Natasha Dorogan

Гарри Поттер и философский камень

Гарри Поттер и Тайная комната

Гарри Поттер и узник Азкабана

Гарри Поттер и Кубок Огня

Гарри Поттер и Орден Феникса

Гарри Поттер и Принц-полукровка

Гарри Поттер и Дары Смерти: часть 1

Гарри Поттер и Дары Смерти: часть 2

Думаю вы знаете, что делать))

Это было не удивительно, что Альбус Северус Поттер любил бродить по коридорам. Ему нравилось изучать замок и после того как его брат нашел карту Мародеров в столе их отца, Альбус странствовал по всему зданию. На одном из своих путешествий, его путь привел к большому отрезку коридора, там небыло ни одной картины, кроме что, пляжного ландшафта на стене. Бездельничяя полностью в одежде среди мастеров, на пляже, потирая солнцезащитного крема на носу, был Альбус Дамблдор.Мальчик был так взволнован, что тут же подбежал к картине и пытался неловко, привлечь его внимание. Наконец, откашлявшись, Дамблдор повернулся. «Что ж здраствуй, я могу тебе помочь чем-нибудь?» Мальчик улыбнулся: «Вы Дамблдор, не так ли?» Пожилой человек ответил мальчику улыбкой: «Действительно, это я». Альбус Северус был в восторге: «Меня назвали вчесть вас, и другим Хогвартским профессором.» Дамблдор просиял: «Ах, так ты сын Гарри? Альбус? А какое второе имя?» Хотя он уже знал ответ. «Северус Снейп. Я был в надежде встретиться с ним, но я не знаю, где его найти.» Мальчик сказал печально.Подмигнув, Дамблдор вышел из картины, оставив мальчика в замешательстве. Тем не менее, через несколько минут он вернулся, ведя человека который не охотно следовал за ним с желтым кожей и темными волосами. «Почему я должен встретиться с сыном Поттеров», я уже встретил одного.Он такой же, как его отец! Почему этот должно быть другим?» Мужчина с кручковатым носом и с раздражительностью повернулся, и увидел мальчика стоящего на против картины.«Хорошо. Как тебя зовут?Я не думаю, что у тебя есть таланты в школьных классах, вероятно, ты хорош в области квиддичя». Мальчик глубоко замыслелся, прежде чем ответить, «Меня зовут Альбус Северус Поттер. Я не очень хорош в квиддиче, но я люблю Зельеварение. Простите, если мой брат вел себя как дурак, он всегда такой. " Мальчик посмотрел на Снейпа, своими зелеными миндалевидными глазами. Северус потерял дар речи, и вместо того, едкого замечания для мальчика, он просто спросил его, понравился ли ему класс Зельяварения и сам замок. Много раз после этой первой встречи, Северус Снейпа было видно слоняющевося вокруг замка по картинам чаще, как ни странно, чаще всего он появлялся возле классов, где присутствовал Альбус Северус.

Harry Potter and the Year where they forgot to hire a Hairdresser. — Гарри Поттер и год, в котором они забыли нанять парикмахера.

"Все та же больная тема"

***

Фреду и Джорджу 9 лет.

— Эй, не грусти! Улыбнись! – Джордж присел на крыльцо рядом с братом.

— А чему? Дождю и слякоти?

— Ну и что? А ты попытайся, и станет лучше! – Джордж задорно улыбнулся близнецу. Фред несмело улыбнулся в ответ. Через несколько минут близнецы, весело смеясь, неслись в деревню, прыгая по лужам под моросящим дождём. Прохожие удивлённо оборачивались на рыжиков – чему можно улыбаться в такую погоду?! А Фред и Джордж бежали по просёлочной дороге…

— Смотри, братишка, солнце улыбается вместе с нами!

***

Джорджу и Фреду 11 лет.

— Ну, улыбнись!

— Джордж, отстань. У меня нет настроения. Здесь слишком холодно.

