я не маша.

хочу очень на моря море. жду прям копить буду со сл зп посмотрю сейчас билет. очень оченьс повреждением в головах у меня все норма с бошками!! очень очень очень. как пусть и будет. и вещи и вот праздники 6 жизнь только начинается мне 28. 29. одна.

 

должна была расслабиться — хуй там, нервничала и продолжаю нервничать.

ловлю вайбы шарашкиной конторы каждый рабочий день. могут ли руководители по выражению лица понять градус желания написать заявление вот прям здесь — это вопрос. возможно мой новоиспеченный мелкий офисный божок уже начал прозревать, выслушав словесный понос в противовес его высеру. но с того дня больше не пытался выдать примитивные советы и нравоучения, завернутые в обертку помощи.

моё последнее увольнение связано с невозможностью выносить абсурдность происходящего. компания сменилась — ничего не изменилось. бадумс!

я как та самая созависимая — тянусь к абьюзивным работодателям, обмазываюсь их говном и чувствую себя знакомо и правильно. только такое и может быть — только такого я и заслуживаю.

к сожалению, сменить работу в ближайшие полгода нет возможности, поэтому двигаем дальше.

цитата месяца: "это просто жизнь и её надо жить".

 

впереди все хорошо уйма кучу работы 2 месчяца в целом. работа то в саратове есть только никуда не берут.. впереди налаживание и биржа не хочу пустовать чет чтото хочу подработку хотя бы найти нормальной жизни.. все хорошо даже нормальное. стараться как всего и поьольше всегда.

все решено. я покупаю билеты. думаю о себе больше и о других чаще часто. война кончается систр выходит из больниц я налажу все иду к врачихе иду психолог. билет, лето зимы питера море моря, работа доработаю тут ухожу на новое место. работаю исполянюсь живу мечтаю вещи покупаю. ВЕЩИ купить. покупаю снова билеты езжу работаю живу.

 

Она выбирает не меня, а я — желаю счастья.

Привет, принцесса. Ты, наверное, меня уже не вспомнишь, но я по-прежнему думаю о тебе. Хорошие люди всегда говорят, что они плохие. Я до сих пор помню, как ты принижала себя. Как с завистью смотрела на других девушек. Какая же ты глупая, не понимала, что они не нужны мне. Мне нужна была только ты. Ты напрямую говорила мне, что это всего лишь игра. А я не верил, представляешь. Я думал, что смогу переубедить тебя. Я знал, что нравлюсь тебе. Но, видимо, не так сильно, как нравилась ты мне. Я купил флакон твоих духов и поставил себе на полку, чтобы снова чувствовать этот запах. Мы жили только ради друг друга. А ты все испортила своей игрой. Зачем ты останавливаешь чужие сердца?

Даже в незнакомом городе среди новых лиц, я пытался найти тебя. Я думал, что прохожие в толпе смогут заменить тебя и наши разговоры, но я ошибался. Каждый встречный был пустым. После встречи с тобой вообще мир стал пустым. Мне все еще нравится все, что связано с тобой. И это самое худшее.

Кесслер

 

Она выбирает не меня, а я — желаю счастья.

Привет, принцесса. Ты, наверное, меня уже не вспомнишь, но я по-прежнему думаю о тебе. Хорошие люди всегда говорят, что они плохие. Я до сих пор помню, как ты принижала себя. Как с завистью смотрела на других девушек. Какая же ты глупая, не понимала, что они не нужны мне. Мне нужна была только ты. Ты напрямую говорила мне, что это всего лишь игра. А я не верил, представляешь. Я думал, что смогу переубедить тебя. Я знал, что нравлюсь тебе. Но, видимо, не так сильно, как нравилась ты мне. Я купил флакон твоих духов и поставил себе на полку, чтобы снова чувствовать этот запах. Мы жили только ради друг друга. А ты все испортила своей игрой. Зачем ты останавливаешь чужие сердца?

Даже в незнакомом городе среди новых лиц, я пытался найти тебя. Я думал, что прохожие в толпе смогут заменить тебя и наши разговоры, но я ошибался. Каждый встречный был пустым. После встречи с тобой вообще мир стал пустым. Мне все еще нравится все, что связано с тобой. И это самое худшее.

Кесслер

 

Полнолуние — лучшее время сходить с ума.

Изрисуй меня прикосновениями, давай,

Расчерти новой памятью ярко и глубоко.

Вседозволенность, вписана в ноты твоих духов,

Проникает под кожу, сливаясь с рисунком вен,

И пульсирует глухо, отрывисто, /по тебе/

Кроветворным набатом в ментально-телесный стык.

Мне не снился никто так часто, как снишься ты.

 

 

 

 

 

есть люди похожие на январь — они пахнут хвоей и любят снег,

когда тот укрывает плащом фонарь, любят лед, заковавший теченье рек.

