(c) open-music ua.
Пока фаны 30 Seconds to Mars спешили занять козырные места под сценой, участники группы Джаред Лето (вокал, гитара), Шэннон Лето (барабаны) и Томо Милишевич (гитара) пообщались с несколькими журналистами в соседнем павильоне.
К интервью были допущены три телеканала, одна радиостанция и наш портал. «Артист очень сложный, с характером, так что будьте аккуратны, проявите уважение и не нервируйте его ненужными вопросами. И никаких фотографий», — предупреждает всех представитель лейбла.
В пустую комнату заносят большой диван, специально для заморских звезд. Интервьюер должен стоять напротив и задавать вопросы стоя. Пока одно СМИ общается с артистами, остальные ждут за дверью.
Весь зал второго павильона МВЦ заставлен рядами столов. «Что здесь происходило?» — интересуется Джаред. Организаторы объясняют ему, что накануне здесь проводилась выставка собак. «We don’t need no education», — напевает Томо строки из Pink Floyd, ассоциируя столы со школьными партами.
Шэннон немножко раздражен тем, что с группой возятся, как с маленькими детьми, и всюду водят под надзором охраны, организаторов, представителей лейбла. «What are we? Cows? Oh come on!» — подкалывает он своих сопроводителей, улыбаясь.
Мы берем интервью пятыми по счету. Я и фотограф заходим, становимся напротив дивана. «Hi, guys», — сходу обращается к нам Джаред. «How are you?» — добавляет Шэннон. «Fine, thanks, how are you?» — говорю им я. «Good», — хором отвечают музыканты. Хотя сразу видно, что они — совсем не good. В глазах читается огромная усталость.
Кладу на пол диктофон. «Может, вы хотите стулья? Вот они, в дальнем углу комнаты, возьмите себе», — говорит Джаред. Мы соглашаемся, берем стулья, садимся напротив музыкантов. Забавно, что они не предложили стулья всем тем, кто брал интервью перед нами.
Нас предупредили, что Джаред не очень хорошо себя чувствует. Это сразу бросалось в глаза. С нами общались в основном Томо и Шэннон, а Джаред смотрел прямо на нас, но как бы сквозь, и почти не подавал голос.
Тем не менее, за скромные минуты нашей беседы, мы выудили из «Марсов» кое-что интересное.
***
Итак, вы только что приехали из Москвы. Скажите пару слов об этом городе, ваши главные впечатления.
Томо: Шоу в Москве было невероятным, незабываемым. Нам очень понравилось в России.
Шэннон: Замечательные люди.
Томо: Было очень здорово вернуться в Россию. А теперь мы впервые в Украине, и это нас тоже очень радует.
И в субботу, и в воскресенье украинские фаны караулили вас в аэропорту и под отелем. Многие встретили Томо, но никто не видел Джареда и Шэннона. Ребята, где вы раздобыли плащ-невидимку?
Шэннон: Нет-нет, у нас есть отличные «колеса», которые делают нас невидимыми. :)
Томо: Это точно. А я просто забыл свои таблетки дома, такое случается.
Шэннон: На самом деле, мы прилетели из Москвы буквально за пару часов до концерта.
Томо: А я прилетел вчера вечером.
Ваш последний альбом «This Is War» — основательная, эпичная работа с собственной идеей, концепцией. Наверное, трудно после такого фундаментального диска делать шаг вперед, но, быть может, вы уже думаете над новым материалом, как он будет звучать?
Шэннон: Пока что мы все еще сосредоточены на гастролях. Надо закончить тур по Европе, потом у нас тур по Штатам. Так что сейчас наша голова еще занята альбомом «This Is War».
Ни для кого не секрет, что у 30 Seconds to Mars, пожалуй, самый сумасшедший фан-клуб в мире. Мало какая группа может похвастаться такими преданными поклонниками. Какие подарки от фанов вам запомнились больше всего?
Томо: Лучшие подарки — те, которые фаны делают своими руками. Тратят на них свое время и силы. Это вдохновляет.
