V 22 berega

Куда придет эта ночь, в которой я больше не принадлежу себе?

Камю

Жизнь замирает, как всегда по вечерам, и от всех безмерных мучений остается лишь обещание покоя.

Камю

Кто хоть на несколько ступеней поднялся к богатству, тот даже небо и ночь, полную звезд, принимает как нечто само собою разумеющееся. Но для стоящих внизу, у подножия лестницы, небо вновь обретает весь свой смысл: это благодать, которой нет цены.

Камю

Когда-то мне сказали: "Жить так трудно". И я помню, как это прозвучало. В другой раз кто-то прошептал: "Самая горькая ошибка - заставить человека страдать". Когда все кончено, жажда жизни иссякает. Быть может, это и зовут счастьем?

Камю

Нелепая планета, нелепые проблемы, нелепый язык. Может быть, есть где-нибудь звезда, где живут просто.

Антуан де Сент-Экзюпери. Маленький принц

Не зря же я прочла книгу: " Вы просто ему не нравитесь: вся правда о мужчинах"

И посему: не пойти ли тебе нахуй? Как бы сильно я не хотела тебя туда посылать!

Чувствовать я начал прежде, чем мыслить; это общий удел человечества.

Жан-Жак Руссо

Все правда просто. Есть любимые и нелюбимые женщины.

При чем, именно нелюбимые женщины всегда оправдывают своих мужчин.

я совсем не имею в виду тебя, это блюдо замешано на другом:
немного крепленых мантр, немного банальных истин,
но, все-таки, когда я прихожу в твой дом,
мне хочется выйти оттуда чистым.(с)

Небо ослепло.
Последний кусок твоего металла был слеплен из глины.
Море оглохло.
Желание жить победило желание быть счастливым.

Тори Ром

на берегах оставляют окурки, бутылки, рассветы,
обыкновенные пляжные сланцы,
я начинаю думать, что если это
здесь остается – я тоже могу остаться? (с)

Всегда остается возможность выйти из дому на
улицу, чья коричневая длина
успокоит твой взгляд подъездами, худобою
голых деревьев, бликами луж, ходьбою.
На пустой голове бриз шевелит ботву,
и улица вдалеке сужается в букву "У",
как лицо к подбородку, и лающая собака
вылетает из подоворотни, как скомканная бумага.
Улица. Некоторые дома
лучше других: больше вещей в витринах;
и хотя бы уж тем, что если сойдешь с ума,
то, во всяком случае, не внутри них.

И. А. Бродский (1976)

Ни дай Бог я когда-нибудь узнаю, что это все было только потому, что ты не хотел меня обидеть

Господи, ну какие к черту "рано вставать", какие к черту шесть утра. Кикие к черту " давай я тебе перезвоню", когда вообще, кому вообще такое говорилось хоть раз хоть кому-нибудь?

Почему становишься глупой? Самой глупой из всех, самой нелогичной. Сердце слушать, говорите, ну слушаю я, и что с этого, кроме как пожалеть?

Ведь если человек хочет, он продолжает слушать. Ведь если человек хочет, он, хочет. Почему мы так яро оправдывам тех, к кому прикипели всем своим существом?

И в этот момент я понимаю, что это именно то, чего правда стоит боятся. Чего я, собственно, всегда и боялась. Я всегда опасалась чувств, потому что из-за них люди становятся слабыми и управляемыми. Я, кажется, слабой становлюсь.

Во всем была действительность, во всем было волшебство, одно благополучно уживалось с другим, то и другое принадлежало мне.

— Гессе. "Детство волшебника "