в их груди — волшебные огоньки, каждый день с ними — будто бы рождество.

в их кладовках пылятся шарфы, коньки. они много пишут (все чаще в стол).

есть люди, нежные как апрель — в их глазах расцветает зеленый луг,

в голосах позвякивает капель. они не выносят холодных вьюг,

и сияют улыбками по весне, кормят в парке пшеном перелетных птиц.

с каждым палым листом им трудней, трудней, улыбки тихонько сползают с лиц.

есть люди, горячие, как июль — они взглядом способны топить асфальт,

Заколдованы доброй душой от пуль, и способны цвести среди голых скал,

одевая лесами отвесный склон. их коленки расшиблены до крови,

каждый из них — босоног, влюблен, и болезненно уязвим.

есть люди шуршащие сентябрем — они любят страницы старинных книг,

и луч света, чертящий дверной проем, яблочный сидр и яркий блик

на пруду, желтый лист в дождевой воде. носят смешные шарфы, пальто.

они вечно лохматы, полны идей (но, как январи, они пишут в стол).

***

а во мне полыхает огонь октября, живущего кашлем в пустой груди,

опавшие листья внутри горят, горькой памятью, брошенной позади,

под тяжелые крики вороньих стай, бьющихся мерно в мое стекло…

а ты — сумасшедший и пьяный май, дарящий живительное тепло.Лола..

я еду на море. в плане каждый рах каждый год со стабильной работой. и хобби найти почти што накопила на туфли рисовати, быть более общительной не замыкаться в горе и радуюся. Потом бесконечно питер тоже каждый год и живу в саратове.. а еще нашла работу если не получается а у меня получается кондитер или парикмахером или наращивать это вот с мартов -апреля денежка.

 

Может и не сложилось, может не видно света.

Может ты в этот вечер в баре сидишь один.

Но у тебя в ладонях, целая есть планета.

Если ты мне не веришь, бог тебе подтвердит.

Думай намного шире, все что имеешь ценность.

Все что осталось в прошлом, вывезли корабли.

Но даже в наше время, можно стать полноценным,

Если за все плохое тоже благодарить.

Я научилась миру, в сердце, и созиданию

И на своих обломках строю красивый дом.

И вместо мной любимых загнанных состояний,

Я постепенно стала людям проводником.

Переболела тоже, телом стирала кафель.

И под рубашкой раны, к свадьбе не заживут.

И о моих провалах столько есть фотографий,

Что могут за сценарий взять даже в Голивуд.

Я тебя понимаю, тоже пыталась выжить.

День проходил за месяц, старой была душа.

И в один миг, как будто, кто то спустился свыше,

И меня в каждом шаге он тогда поддержал.

Так что не вешай нос и

все непременно будет.

Чёрные перекрёстки сменят потом моря.

Есть где- то в поднебесье карты всех наших судеб,

Так что никто не знает, что они натворят.

Лола.

 

 

Полнолуние — лучшее время сходить с ума.

Изрисуй меня прикосновениями, давай,

Расчерти новой памятью ярко и глубоко.

Вседозволенность, вписана в ноты твоих духов,

Проникает под кожу, сливаясь с рисунком вен,

И пульсирует глухо, отрывисто, /по тебе/

Кроветворным набатом в ментально-телесный стык.

Мне не снился никто так часто, как снишься ты.

 

улыбнись ещё раз напоследок,

подарив желанную печаль.

я готов искать тебя по свету,

чтобы просто-напросто молчать

и курить на старой тесной кухне,

обещая холить и беречь

ту любовь, что непременно рухнет

после пары-тройки близких встреч.

это всё, что было между нами.

это всё, что мы не сберегли.

и мои душевные стенания

превратились в жалкие стихи.

мы не обещали быть навечно,

не клялись быть вместе до седин.

только после каждой нашей встречи

пропадали в интернет-сети.

после каждых новых поцелуев,

после клятв о том, что не предам,

я влюблялся, вновь и вновь ревнуя

«нас вчерашних» к «завтрашним не нам».

я запомню каждую улыбку.

ты запомни каждое «прости».

ведь любовь, что нам казалась пылкой,

умерла, чтоб возродиться в стих.

улыбнись ещё раз напоследок,

подарив пронзительную боль.

я готов искать тебя по свету,

чтоб вовек не встретиться с тобой…

 

Она выбирает не меня, а я — желаю счастья.

