нежно обниму, подойди ко мне.

Можно опрос? Пожалуйста, просто ответьте "да" или "нет" как чувствуете. Мне надо кое-что сделать или не сделать, в зависимости от вашего ответа…

Правило 1: Проявляйте искренний интерес к другим людям.
Правило 2: Улыбайтесь!
Правило 3: Помните, что для человека звук его имени является самым сладким и самым важным звуком человеческой речи.
Правило 4: Будьте хорошим слушателем. Поощряйте других рассказывать вам о себе.
Правило 5: Ведите разговор в круге интересов вашего собеседника.
Правило 6: Давайте людям почувствовать их значительность и делайте это искренне.

Есть люди, словами не описать, к которым ты привязан, которые просто нужны, как кислород. Которых не можешь вычеркнуть из жизни, вроде только что по домам разошлись, но сразу же звонишь, потом смс. Стараешься найти любой повод только бы слышать их голос всегда. Эти люди просто необходимы тебе, чтобы жить

Страшно, если тебе не верят,
Раньше ждали - теперь не ждут,
Письма старые - за портьерой..
Новых - нет.
Да и не придут…

Страшно, если нельзя исправить,
Номера, sms - delete,
Верить в лучшее? Я не вправе,
Сердце сжалось
И не болит.

Страшно, если остаться не с кем,
Честно, искренне, по душам…
Собеседником - Достоевский,
Дальше пробую -
Не дышать.

Страшно, если состарюсь даже
Заболею… совсем один…
И никто мне тогда не скажет
Ради Бога..
- Не уходи…

Страшно, если не видишь смысла,
Просыпаешься - просто так…
Страшно если, во тьме повисли
Простодушие,
Доброта

Страшно, если не верить в Бога.
Тот, кто верит - не одинок…
Страшно, если - таких немного,
Если молишься -
Слышит Бог..

Страшно, если огонь погаснет,
Если нечему будет греть
Страшно, если живешь напрасно,
Умирать,
Но не умереть.

Страшно.
Быстро уходит время.
Мне бы…
Мало: смотреть, дышать
Попрощаться бы с вами всеми
Страшно…

Делать последний шаг.

И мне ничего без тебя не надо. Ничегошеньки. Без тебя всё пусто, глупо. Не имеет смысла. Я не хочу тебя терять, никогда. Я не смогу. Будь рядом. Это единственное о чём прошу, о чём загадываю желания. Ощущать твоё присутствие постоянно, ощущать тёплые прикосновения рук, чувствовать твои губы на своих губах, шеи, щеках…везде. Слышать твой голос… Биение твоего сердца, когда крепко прижимаешь к себе… Запах твоих волос, чувствовать твоё дыхание… Доверять, только тебе… Смотреть в твои глаза, я вижу в них жизнь, вижу в них смысл… Потом, закрывая тебе глаза рукой, смотреть на твои губы, когда ты то улыбаешься, смеёшься…Я не могу не поцеловать. Твоё "Я тебя люблю" нежно, шёпотом на ушко… Для меня всегда, как будто в первый раз… Тонуть в тебе, смеяться с тобой, любить тебя… Я знаю для чего я живу. Я знаю в чьи глаза я хочу смотреть каждый день, чьи руки ощущать на себе… Я не хочу чтоб это кончалось… Я хочу любить тебя вечно.

После его ухода я проплакала всю ночь, не из-за того, что он сказал, а из-за того, что я должна была сделать. Я должна была уйти от него.
И в тот момент, когда эта мысль оформилась в моей голове, я поняла, что давно это знала.
Вот почему я была так печальна, в таком отчаянии. Вот почему я изо всех сил старалась прихорашиваться для него, так цеплялась за него, как безумная.
Потому что я знала, что всё идёт к концу

Ты никогда не была особенной.
Ты никогда не показывала слабости.
Ты никогда не просила помощи.
Ты никогда не говорила, что холодно!

Ты не рассыплешься пеплом от нежности.
Ты не прикроешь глаза, когда поцелуемся.
Ты не взвоешь, когда мы расстанемся.
И не прыгнешь с высотки от ревности.

Да ты никогда, никогда бы не прыгнула!
" Может быть…", ты сказала заплаканно.
Растеклась по балкону истерикой,
Голубей распугала нечаянно.

А я прыгнул бы!
Я бы попросил помощи.
Мне в привычку ведь,
Я не гордый тут!

Я бы с тобой…
Я бы с тобой.. за руку.
Я бы с головой
Да в окурки этих листиков!

Да я бы, девочка, все это сказал шепотом.
Да я бы в море, о скалы, и черт с этим временем!

Забирай, забирай себе эти точечки.
Забирай и беги от меня, лялечка.
Забирай все кассеты и бабочек.
Забирай телефон мой и выброси!

Захлебнись же водой, поливая кактусы!
Давай, развернись и разбей мою голову.
Я не хочу, не умею быть брошенным.
Почему от тебя мне так.. холодно?

Я теперь тебя буду звать - Атлантический океан,
почему, знаешь?
Сколько вот ни пытаюсь
разгадать его глубину - так везде одно:
с каждым разом, казалось, всё глубже в него ныряю,
но никак не могу найти,
чёрт возьми,
дно

Расскажи мне о том, как летние фейерверки над морем вспыхивают, потрескивая
Почему та одна фотография, где вы вместе, всегда нерезкая
Как одна смс делается эпиграфом долгих лет унижения; как от злости челюсти стискиваются так, словно ты алмазы в мелкую пыль дробишь ими
Почему мы всегда чудовищно переигрываем, когда нужно казаться всем остальным счастливыми, разлюбившими

Я звонил, чтобы сказать,
Что дома.
Что со мной все в порядке.
Что я не угодил под автобус.
Чтобы сказать о том, как меня трясет от холода,
От нервов
Чтобы сказать что-то ещё очень важное.
Но никто не снял трубку
И я растворился
В своих мыслях и криках.

Я помню, мне было лет семь или восемь, я что-то опять натворил, ты разозлилась и сказала: "Собирай вещи, я отправлю тебя в интернат!". Я вопросительно посмотрел на тебя и ты заорала: "Собирай, сказала, вещи! Ты больше тут не живешь, поедешь в интернат". И я сел на колени перед своей полкой с тетрадками какими-то изрисованными, вырезками из журналов, разукрашками, наклеечными альбомами и стал их разбирать и укладывать. Я сидел на коленях перед открытой полкой, раскладывал свое жалкое детское имущество, которое для всех остальных людей в мире являлось просто мусором, и рыдал навзрыд. Мой мелкий восьмилетний мозг тогда переваривал кучу новой информации. Именно в тот момент, когда я, сидя на коленях перед своими вещами, собирал их в кучу, чтобы убраться навсегда из этого дома, ко мне пришло осознание, что я могу быть никому не нужен. Вот совсем никому. И сколько бы после этого ты не говорила, что просто хотела припугнуть меня, мам, что просто тебе надоело мое из рук вон плохое поведение, сколько бы ни говорила, что любишь, беспокоишься и что вся семья меня любит, я все равно теперь больше никому не верю. Ни единому человеку, который говорит, что я ему нужен. Потому что по-любому когда-нибудь опять настанет день, когда меня заставят сидеть на коленях и собирать в кучу все, что мне принадлежит.