Это просто Вьюи блог

А всё потому, что я хочу от тебя детей. Потому что я хочу жарить с тобой картошку и мясо, а не читать статусы во всевозможных интернетах.

По-моему, мужчина ничего не стоит, если в нем нет чего-то дьявольского.

В твоей жизни обязательно будет один засранец, который будет заставлять тебя страдать.
Но он будет единственным, которого ты будешь любить до потери пульса.

знаете, это очень хреново, когда ваши родители думают, что у вас есть мозги, а у вас в голове хуже чем у винни-пуха.

меня бесит, что все пишут про "нее".
" она, такая беззаботная и непосредственная "
" она, такая улыбающаяся, когда больно "
бла-бла-бла
вот мне интересно. сейчас такое поколение пошло? что 95 процентов из 100 похожи под одно и то же описание.
и не важно, страшная ты или красивая.
главное улыбаться, когда больно. верно?
заучили пару эпитетов и все.
вы великолепные. .грустные, курящие, плачущие, улыбающиеся, истеричные, пьяные, вонючие от пота и слез идиотки, забрызганные дешевыми подделками или, наоборот, чересчур дорогими духами, но чертовски романтичные.
верно?
так вот, Я не подхожу под это описание.
меня бесят сопли, которые все разводят.
я плачу под грустные фильмы и под моменты, которых больше не вернуть.
я, может, наивная, но никогда до конца не верю словам, просто моя ёбнутая надежда всегда живет во мне, даже когда уже реально шансов нет.
я умею принимать правильные решения и гружусь только в дневнике.
я часто улыбаюсь, потому окружение заслужило.
но бля, если мне херово, я позвоню лучшей подруге, или просто подруге. и расскажу ей все. как болит, как плохо, спрошу совета.
она обязательно посоветует мне, что-то вроде:
-насть, ну ты чего? у тебя есть мы, твои подруги и друзья. мы тя любим. найдешь ты себе еще больше таких яриков/дим/дохуямужскихимен. в конце концов, пойдем напьемся и пошлем всех нахуй. потусим и поорем над всеми долбоебами нашего города.
и каждый раз, мои слезы высохнут и я буду рада таким типичным фразам, которые похожи друг на друга, но так греют меня.
а у вас, сопливые романтичные девочки, такого нет, ясно?
потому что вам лучше кричать на весь мир:" я такая сильная, я реву только одна и исключительно из-за дорогого алкоголя. я укурыш, который сжимает кулаки до боли под грустные песни. я героиня чертовски типичного романа, но я такая, блять, романтичная! "
а я буду плакать вместе с кем-то. чтоб могли поддержать.чтоб было не одиноко.
вот и думай, кем лучше быть.
(c) whisper pages

—Я все время искал девушку, похожую на тебя… - Зря. Жизнь - это не ксерокс. Она не штампует пачками одинаковых людей.

Страсть….Она бывает так сильна, что память о ней сохраняется еще долго после того, как она прошла. Влечение бывает так настойчиво, что толкает нас в самые неожиданные объятия. Это чувство может быть столь всепоглощающим, что уничтожает стены, которые мы воздвигаем чтобы защитить свое сердце. И таким мощным, что вновь и вновь вырывается наружу, несмотря на все наши усилия его похоронить…Мда…Из всех человеческих эмоций страсть является главным основанием для того, чтобы жить, а иногда и совершать всевозможные преступления.

мне сообщает сверху серьезный голос:
каждая пустая ступень эскалатора в метро -
это непровезенный пассажир
я думаю:
каждый месяц моей жизни без любви -
это чистая тетрадь из-под стихов
несказанное моё, неспетое, неотснятое
неподаренное тепло - оно
совсем ничего не весит
огромный дырявый месяц
ни для кого

а ещё я думаю:
каждый мой месяц без любви -
это целый человек. какой-то красивый мужчина
с нецарапанной нервной системой
и вот это, как ни крути,
причина
не любить вообще никого
чтоб внутри всё закостенело
опустынело. онемело
одурело от тишины

ничего такого
он просто спас однажды её от холода
от тактильного детского голода
и чего-то ещё тревожного, нестерпимого
ведь не знал же никто, как ей трудно бывает зимами

как ей пусто бывает за сценой

он был сладким, тягучим, пущенным ей по венам –
просто способом хоть что-то чувствовать, переменой
привычных сценариев, эдаким интермеццо –
утренним молоком после прошлых специй
руками под кофтой его согреться
носами тереться
спеться

