Не ходи, не думай, не вороши, вот тебе весна, вот тебе дорога, не касайся рваной чужой души. У меня нормально. Меня не трогай. (с)

Он зло говорит: «На окурках – ТВОЯ помада».
Он даже не помнит, что я не курю три месяца.
Я очень спокойна. Спасателей на дом не надо.
Чужие окурки на кухне - не повод повеситься.

Я складываю рубашки, штаны – по стрелочкам.
Раскладываю причины измен по полочкам.
Дешевые «Кiss». Будет стыдно признаться девочкам,
Что именно курит его малолетняя телочка.

Дешевые «Kiss» и помада оттенка пошлого
Я раньше курила «Vogue», крашу губы в красное.
Не знает моих привычек. Не помнит прошлого.
«Родной, твои вещи собраны. Будьте счастливы».

Ладонь за ключом протягивая, говорю:
«Хороший мой, я три месяца не курю»

(с)

В общем, хватит, пожалуй, любите, пожалуйста, ближних.
Тех, кто варит вам кофе, кто утром сопит у плеча.
Я устала. Мне хочется старых зачитанных книжек,
шоколада, и чая, и, чтобы негромко стучал
по зашторенным окнам холодный, настойчивый дождик,
чтобы кошка мурлыкала, боком прижавшись ко мне,
чтобы не был мне нужен – ни тот, кто любого дороже,
ни, тем более, тот, кому я всех дороже вдвойне…

А наутро – пусть будут
Замёрзшие
лужи.
И - снег.

А за окнами – осень, как нАзло – вполне золотая,
и весёлое солнце, и неба прозрачная синь
и беспечная память такие картинки листает,
что, спасибо ещё - мне хватает ума не просить
никого ни о чём. Никогда… А бояться и верить
я отвыкла, наверное, тысячу жизней назад…
и давно не считаю – ошибки, подарки, потери…
Только помню зачем-то, хоть помнить, конечно, нельзя –
Правда, лучше б не помнить,

Ваш синий
Смеющийся
Взгляд.

Но что было – то было. Что будет – когда-нибудь – будет.
И – в какой-нибудь день – не напрасно же сны горячи -
на крутом повороте слепых человеческих судеб
мы, конечно, столкнёмся без всяких разумных причин.
И тогда - вот тогда… …А пока - мне не хочется спорить,
я устала напрасно в закрытые двери стучать,
мне бы - чая, дождя, шоколада и книжных историй.
Вам – безмерного звонкого счастья.
Всегда и сейчас.

…И, пожалуйста, близких -
Любите –
Им плохо
Без Вас

(с)

…И в плеере кто-то поет хрипуче о том, что хотелось, но не срослось…

хочу к тебе.
у нас дубак и хмуро.
машину вот с утра не завела…
такси мою замёрзшую фигуру
укутало лохмотьями тепла…

хочу к тебе.
и чаю с бергамотом.
и чтоб легли на плечи не мешки,
набитые ответственной работой,
а две большие добрые руки.

хочу к тебе.

хочу, холодным носом
уткнувшись между шеей и плечом,
назло пессимистическим прогнозам
оттаять и не думать ни о чём.

хочу к тебе.
чудовищно устала…
" эй, дамочка! приехали, не спать! "
мда… что б я там себе ни намечтала,
таксисту стольник - и опять пахать…

(с)

Когда ты приходишь, во мне начинается яма,
Где пряные запахи пунша от лютой ангины.
Меня предавая, собою гордишься упрямо,
И знаки проклятья на облачных скулах отныне

Когда ты приходишь, то я навсегда виновата
За холод и мрак, опозданье, отсутствие света,
За юную мать, непришедшую в белом халате,
Неподвигов ради тебя – и за это…

Когда ты приходишь, все валится, рушится наземь -
От крохотной стопки до дрогнувших разом коленок,
А пальцы ленивые чертят узоры по вазе
И жгут всем дыханием будущих ласковых Азий -
И тем, что так зыбко и так оказалось нетленно.

Когда ты приходишь найти во мне тихую гавань,
Забыться у теплой и старой такой батареи,
То воском плывет отрешенности стылая лава,
И чай закипает, ладони родные согреет.

Когда ты приходишь, то я заикаюсь и плачу.
Свою неполетность и плоскую суть отвергая.
Когда ты приходишь – то это нисколько не значит,
Что я прощена и что будет забыта другая…

(с)

Ты знаешь, это совсем не странно - печатным шагом по свежим ранам. В финале одной неизвестной драмы её героиня сказала так: уж лучше пусть боль раствориться в виски и номер окажется в черном списке, чем бесконечно строчить записки, и потихонечку привыкать. К тому, что номер обычно занят, что он ключи оставляет маме, а не тебе, как бывало ране, чтоб раз в неделю полить цветы. Что письма ждут его под табличкой, без адресата - с пометкой "Лично" и, впрочем, было бы все отлично, когда бы их отправляла ты. Что он, уклоняясь от поцелуя, вдруг шепчет, что страшно тебя ревнует, что Бог ему в жизни послал такую, а он ее, верно, не заслужил. И ты начинаешь плодить догадки, листать блокноты, звонки, тетрадки… И вдруг понимаешь, как это гадко - вторгаться с порога в чужую жизнь.

Тогда эти раны болят иначе, чем если застукать вдвоем на даче, и даже удара больней… Тем паче, когда столько времени - в пустоту. И если он просто сказал, прощаясь, что вдруг испарились любовь и счастье - ты тихо уходишь, не возмущаясь. Уходишь и ищешь свою мечту.

© Copyright: Анна Кулик, 2011