— Ну, улыбнись! Ведь через десять минут нам будет 12.

— Зачем нам понадобилось идти в полночь на башню Астрономии?

— Я хочу тебе кое-что показать.

– С этими словами Джордж открыл дверь на крышу.

– Смотри! – он указал на небо. – Сегодня видно созвездие Близнецов! Если бы кто-то поднялся на башню, он бы увидел бы странную картину: два рыжеволосых мальчика, стоя рядом, смотрят в небо и улыбаются звездам… А на следующее утро растаял снег. В Хогвартс пришла весна…

***

Фреду и Джорджу 17 лет.

- Черт! Старая жаба совсем оборзела!– Фред попытался высвободиться из объятий брата, с которым лежал на кровати.
Но Джордж, только крепче прижал к себе близнеца, и прошептал:
- Спокойно, братец Дред. Улыбнись!
- Чему?
- А ты представь, ЧТО будет с Амбридж, после нашей выходки!
Фред против воли рассмеялся. Только Джордж мог увидеть что-то положительное в самой фиговой ситуации.
- Ты прав, братец Фордж, - сказал он, поудобнее устраиваясь в объятиях близнеца, - наша последняя выходка наведёт шороху…
Несколько часов спустя:
- И, Пивз, наподдай ей хорошенько!
Братья, смеясь, вылетели в весеннее синее небо.
- Ты прав, Джордж! Это было что-то!
- Да, братишка, сегодня даже небо за нас!

***

Джорджу и Фреду 19 лет.

- Улыбнись, Фред!
- Джордж, ты говоришь мне это на протяжении десяти лет, и каждый раз я
спрашиваю тебя: чему? Чему мне улыбаться? Охоте на грязнокровок? Или же
убийству магглов? Нет, знаю! Пыткам первокурсников в Хогвартсе! Так чему же
мне улыбаться, брат?!
- А ты улыбнись тому, что мы живы, – серьезно ответил Джордж.
Фред обнял брата и улыбнулся, положив подбородок ему на плечо…
А через несколько дней, на магическом радио, впервые появилась программа «Поттер-Дозор»…

***

Преподаватели восстанавливали защиту замка.
А Джордж стоял у окна и смотрел в небо.
-Знаешь, братишка, впервые я не знаю, чему улыбнуться…

Его крик был криком Гарри, его боль была болью Гарри… чтобы это случилось именно здесь, там же, где и прежде… в двух шагах от того, другого дома, где он вплотную приблизился к тому, чтобы познать, что значит смерть… смерть… такая чудовищная боль… вырван из собственного тела… но если у него нет тела, почему так ужасно болит голова… если он умер, отчего же ему так тошно, разве боль не кончается со смертью, разве она не уходит…

Дождливая ветреная ночь. Двое детей, наряженных тыквами, семенят через площадь, витрины разукрашены бумажными пауками — пошлые ухищрения маглов, копирующих мир, в который они не верят… Он скользит над землей, переполненный привычным ощущением силы, цели и правоты. Не гнев — это для слабых духом… торжество — о да… он долго надеялся и ждал этой минуты…

— Красивый у вас костюм, мистер!

Он видел, как улыбка сползает с лица мальчишки, стоило тому заглянуть под капюшон, как страх затуманивает размалеванное личико. Ребенок бросился наутек… Он нащупал волшебную палочку под мантией… Одно небрежное движение — и сопляк никогда уже не добежит к своей мамочке… но это лишнее, совершенно лишнее…

Он скользнул в другую улицу, где темнее, и вот наконец перед ним цель его путешествия. Заклинание Доверия разбито, хоть они об этом пока еще не знают… Он движется почти бесшумно, только мертвые листья шуршат на мостовой, заглядывает через темную живую изгородь…

Шторы не задернуты, и ему прекрасно видно, как они сидят в своей маленькой гостиной. Черноволосый мужчина в очках пускает клубы разноцветного дыма из волшебной палочки, чтобы позабавить черноволосого малыша в синей пижамке. Малыш хохочет и ловит ручками дым…

Открывается дверь, и входит женщина. Длинные темнорыжие волосы падают ей налицо. Ему не слышно, что она говорит. Отец подхватывает сына на руки и передает матери, бросает волшебную палочку на диван, зевает и потягивается…

Калитка чуть скрипнула, когда он ее открывал, но Джеймс Поттер не услышал. Белая рука выхватила изпод плаща волшебную палочку, направила ее на дверь, и та послушно открылась.