она улыбнулась, когда он сказал «ничего личного»
ну не знать о нём, ну исключить его из программы
эти все звонки, шейные позвонки и ключи скрипичные
можно, допустим, съездить на месяц к маме
спрессовав всю тоску по нему до размеров спичечных

да, уехала, села в поезд – почти сбежала
ни звонков никаких полуночных, ни слёз, ни жалоб –
в руках себя удержала

но с тех пор она всюду таскает его под ногтями
в потайных карманах, меж строк и пропетых нот
и не то чтоб она исходилась злыми страстями
ничего такого
просто он в ней живёт

— Ты выглядишь так, будто тебе на все плевать!
— Я встретила человека, которого полюбила…

все эти subway от меня до тебя никак не построят
я знаю, чего ты
знаю, чего я
сто'ю
и отзываюсь на каждое прикосновение только взглядом
прости
мне кажется
мы никогда больше не будем рядом

никакой уверенности, никакой веры в лучшее -
что за черт вообще
я на твоем запястье, в твоих ладонях
выбита как клише
ты помнишь меня каждый день, я думаю о тебе каждый час
но как дело доходит до встречи:
" прости, не могу сейчас "

нас разделяет te amo, without asking why и какие-то еще слова
мне хочется знать
что underground любит меня
я буксую на каждом ритме, на каждом новом стишке
найди мою боль
найди
и забери себе

меня замыкает и крутит - мертвые чувствуют больше
мне нужно быть сильной
нужно быть милой
нужно быть тоньше
когда я найду твою слабую точку - не сомневайся, что я ударю
ты по моим бил с точностью
с меткостью
встроенного радара

что ты не говоришь мне, не договариваешь, отстраняешься
мне выносимо
мне адекватно
я слышу, как ты просыпаешься
но если это заимствованная дорога, то какого лешего мы
говорим, будто бы понимаем
и ощущаем
грани нашей войны

ты не мое счастье, я - не твое, мне жаль, что i'm not afraid
я не маленькая
у меня умерла сестра
почти как у марии болейн
сколько еще нужно вынести, чтобы понять, как дальше
ты станешь хорошим
я стану лучше
но мы уже никогда не будем, как раньше

Орёл или решка.
Пусть это будет революция, шизофрения и вешалка. Когда последняя моя белая пешка. Спрыгнет с доски в безысходности. В чужие прощай/прости. Воздушный зАмок. Сдулся и перестал расти. Ты разводила кактусы. Изобретала грустные статусы. В компании декабря, подушки и шоколадной пасты. Срываешь никотиновый пластырь. Я отвернусь от глаз. В которых не мог наплаваться. Ты хочешь поставить сумку. Раздеться. Успеть наплакаться. Набрать горячую ванну. Лечь в неё. Мастурбировать. Нельзя отдать ремонтировать. То, что разбилось вдребезги. Переродилось в песок и брызги. Осело пылью на абажуре. Ты хочешь утренний кофе, дом на троих и Джареда Лето в миниатюре. Слушаешь фолк. Сметаешь всё с книжных полок. Читаешь любую херню. И веришь – в конце будет про меня. А мне тебя не спасти. Мне тебя уже не поднять/ не охранять твой сон/ не буду сказкой на пальцах. У Туве Янссон. Тебе не быть моей панацеей/ моей мессией / моей Ри Расмуссен. Не ставить чайник и не просить подвинуться.
А я хочу просто влюбиться.
Лечь спать в одиннадцать.
Видеть море.

Каждый человек в состоянии тащить на себе определенное число неприятностей. Одну большую, две средних, три загрузона и так далее. Но потом наступает предел. Человек загружен по уши. Попроси его коробок спичечный передать - он тебя убьет…

Сделав свой выбор, мы формируем необратимый и уникальный исход событий,
но пока мы не приняли решение — возможно всё. Важно одно: правильным
будет любой наш выбор, потому что этот выбор — НАШ, и НАША жизнь, ради
которой мы когда-то отказались от тысячи других.

Куда уходит детство?…Да никуда оно не уходит.
Это мы от него убегаем, а оно остается, обкуренное первой затяжкой, обклеенное первыми заработанными деньгами, трахнутое по пьяни.
Детство без трусов в одной маечке. Оплеванное и расписанное матными словами, смотрит нам в след.