Шэннон: Я думаю, что фаны сами по себе — это и есть самый лучший подарок. То, что они отдают себя нам и… Эээ… Вот черт, я облажался, ладно, забудьте! (*шепотом, сквозь смех: «Боже, что я несу?» ;) :)
Томо: Слишком много было замечательных подарков, чтобы сейчас выделить какой-то один для примера. Мы очень любим фанатские артворки, основанные на их интерпретации наших песен и символов. Это очень круто.
Вы возите все эти подарки с собой в туре?
Шэннон: Да, конечно.
Томо: У нас есть специальное хранилище для всех этих штук. Однажды все это станет замечательной коллекцией.
Вы могли бы сделать из этого музей.
Шэннон: Есть такие мысли.
Недавно вы представили клип — нет, не клип, короткометражный фильм «Hurricane». Какие ваши любимые сцены в этом видео?
Шэннон: О, столько любимых моментов!
Томо: О да, трудный вопрос.
Шэннон: Но эта часть, где Джаред прыгает в окно — это просто вынос мозга!
Томо: Да, меня тоже цепляет. А еще мне нравится сцена с Шэнноном в парке.
Шэннон: Мне нравятся волосы Томо и те моменты в метро, о да!
На съемках этого видео случились какие-то необычные забавные истории?
Джаред: (*наконец-то подключился к разговору) Не то чтобы забавные… Было много впечатляющих моментов на съемках. Неповторимых. Очень сложных. Это все было сложно… Но весело…
Иногда создается впечатление, что вы испытываете терпение фанов. Будто бы проверяете, как далеко сможете зайти, не потеряв при этом их преданность и поддержку. Например, когда вас пробивает поспамить в Twitter множеством одинаковых ретвитов, или когда вы снимаете вызывающее видео «Hurricane», в котором играетесь с сексуальностью и извращениями. Или эта странная обложка сингла «Hurricane». Вы осознаете, что многие ваши фаны винят 30 Seconds to Mars в своей шизофрении?
Томо: Я не боюсь. Думаю, это не слишком-то меткое обвинение. Нельзя обвинять другого человека в твоем собственном безумии.
Джаред: Нет, не согласен, Томо… Мы должны нести ответственность за все наши поступки. За эти — тоже.
Шэннон: Точно.
Расскажите о ваших последних музыкальных впечатлениях? Что слушаете, кого для себя открыли?
Томо: Лично я сейчас вообще слушаю очень мало музыки, если хочешь знать правду.
Джаред: У меня то же самое. Я уже давно не слушал музыку, у меня и ай-пода нет. Мы слишком заняты, постоянно путешествуем. Но в этом году мне очень понравился альбом Fever Ray. Еще этот парень.. Йонси, Джонси…
Йонси.
Джаред: Точно.
Шэннон: У меня было несколько открытий в этом году. Много слушал Fever Ray. Еще The Big Pink отличные, знаешь таких, а?
Знаю, конечно. Скажите, за что вы благодарны сегодняшнему дню?
Томо: Я благодарен за возможность приехать в Киев. Это очень показательный концерт, ведь далеко не у каждого артиста есть возможность приехать в Украину. Спасибо людям, которые помогли сделать это возможным.
Спасибо и вам — за то, что приехали, а еще за это интервью. Напоследок мы просим артистов нарисовать свои автопортреты. Как вы на это смотрите?
Томо: Я — пас. Я плохо рисую.
Шэннон: Джаред здорово рисует.
Джаред: Да, я с удовольствием, давай бумагу.
Прошу.
Джаред: Я себя плохо чувствую. Расстройство желудка, знаете ли… Это и нарисую.
***
Джаред рисовал долго и увлеченно (потом он сфотографировал результат со словами «надо будет выложить в твиттере» ;).
«Пока Джаред рисует, можно вас немножко пофотографировать?» — осмелели мы вопреки предупреждениям. «Да запросто, не вопрос», — отвечают «Марсы».
Рисунок Джа вблизи. xddd