Привет, принцесса. Ты, наверное, меня уже не вспомнишь, но я по-прежнему думаю о тебе. Хорошие люди всегда говорят, что они плохие. Я до сих пор помню, как ты принижала себя. Как с завистью смотрела на других девушек. Какая же ты глупая, не понимала, что они не нужны мне. Мне нужна была только ты. Ты напрямую говорила мне, что это всего лишь игра. А я не верил, представляешь. Я думал, что смогу переубедить тебя. Я знал, что нравлюсь тебе. Но, видимо, не так сильно, как нравилась ты мне. Я купил флакон твоих духов и поставил себе на полку, чтобы снова чувствовать этот запах. Мы жили только ради друг друга. А ты все испортила своей игрой. Зачем ты останавливаешь чужие сердца?

Даже в незнакомом городе среди новых лиц, я пытался найти тебя. Я думал, что прохожие в толпе смогут заменить тебя и наши разговоры, но я ошибался. Каждый встречный был пустым. После встречи с тобой вообще мир стал пустым. Мне все еще нравится все, что связано с тобой. И это самое худшее.

Кесслер

 

есть люди похожие на январь — они пахнут хвоей и любят снег,

когда тот укрывает плащом фонарь, любят лед, заковавший теченье рек.

в их груди — волшебные огоньки, каждый день с ними — будто бы рождество.

в их кладовках пылятся шарфы, коньки. они много пишут (все чаще в стол).

есть люди, нежные как апрель — в их глазах расцветает зеленый луг,

в голосах позвякивает капель. они не выносят холодных вьюг,

и сияют улыбками по весне, кормят в парке пшеном перелетных птиц.

с каждым палым листом им трудней, трудней, улыбки тихонько сползают с лиц.

есть люди, горячие, как июль — они взглядом способны топить асфальт,

Заколдованы доброй душой от пуль, и способны цвести среди голых скал,

одевая лесами отвесный склон. их коленки расшиблены до крови,

каждый из них — босоног, влюблен, и болезненно уязвим.

есть люди шуршащие сентябрем — они любят страницы старинных книг,

и луч света, чертящий дверной проем, яблочный сидр и яркий блик

на пруду, желтый лист в дождевой воде. носят смешные шарфы, пальто.

они вечно лохматы, полны идей (но, как январи, они пишут в стол).

***

а во мне полыхает огонь октября, живущего кашлем в пустой груди,

опавшие листья внутри горят, горькой памятью, брошенной позади,

под тяжелые крики вороньих стай, бьющихся мерно в мое стекло…

а ты — сумасшедший и пьяный май, дарящий живительное тепло.Лола

Ты меня уничтожил. Я думала, что ты тот человек, кто всегда «за меня», «со мной», «чтобы не случилось». Но я слишком много надеялась, не видела, верила. Не думая и веря, я допустила ошибку. Ошибка, которая стоит мне здоровья. Мне не за что тебя уже прощать, не так… мне НЕЗАЧЕМ тебя прощать, потому что каждое твое слово -ложь. Каждый твой подарок-откуп. И чем больше я прощающем больше ты меня ранишь. Мне даже кажется, что это специально.

Ты был моим домом, где было надежно и легко. У нас были трудности, но мы были вместе, а сейчас я одна. Ты стал грязным и липким болотом, где мне противно слышать твои оправдания. Ты был моей стеной, за которой я пряталась и осталась в твоей тени. Меня не видно, ты меня спрятал. Даже я сама не вижу себя. Ты был моим морем, а стал кипящей водой. В которой я не могу говорить, только захлебываться в своих слезах от беспомощности.

Ты так ловко пропустил в меня корни-заботы, что я потеряла бдительность и стала никем. Ты подсадил меня «на иглу», а теперь скидываешь, не думая, что будет со мной. Ты надо мной издеваешься, смеешься и говоришь: «Ну, давай! Иди работай, строй свою жизнь, как нравится», и я сталкиваюсь не с поддержкой, а с издевательством. Что я делаю не так? Я умоляла тебя, если ты полюбишь кого-то, или я перестану быть «твоим «человеком-скажи! Не обманывай! Просто скажи и мы все решим.

Ты был один моим миром. Ты был самым важным для меня человеком, но своими тайнами, обманами, молчанием, отстраненностью- ты меня потерял. Ты стал моей петлей и затягиваешь узел на моей шее. Осталось выбить у меня стул из под ног и меня уже никто не спасет и ты не спасешь. Ты меня убил. Расколол мой мир. И я тебе больше не верю.

—Аааааа! Ой, новенький айфон???? Спасибо, милый

Я приоткрыл блокнот.

Резво перо вонзил…

Мир этот стих не ждёт.

Миру мой стиль не мил.

.

Он не желает знать

Этих звенящих строк.

Я же пишу опять.

Льётся чернил поток.

.

Льётся чернил река

На белизну страниц.

Муза моя легка.

Нет для неё границ.

.

И ничего, что мир

Вовсе меня не ждёт.

Я не его кумир.

Только придёт вот-вот

.

Мой долгожданный час.

Мир, не желая знать,

Всё же оценит класс,

Строк красоту и стать,

Мудрость моих стихов.