Когда он уже шагнул через порог, в прихожую выскочил Джеймс. Все было до того просто, чересчур просто, этот глупец даже не успел подобрать свою волшебную палочку..

— Лили, хватай Гарри и беги! Беги! Быстрее! Я задержу его…

Задержать его с пустыми руками! Он смеялся, произнося заклинание…

—Авада Кедавра!

Зеленая вспышка наполнила тесный коридорчик, осветила детскую коляску у стены, превратила столбики перил в сверкающие молнии… Джеймс Поттер рухнул, совеем как марионетка, у которой перерезали ниточки…

Он слышал ее крики на верхнем этаже. Она в ловушке, но если будет разумно себя вести, опасаться ей нечего… Он поднимался по лестнице, посмеиваясь про себя над ее слабыми попытками загородить дверь… У нее тоже не было при себе волшебной палочки… Как они глупы, доверчивые дураки, разве можно полагаться на верность друзей, разве можно хоть на мгновение выпускать оружие из рук…

Он распахнул дверь, одним движением волшебной палочки отодвинув в сторону стул и наспех наваленные коробки… Она стояла посередине комнаты, держа ребенка на руках. Увидев его, она опустила малыша в кроватку и заслонила собой, раскинув руки, как будто это могло помочь, как будто она надеялась, что, если ребенка не будет видно, ее выберут вместо него…

— Только не Гарри, пожалуйста, не надо!

— Отойди прочь, глупая девчонка… Прочь…

— Пожалуйста, только не Гарри… Убейте лучше меня, меня…

— В последний раз предупреждаю…

— Пожалуйста, только не Гарри, пощадите… Только не Гарри! Только не Гарри! Пожалуйста, я сделаю все, что угодно…

— Отойди… Отойди, девчонка…

Он мог бы просто отшвырнуть ее с дороги, однако счел благоразумным покончить со всей семейкой разом…

Вспыхнул зеленый свет, и она упала точно так же, как и ее муж. За все это время ребенок ни разу не запищал. Он уже умел стоять, ухватившись за прутья кроватки, и с веселым любопытством смотрел в лицо чужаку — может быть, думал, что это его отец прячется под плащом и сейчас покажет еще красивые огоньки, а мама со смехом выглянет откуданибудь изза шкафа…

Он тщательно прицелился, наведя волшебную палочку мальчишке прямо в лицо; он хотел увидеть, как это произойдет, своими глазами наблюдать уничтожение необъяснимой угрозы. Ребенок заплакал — похоже, понял, что перед ним не Джеймс.Плач был неприятен, еще в приюте он не переносил детского нытья.

—Авада Кедавра!

И тогда он был сокрушен. Он был ничто, ничего не осталось, кроме боли и ужаса, он должен был скрыться, спрятаться, только не здесь, в руинах разрушенного дома, где надрывался от плача испуганный ребенок, а далеко, очень далеко отсюда…

Пьер: За все время съемок мы извели 78 палочек Гарри. Все потому что Дэниел постоянно носит их с собой и барабанит.

Том: На самом деле, когда мы снимали финальную сцену на платформе, я действительно упоминал… что было бы не плохо обнять и поцеловать Гарри. Жаль Дэвид Йетс был против.

Руперт: Мне очень нравятся твои волосы. Они очень светлые и сексуальные.

Том: О, мой бог! Я не могу поверить, что ты это сказал! У тебя такое доброе сердце, чувак.