Чужое

gossips:

Чак: Что это все было?

Блер: Ничего.

gossips:

Серена: Нам нужно поговорить.

Чак: Я должен поговорить с тобой.

Нейт: Хэй, я должен поговорить с тобой.

barcelona:

mazafucka:

funnyv:

expelliarmus:

andrian-shit:

rubyshka:

meteora:

nutellka:

barcelona:

youtube:

mazafucka:xamlo:

хромкааа)

barcelona:

romanovich:

Котейкины костюмы :D

gossips:

Блэр: Ты думаешь, ты сможешь любить ребёнка от другого отца.

Чак: Почему ты меня об этом спрашиваешь?

Блэр: Я парализована. Я не могу двигаться. Не могу дышать. Ты должен помочь мне.

Чак: Я не могу принять решение за тебя, Блэр. Ты единственная, кто должен с этим жить.

Блэр: Но каков правильный выбор, Чак?

Чак: Мне кажется ты не совершишь ошибку если выйдешь замуж за отца своего ребёнка, не так ли?

(via awakehomie)

mashalazareva:

darkforest:

Ветер окреп, превращая дождь в вихри водяной пыли.

Не спуская глаз с темно-серой пустоты, я шагнула к обрыву. Ступни будто сами двигались вперед, лаская острые камни, что попадались по пути. Я набрала в грудь побольше воздуха и задержала дыхание. Жду…

«Белла».

Я улыбнулась и выдохнула.

«Да…»

Вслух я ответить не решалась, боясь разрушить красивую иллюзию. Голос звучал так близко, так естественно… Лишь негодуя, как сейчас, он полностью соответствовал моим воспоминаниям, демонстрируя те бархатные переливы и мелодичность, которые делали его самым совершенным на свете.

«Не надо!» — умолял он.

«Ты хотел, чтобы я была ближе к людям, — напомнила я, — так смотри!»

«Пожалуйста, ради меня!»

«Иначе ты со мной не останешься».

«Пожалуйста!»

Среди ливня, что ерошил волосы и промочил одежду так, будто я уже ныряла, голос казался чуть ли не шепотом.

Я перенесла вес на пятки.

«Нет, Белла!» — В голосе звенел настоящий гнев, но он был прекрасен.

Улыбнувшись, я подняла руки, словно собираясь лететь головой вниз. Увы, многолетние занятия плаванием в школьном бассейне укоренили другую привычку: прыгать солдатиком. Я наклонилась вперед, чтобы сильнее оттолкнуться…

А потом бросилась со скалы.

Громко вскрикнув, я стрелой понеслась в пустоту, однако кричала не от страха, а от возбуждения. Ветер сопротивлялся и, пытаясь победить несокрушимую гравитацию, толкал обратно и крутил спиралями, словно несущуюся к земле ракету.

«Да!» — эхом раздалось в ушах, когда я вошла в воду. Она была ледяной, куда холоднее, чем я предполагала, но озноб только увеличивал возбуждение.

Страшно гордая собой, я погружалась в черную воду. Страха не чувствовалось ни капли — лишь разгоняющий кровь адреналин. В самом деле, прыжок нисколько не напугал, из-за чего было столько разговоров?

Тогда меня и подхватило течение. Поглощенная мыслями о высоте скал и их опасной гладкости, я даже не подумала, что главная опасность поджидает под темной поверхностью воды.

Волны швыряли меня туда-сюда так, будто решили разорвать на части. Я знала: попав в быстрину, нужно плыть параллельно берегу, а не бороться с волнами, но это не помогало: как догадаться, в какой стороне берег?

Что говорить, я даже, где дно, не знала.

Злой океан повсюду одинакового цвета. Зря думают, что гравитация всесильна; волны ей, похоже, не подчиняются. Вниз меня не тянуло, лишь швыряло взад-вперед и по кругу, как тряпичную куклу.

Стиснув зубы, чтобы не выпустить последний глоток кислорода, я изо всех сил старалась не выдыхать.

Начавшаяся галлюцинация ничуть не удивила: Эдвард должен был вернуться, я же умираю!

Поразительно, насколько сильна была моя уверенность. Я тону… Тону…

«Плыви!» — Голос Эдварда умоляюще звенел в моем сознании.

В какую сторону? Куда ни взгляни, везде тьма. Мне некуда плыть.

«Прекрати! — негодовал Каллен. — Не смей сдаваться!»

От холодной воды немели руки и ноги. Я даже течения больше не чувствовала: только слабость от беспомощного барахтанья в воде.

Все-таки я послушалась — руки продолжали грести, ноги — работать, — хотя каждую секунду плыла в новом направлении. Ни к чему хорошему это не приведет. Зачем мучиться?

«Не сдавайся! — кричал Эдвард. — Черт подери, Белла, борись!»

Зачем?

Бороться больше не хотелось, но смириться с нынешним состоянием заставили не головокружение, не холод, не онемевшие от усталости конечности. Я просто радовалась, что все кончилось. Такая смерть куда легче той, что мне угрожала. Настолько обыденная, даже странно!

Вспомнились избитые выражения о том, что перед глазами должна промелькнуть вся жизнь. Слава богу, мне повезло: кому нужна безрадостная ретроспектива?

Сопротивляться не хватало духа, а перед глазами стояло лицо Эдварда. Образ удивительно четкий, сознание сохранило малейшие детали, будто для последнего момента сберегло. Все как в жизни: оттенок ледяной кожи, форма губ, скулы и золотое сияние разгневанных глаз. Конечно, он злился, потому что я не пыталась бороться за свою жизнь. Зубы стиснуты, тонкие ноздри трепещут от ярости.

