Знаешь почему мы не можем быть друзьями? у моих друзей на меня не стоит

почему мы так страшимся искренности? боимся признаться в своих чувствах, рассказать правду, высказать умную мысль. почему мы не можем просто быть собой? почему мы так любим подражать стандартам и нормам? почему мы не можем быть счастливым с тем, кого любим, а не жить годами с тем, кого выбрали наши родители? почему через много лет мы жалеем о напрасно прожитой жизни? любите, насколько позволяет ваше сердце. говорите правду. не стесняйте себя рамками. однажды у вас не будет возможности все сказать.

Ей было сто лет. А ему сто три года.
Их встречи случались в любую погоду
и чаще всего почему-то по средам.
Он просто звонил, говорил: «Я приеду?»

Вот как-то по средам всегда приезжалось.
И даже когда вдруг она простужалась,
встречались они несмотря на простуду,
поскольку она обещала: «Не буду
дышать на тебя!», но, хоть это ужасно,
дышала. Никак не могла надышаться.
И даже – друг друга они целовали…
К ним мальчик в кафе выходил со словами:
«Садитесь, ваш столик сегодня свободен!»
И это случалось при всякой погоде,
и всё отступало – дела и болезни –
ведь каждая встреча могла быть последней:

сто лет и три года, конечно, не шутки.
Они не хотели терять ни минутки.
Объятия – много теплее, чем пледы.
Они были счастливы каждую среду.
В сто лет как-то глупо влюбляться, жениться.
Но годы бежали от них вереницей.
Объятия – много теплее, чем шали.
Встречались они. И дышали. Дышали..

Когда мы с тобой были вместе,

Дурацкое слово "были"…

От него веет могильной грустью

И засохшей цветочной пылью.

Когда мы с тобой были вместе -

Счастьем светились глаза.

Беззаботное, славное время,

Но нам не вернуться назад…

Когда мы с тобой были вместе,

Дурацкое слово "были"…

Теперь у меня нет тебя.

Теперь у меня нет крыльев

А давай обманем эту осень,
Не оставим осень без ответа,
А про настроенье осень спросит,
Мы ответим: "Настроенье - лето!"

Пусть пройдена страница,
И крови пролито пол-литра,
Любовь - когда хотят жениться,
Всё остальное - виды флирта.

Пусть лучше рвётся там, где тонко,
Пусть будет больно и некстати,
Любовь - когда хотят ребёнка,
Всё остальное - мир симпатий.

Пусть много зависти и лести
На каждой жизненной страничке,
Любовь - когда хотят быть вместе,
Всё остальное - лишь привычка.

Пусть плохо, пусть всё не на месте,
Идти по жизни дальше нужно,
Любовь - когда два сердца вместе,
Всё остальное - это дружба.

Зашел в квартиру, как чужой,
Не сняв плаща, застыл у двери,
" Прости, я ухожу к другой.
Влюблен. Сначала сам не верил. "
Он резко поднял воротник,
Как защищаясь от ненастья,
Он ждал что будут слезы, крик,
А услыхал "Какое счастье!
И у меня давно другой,
Не знала как тебе признаться.
За все спасибо, дорогой,
Теперь нам нечего бояться. "
И он ушел все пялясь в пол.
Душила горечь униженья,
И был уже не рад другой,
И было лишь в душе смятенье…
Ведь он все время верил той,
Что ежедневно предавала…
…в квартире темной и пустой,
так страшно женщина рыдала…

и пока ты там в кабаке заливал печали виски или текилой
я училась жить без тебя, тренировалась, искала силы
я с упорством ребенка пробовала улыбаться,
скрещивала за спиной пальцы:
«только бы не сломаться.
только бы не сломаться»

и пока ты там томно курил кальян,
танцевал, напивался и падал,
вспоминал меня, жаловался друзьям, какая ты падаль,
может, стоило все поменять и остаться,
я стискивала зубы:
«только бы не сорваться,
только бы не сорваться»

и пока ты там репетировал на очередной девице
взгляд этот блядский, пресс свой стальной и бицепс,
остро шутил, угощал ее асти, просил раздеться,
в голове билась мысль: «скорей согреться.
мне экстренно нужно согреться»

и пока ты там центр компании, завсегдатай потасовок,
резидент ночных клубов, звезда городских тусовок,
я привыкаю подолгу тебя не видеть
каждый вечер: «только бы не начать тебя ненавидеть,
только не ненавидеть»»

и пока ты там собираешь вещи и строишь планы,
на лето/будущее, складываешь чемоданы,
выбрасываешь последнее, что от меня осталось,
я заклинаю: «только бы забывалось,
скорее бы забывалось»

и пока я здесь научусь ходить без твоей руки,
как учатся дети, поднимаясь, стискивая кулаки,
посмотрю как ты бежал отсюда,
потом вдруг вздрогнул, остановился и оглянулся
и подумаю «только бы не вернулся,
только бы не вернулся»

ты как-то там поутихнешь, задумаешься, рассеешь смог:
«видишь, ты без меня научилась, а я без тебя не смог.
самого себя не получается обмануть.
научи меня, как тебя вернуть.
покажи мне обратный путь»

говорят, срок годности есть у любой love-story.
почему без тебя - я самое мертвое море?
почему у меня на всех интернет-паролях
твои буквы, даты, цифры и имена?
видит Бог, я устал стирать твои отпечатки пальцев
ты впечатан и вклеен так крепко - не оторвать(ся),
не отбиться, не выжечь, не вытравить
этот карцер; эти векторы линии, лилии, письмена.
сколько можно любить по памяти без подпитки.
выжимает до цедры, пропитывает до нитки.
запираю все окна. двери. дворы. калитки.
проникаешь неслышано, сквозь веки и провода.
я тону в виски, я плачу холодным чаем.
аппарат абонента упрямо не отвечает.
мое сердце не дышит - его от тебя отключают.
и оно остается недвижимым, навсегда.
хэппи-энды не в моде давай поиграем в драму.
за тебя я умру без оглядки на панораму.
отобьешь мне последнюю телеграмму:
" ты нужен мне, но я не вернусь. тчк. прости "
у моих паспортов и виз на тебя истекают сроки.
мы с тобой безнадежно больны и бессовестно одиноки.
перекрой мне последние сны и электротоки
" я люблю тебя. точка. пожалуйста, отпусти"