из твоих
друзей хотел поболтать с тобой по какому-нибудь
идиотскому поводу, ему приходилось отрывать
свою задницу от стула и тащить ее к тебе.

вид моря, с самолета

jellyfish

Когда мне будет восемьдесят пять,
Когда начну я тапочки терять,
В бульоне размягчать кусочки хлеба,
Вязать излишне длинные шарфы,
Ходить, держась за стены и шкафы,
И долго-долго вглядываться в небо,
Когда все женское,
Что мне сейчас дано,
Истратится и станет все равно -
Уснуть, проснуться, или не проснуться.
Из виданного на своем веку
Я бережно твой образ извлеку,
И чуть заметно губы улыбнутся.
Когда мне будет восемьдесят пять,
По дому буду твои тапочки искать,
Ворчать на то, что трудно мне сгибаться,
Носить какие-то нелепые шарфы
Из тех, что для меня связала ты.
А утром, просыпаясь до рассвета,
Прислушаюсь к дыханью твоему,
Вдруг улыбнусь и тихо обниму.
Когда мне будет восемьдесят пять,
С тебя пылинки буду я сдувать,
Твои седые букли поправлять,
И, взявшись за руки по скверику гулять.
И нам не страшно будет умирать,
Когда нам будет восемьдесят пять.

я люблю стихи.
я бы жил ими.
каждой строчкой, серьезно.
без фальши, подтекстов.
любил бы их больше, чем жизнь.
и когда бы мне вновь давали по почкам,
давясь эгоизмом и собственным бесподобием.
ставя себя выше других, и считая нормальным это всё.
я читал бы стихи.

вслух непременно.
и с выражением.

чтобы дрожь пробрала всех, по колено.
непременно.

когда сдохну я, завещаю тебе свои строки.
прочитай их когда ты захочешь увидеть море.
когда птицей захочешь взлететь высоко и разбиться.
прочитай. я тем временем буду той самой птицей.
разобьюсь я конечно обычно, и не так красиво.
ты хотела бы лучше, но тебе придется смирится.
моя смерть будет первым и последним шагом.

увы.

переснять и на бис, не подвластно простому бродяге.
когда море увидишь, сочини ты хотя бы песню.
я послушаю её будучи сверху, сольюсь с нею вместе.
или снизу, а кто из нас знает где я буду после?
меня это не держит, не волнует, не гложет
мне прожить бы лишь строчками, и стать для кем-то раем.
совсем немножко, прошу тебя, не будь жестока.

и когда по почкам мне ударят вновь с новой силой,
упаду на колени, и пойму, что я не сильный.
что стихи нынче, никто не ценит.
и что любовь мою, называют извращением.
ведь любить нужно женщин, а не стих и прекрасную музу.
но плевал я на это.
я люблю тебя, моя муза.

мне плевать, что любовь моя нынче извращение.
что умру я за то, что стихи мои никто не ценит.
мне плевать.. а ты бей меня, до крови.
завещание есть, и со мной ты погибнешь внутри.

нет души? это значит что мать зря родила.
мне бы только послушать как море шумит и погибнет.
ведь ты знаешь. а я часть океана. ты знаешь, я часть воды.
но об этом не в этой драме.

- Валерия

люблю этот фильм ;)

я бы скучал, да чай остынет
а он важнее чем любовь.
ты знаешь, чувства тоже стынут
когда проходит эта боль.
зачем любить, если страдаешь?
зачем скучать, раз любви нет?
и что с всего ты получаешь?
мне кажется, всё это бред.
ты можешь спорить, и ругаться.
твердить мне мол, “дурак совсем!?”
я промолчу, зачем ругаться?
и утверждать как всё мол есть.
ведь мы и так все в тупике,
и заганять себя всё глубже,
как-то бессмысленно и глупо.
тверди что хочешь, твоё право.
мне смысла нет, перечить, же.
я не хочу зря нарываться..
зачем вс это сдалось мне?

я бы скучал, да чай остынет.
я бы любил, но нет любви.

- Валерия

подох ли ты? иль жить остался? о смерти размышлять не трудно, ты уходил, но говорил: “останусь”. ты знаешь, ты - предатель. это грустно. я ранее боялась размышлять, что будет если мы подохнем, а? на как-то все приелось, господа. И Слава Богу, что умру я без тебя.

а у меня болело сердце. знаешь. с гипертонией трудновато жить. я вспоминала всё твои слова, но веришь? потом мне надоело это вновь и снова пережить. я бросила сие дурное дело, и попыталась заняться собой. но получилось слишком неумело. мне надоело вновь меняться, с мыслью: ну а чтоб..

поэтому читаю свои книжки, пишу рассказы, сочиняю новый стих. и я привыкла к тихой-тихой жизни. я не хочу, чтобы меня кто-то любил.

когда мне будет лет, примерно двадцать. я с интерната приючу дитя. его буду любить порой ругаться, по мелочам, порой по важным и вещам. и непременно, это будет мальчик. ведь должен же в семье быть вожак стаи. ах, как я хочу так дальше жить. и только так! пожалуйста, Господь, не сотвори иначе..

ты мне не нужен. честно. я сама. я воспитаю человеком малыша. а ты лишь лишний, ты не нужен, знаешь. ведь ты давно подох, в моих мечтах.

— Валерия

собака - одно из немногих существ на этой планете, которое любит нас больше, чем себя. я всегда мечтала о такой собаке-друге как Хатико.

вот бы пешком обойти весь глобус. в живую. побывать в каждой стране, в каждом городе. невероятно