«Нет, Белла, нет!»

Уши заливала ледяная вода. Не обращая внимания на слова, я сосредоточилась на музыке серебряного баритона. Зачем бороться, если я и так счастлива? Счастлива, пусть даже легкие пылают от нехватки кислорода, а ноги свела судорога. Надо же, я почти забыла, на что похоже настоящее счастье.

Счастье… Ради него и умереть можно.

В тот момент волны окончательно меня одолели и швырнули на невидимую в темноте скалу. Словно железный лом, камень ударил в грудь, и плотным облаком серебристых пузырьков из легких вылетел воздух. Хлынувшая в горло вода душила и обжигала. Железный лом тянул меня прочь от Эдварда, в темную глубину, на самое дно.

Последней мыслью было: «Прощай, я тебя люблю».

Тут мое лицо поднялось над поверхностью воды. Непонятно, я же думала, что тону! Течение не ослабевало, оно швыряло меня на скалы, которые ритмично колотили в спину, выбивая из легких воду. Из носа и рта целые реки лились! Морская соль жгла носоглотку, камни терзали позвоночник, а попавшая в горло вода мешала вздохнуть. Куда ни глянь, везде океан, грозящий накрыть меня с головой.

— Дыши! — приказал искаженный тревогой го лос. Узнав его, я передернулась от невыносимой боли: это не серебряный баритон Эдварда!

Послушаться я не могла. Бьющий изо рта водопад не ослабевал, не оставляя ни малейшего шанса вздохнуть. Ледяная вода разъедала легкие.

— Давай, Белла, дыши! — умолял Джейкоб.

Перед глазами появились черные точки. Они все росли и росли, пока наконец не заслонили свет.

Скала вновь ударила в спину. Только почему-то она не холодная, как вода, а горячая. Да это же рука Джейкоба, пытающаяся выбить из меня воду… Голова кружилась, черные точки заслоняли все…

Неужели я снова умираю? Что-то мне не нравится: в прошлый раз было гораздо приятнее. Любоваться нечем — перед глазами только темнота. Мрак съел даже плеск волн, который превратился в мерное ш-ш-ш, доносящееся из глубины моих ушей…

— Белла! — позвал Джейкоб все еще напряженно, но без прежнего отчаяния. — Беллз, милая, ты меня слышишь?

В голове все крутилось и шипело, словно безжалостные волны проникли и туда.

— Давно она без сознания? — спросил кто-то другой.

Голос, принадлежащий не Блэку, поразил до глубины души и привел в почти сознательное состояние.

Оказалось, я лежу неподвижно. Течение больше не гоняет мое тело, а волны вздымаются только у меня в голове. Подо мной что-то плоское.

— Не знаю! — никак не мог успокоиться Джей коб. Он совсем близко: руки — как обычно теплые — убрали с моих щек влажные волосы. — Пару минут… Я ведь быстро ее на берег вытащил!

Мерное ш-ш-ш, что звучало в ушах, было не шелестом волн, а свистом наполнявшего легкие воздуха. Каждый вдох причинял боль, дыхательные пути саднило, будто их скребли стальной проволокой. Но все-таки я дышала!

И еще мерзла. Тысячи острых ледяных бусинок впились в лицо и руки, не давая согреться.

— Она дышит… Скоро придет в себя, но нужно поскорее отнести ее в тепло. А то лицо слишком бледное… — На этот раз я узнала голос Сэма.

— По-твоему, ее можно передвигать?

— А она, когда падала, ничего не повредила?

— Трудно сказать.

Повисла пауза — парни не знали, на что решиться.

Я попробовала открыть глаза: ушла целая минута, зато потом показались темно-пурпурные тучи, из которых сыпал ледяной дождь.

New Moon

mashalazareva:

mashalazareva:

Leighton Meester

daha:

lollollol:

nestlele:

goodsmile:

yulya-koza:

linochkaa:

julia-fabulous:

summerforever:

huemae:

iliveyou:

sweetmilka:

lebowski:

daha:

valerosha:

Моё состояние после заключительного концерта 30stm 9 декабря:

gossips:

Никто не прислал мне поздравительную открытку сегодня.
Я почти жалею, что здесь не было праздничного сезона.

Я знаю, что никому не нравлюсь.
Зачем же у нас есть праздничные сезоны, чтобы подчеркивать это?

frozen-love:(via cloudyboo)

pochemucha :

fuck-california :

davy-jones :

morgan- :

dubstep :

birthdaymassacre :

(via zanudaaa )

mashalazareva:

mashalazareva:naastyaaa:

Damon and Elena as secret lovers: 3

О Боже..Ниикогда еще не чувствовала себя такой…не ненужной!

Играя сегодня в волейбол, я часто пропускала крученый мяч, девочки на меня на орали!! Сегодня дежурила одна, т.к. сосед по парте в Египте…Выгоняла всех из класса чтоб помыть пол, они не уходили, а ушли в конце перемены и сказали класссной что я им-сказала выйти только в конце перемены…

На улице целый день дождь, он заставляет задуматся над тем, что ты сделал за сегодня.А в конечном результате-ты ничего не сделал….

Возможно, для кого-то покажется что это пустяки и есть более важные обиды, но..ведь ситуации и люди бывают разные…А рассказать все в этом посте я не могу…

Привет)) Сегодня обновила оформление блога.. думаю вам понравится!!

Кстати, не забываем что есть сайт с официальными координатами знаменитостей!!

https://notfakes.com

заходим, не стесняемся!!!