Период с этим названием был чем-то новым, с некоторой надеждой после нескольких кризисов.
Это был Титаник.
А Полина с её откровениями — айсбергом.
На самом деле, сейчас я понимаю, что всё было так, как должно быть. Ведь действительно мои опасения оказывались верными.
Я своими ушами слышала голосовые, которые были записаны Полине обо мне. Так что же на самом деле ко мне было за отношение и скольким ещё людям было об этом рассказано?
Я бежала. Всегда, когда испытывала дискомфорт. Зачем было меня держать? Зачем умолять, обещать что-то исправить и плакать? Я каждый раз не могла найти силы в себе, чтобы сказать нет. Не это ли есть провокация? Манипуляция? Достижение желаемого через слёзы и, затем, так или иначе, отступление от своих же слов?
Если говорить языком девочек, то я постоянно была подвержена психологическому прессингу. Необходимо читать то, что они пишут. Необходимо об этом говорить. Почти любой разговор сводится к этому! А если мне не интересно или неактуально, то… Привет, чувство вины! И я не раз говорила об этом напоре, в связи с которым складывается ощущение, что интерес ко мне — дежурный, после чего можно перейти "к делу".
Всё вертится вокруг этого. И я заинтересовала их именно своими комментариями к их творчеству. А взгляды на жизнь и взаимоотношения с людьмиу нас всегда были разными. В итоге… Всё, так или иначе, сводилось к рыночным отношениям.
Мне было некомфортно чаще, чем я об этом говорила, но я, хотя бы, говорила об этом прямо.
И, не выдерживая их напор, слезы, обещания, я вновь и вновь себя пересиливала, старалась игнорировать свой дискомфорт, предварительно проговорив, в чем он занимается, во избежание повторения. Но всё повторялось и усугублялось.
Эту ситуацию создали мы вместе. Они не могли отпустить. Я не могла вынести их страданий из-за меня.
Итог?
Я — абьюзер, я — мучитель, я — жалкое существо, которое не достойно адекватного разговора (ну, я, хотя бы, шла на этот шаг, не смотря ни на что).
Что ж…
Жаль. Вся злоба, которая была на меня выплеснута, была обусловлена обидой. Девочки любят выходить всеми способами из любой ситуации победителями и, при этом, получать что-то весомое от людей. А я оказалась невыгодной инвестицией. Как я посмела выбрать себя и свои интересы?
Особенно мне понравилось манипулятивное "Я вижу, за 4 месяца ты так и не изменилась"
А должна была? Для чего? Или для кого? Или, всё-таки, изменения есть они пришлись не по нраву, учитывая то, что я оставалась в списках друзей?..
Всё идёт так, как должно быть.
И, пожалуй, то, как они себя повели при нашем последнем разговоре — к лучшему. Потому что общаться так, как раньше, я все равно не готова, да оно не зачем. Стресса мне хватило.
Но, при этом, я увидела то, на что закрывала глаза.
Наше с ними общение никогда бы не было нормальным, страдали бы обе стороны.
И теперь я точно знаю, что нельзя игнорировать собственные ощущения в угоду чужим слезам. Рано или поздно можно прийти к разрыву, а чужие слёзы, пусть даже искренние, но служащие манипуляциям, обернутся в огонь ненависти.
Я ещё долго буду мысленно возвращаться к С. и К.
Но это пройдёт. И я постараюсь сохранять лишь лучшее в своём сердце, как и обещала. Не смотря ни на что.
