Это просто Вьюи блог

я сидела рядом с тобой и смотрела на твои ямочки, держала тебя за руку и всматривалась в каждый миллиметр твоего лица, чтобы запомнить.
а ты смеялся и спрашивал: зачем тебе меня запоминать, я же рядом.

был.

мы так привыкли в наших скоростях
откладывать привычные визиты.
мол, что такого - ведь такой пустяк,
заеду завтра. раз - а дверь закрыта.
и некому писать свое "прости",
и хочется упасть и не проснуться.
ты что-то важное из жизни упустил -
в последний раз увидеть, улыбнуться,
обнять тихонько, помолчать вдвоем,
припомнить старые истории и песни.
а время исчезает день за днем.
оно не станет слушать ваши "если "

а если - что? а если их не станет,
всех тех, кому вы забываете звонить?
а если кто-то ждать вас перестанет,
пока вы все твердите "может быть"?

за этой суматохой ежедневной
мы слишком многое не можем разглядеть.
вот потому я и пишу ему, наверно.
я так боюсь однажды просто… не успеть.

в один из вечеров ты перестанешь плакать и постоянно страдать.
кто-то невидимый кладет на плечо руку и начинает тебя спасать.

интересные всё же создания люди.
нас растят мамы и папы, мы играем во дворе с мальчиками и девочками, дружим с братьями и сестрами, а потом вдруг один совершенно чужой человек становится самым близким.
настолько близким, что даже дыхание захватывает.

я бы хотела сейчас сидеть в твоей одежде
и думать о том, как ты мне верен.
/а не метаться в надежде
подсчитывая предыдущие потери/
вместо этого я лежу на полу чужой гостиной
и смотрю как плавают в аквариуме рыбки,
собираясь остаться сильной,
когда все мои мудрые решения сдохнут при виде твоей улыбки.

полупропав в твоих глазах, ведь так искал в них тепла,
это клеймо "никто" - так не входило в мой план.

мы! - подумал он.
какое необычное слово!
самое таинственное слово на свете.

не все святые умирают в белом.
на каждый черный день – своя коробка мела.
и чтобы убивать, не нужно что-то делать.
можно вообще ничего не делать.
необязательно заканчивать мед, чтобы вылечить душу.
и не всегда он слышит, даже если слушает.
перебинтованное сердце болит не меньше.
необязательно приманивать
всех муз-женщин,
чтобы суметь рассказать о счастье.
необязательно рвать мое тело на части,
чтобы доказать, что душевная боль сильнее.
а бывают еще бескрылые феи,
полукровки, которым любовь нужнее.
просто фонари окончательно офонарели
и плавят крылья летящих на теплый свет.
или мы можем проснуться в одной постели,
а нас и нет –
раскололись на беззвучные «я» и «ты» -
местоимения правды и пустоты.
даже не умерли, нет, априори другой финал:
часы и снежинки, их очень много; пустой вокзал.
«starbucks» и кофе, но кофе давно остыл.
урок математики: сколько в тебе пустоты?
чувствуешь ее в коротеньких «я» и «ты»,
между «я люблю тебя» и «только бы не простыть»?
не забудь подумать, прежде чем выбирать мечты.
я испачкал совесть свою, пока шел по твоим следам.
я бы придумал все сам, поверил бы во все сам,
сам бы подставил лицо под январский снег –
говорят, в Рождество случаются чудеса.
отключи мне функцию памяти, добрый Санта.
только, как в детстве, иду от стены к стене,
опасаясь монстров, караулящих нас во сне,
до родительской спальни: «мама, папа, приснилось мне…
все приснилось мне?»
ты дьявольски хороша
и в этом платье, и в терновом венце,
когда набираешь: «счастлива, не мешай»,
задыхаясь от плача на том конце.

каждый к кому-то привязан, как Сид к Ненси.
у кого-то это утренняя газета, а у кого-то двойное сердце.

наверное, так сходят с ума.
наверное, об этом слагают песни,

когда кто-то вместо 36,
считает 72 градуса по цельсию.

самое важное – в глубине,
новый день зажигает внутри огни
и моих ног касаются твои лёгкие платья.

любовь –
это, когда все дороги ведут к тебе

и беззаботные летние дни
заканчиваются сном в крепких объятиях.

"море - это там, где действительно глубоко. "
я цитирую Женю, а ты не умеешь плавать.
и никто, абсолютно никто тебя не исправит.

провожать тебя на автобус вошло в привычку,
засыпать с тобой и делать нам утром чай.
по губам прочитаю нежное "не скучай".
поспеши, а то опоздаешь на электричку.

ты ведь знаешь, что я не могу по тебе не скучать.

как в старые добрые ты лежал у меня на коленях, курил
я считала родинки, шрамы, трещинки на губах
и какую бы чушь ты сейчас не нес, чтобы не говорил
теперь мое сердце снова в твоих руках.
твои пальцы медленно тонут в моих волосах,
ты пускаешь в свои легкие смолы и никотин,
твой любимый растянутый свитер весь в белой шерсти
моего бестолкового тихо мурлыкающего кота.
во всем виноваты магнитные бури и
непредсказуемая Питерская погода:
то солнце, то град, то непрекращающиеся дожди.
а ты как всегда без зонта.

пожалуйста, ты себя береги.
если не для меня, то хотя бы за просто так.
для другой себя береги.

в 4 утра по московскому sms из Польши:
" сладкоголосая, позвони, как проснешься.
я скучал. "
ты, наверное, гуляешь ночами по улицам старой Варшавы,
и скоро, может быть, появится польский акцент.
ты хороший психолог. я - твой единственный пациент.
запущенный случай, клинический, я бы сказала.
решишь ехать в Питер - звони,
я встречу тебе у вокзала.
mon ami, я тоже скучала.

все врут.
на самом деле никто не любит оставаться один.
человеку нужен человек,
а не кофеин.

в этой засухе, в этой пелене затуманенных жарой мыслей,
мне бы хоть чуть-чуть за тебя зацепиться.
время нещадно летит, не желая остановиться.
я тебя забываю. проходят бессонницы. ты больше со мной не случишься.