Слушай песню ветра

Живёт на свете человек и он тебе очень дорог, а потом проскакивает какая-то мелочь и ты видишь его настоящего, и теряешь в нём, просто теряешь что-то.

Мама, верни мне мои детские книжки
И детские платья отдай мне тоже.
Я не хочу быть свободной птицей,
И вместо лиц разглядывать рожи…
Мама! Сотри мою память всюду,
И сделай как раньше - не моё, а наше.
Мама, клянусь, я вымою всю посуду
И никогда не захочу становиться старше!

«Когда мы с Мэгги поженились 60 лет назад, у нас не было денег. На нашем банковском счету было 8 долларов. Первые два года у нас даже не было телефона. Мы снимали крошечную квартирку в Венисе, по соседству с бензозаправкой. Там на стене и висел мой первый телефон. Я выбегал к нему, брал трубку, а люди думали, что звонят мне домой. Не было даже телефона, что уж говорить о машине. Но знаете, что у нас было?
Любовь.»

Рэй Брэдбери

«Не смешивай любовь с жаждой завладеть, которая приносит столько мучений. Вопреки общепринятому мнению, любовь не причиняет мук. Мучает инстинкт собственности, а он противоположен любви.
Под личиной любви вы прячете ненависть, вы сделали стойку возле женщины или мужчины, вы превратили их в свою добычу и, стоя как собака над костью, ненавидите всех, кто косится на ваше пиршество. Эгоизм насыщения вы зовёте любовью. Как только вам дарят любовь, вы так же, как в ваших фальшивых дружбах, обращаете свободного и любящего в слугу и раба, присвоив себе право обижаться. И чтобы заставить его лучше служить себе, казните ежечасным зрелищем своих страданий. Да, конечно, вы всерьёз страдаете. Но именно ваше страдание и не нравится мне.»

Антуан де Сент-Экзюпери «Цитадель»

Я не умею себя контролировать. абсолютно. я не умею вставать вовремя. я ем перед сном. я плачу тогда, когда мне этого хочется. я ужасно себя веду, всегда. сколько раз я писала кому-либо, зная, что этого делать не надо. я срываюсь на родственниках. я всё время думаю не о том.

Притворись тенью весенней в весенних цветах
Днем самым коротким в году и полярною ночью
Притворись предсмертною мукою тех кому привиделась осень
Запахом розы и мудрым ожогом крапивы

Расстели прозрачность полотнищ на лугу своих глаз
Покажи злодеянья огня, плоды его вдохновенья, рай пепла его
Покажи, как неясное нечто воюет со стрелкой часов
Покажи нанесенные истиной раны, несгибаемость клятвы

Себя покажи, не бойся в хрустальных одеждах предстать
Твоя красота неизменна. В глазах твоих слезы, улыбки, и нежность
В глазах твоих нет никаких секретов, нет пределов
Притворись тенью весенней в весенних цветах

Успокойся. Вдохни. Будет все хорошо.
Будут осень и листья. И дождь в капюшон.
Будет лес и прохлада прозрачного дня,
И закат на обрыве желтей янтаря…
Будут сонные звезды, туман на мосту,
И собака-бродяга на старом посту.
Успокойся. Вдохни. Знаешь, скоро зима…
И из серых вдруг белыми станут дома,
Снова праздники, жизнь, суета и мороз,
Гололед на дорогах, обветренный нос…
Будем греться в кафе, вспоминая наш год,
Ты укроешь от сотен, от тысяч невзгод,
Ты расскажешь о солнце в лучах фонаря,
Я закутаюсь в шарф седины января…
Будет нежность без слов и кинжалов в спине,
Будет кошка о чем-то мечтать на окне…
Мы рождаемся вновь с самой чистой душой.
Успокойся. Вдохни. Будет все хорошо.

Я не сильная, это такой маскарад…
Чтоб меня не жалели в слезливых порывах.
Я могу пережить тяжесть разных утрат
Без каких-то заметных психических срывов.
Я не сильная. Просто просить не люблю.
И вымаливать счастья на паперти чувства…
Я мольбы о любви не ношу к алтарю,
И борюсь в одиночку с отчаянной грустью.
Я не сильная. Просто сейчас не до слез.
Я себе запретила бессмысленно плакать…
Ведь смешно ожидать облегченья всерьез,
Разводя на душе беспрерывную слякоть…
Я не сильная. Просто привыкла сама.
Добиваться, решать, разбираться в вершинах…
Я не верю в какие-то полутона…
Не мечтаю о прошлом на старых руинах..
Не надеюсь на помощь светил и людей,
Не твержу, что мне радостей выпало мало…
Не страдаю отсутствием сил и идей.
Я не сильная. Просто быть слабой устала…

Мы разбегаемся по делам,
Земля разбивается пополам.

Сотри меня, смотри в меня,
Останься!!! Прости меня
За слабости, за то что я
Так странно и отчаянно люблю.

Вздох сожаления на губах,
Зависли в неправильных городах,
Звонки телефонные под луной,
Границы условные – я с тобой.

Сотри меня, смотри в меня,
Останься!!! Прости меня
За слабости, за то что я
Так странно и отчаянно люблю.

Мы разбегаемся по делам.
Земля разбивается пополам.
Вздох сожаления на губах.
Зависли в неправильных городах.
Звонки телефонные под луной.
Границы условные – я с тобой.

Мы разбегаемся по делам.
Земля разбивается пополам.
Мы разбегаемся…
Земля разбивается…
Мы разбиваемся…

Скажи, Роза, что ты, собственно, думаешь о любви? - спросил я. -
Ведь в этих делах ты понимаешь толк.
Она разразилась звонким смехом.
- Перестань говорить об этом, - сказала она, успокоившись. - Любовь! О мой Артур! Когда я вспоминаю этого подлеца, я и теперь еще чувствую слабость в коленях. А если по-серьезному, так вот что я тебе скажу, Робби: человеческая жизнь тянется слишком долго для одной любви. Просто слишком долго. Артур сказал мне это, когда сбежал от меня. И это верно. Любовь чудесна. Но кому-то из двух всегда становится скучно. А другой остается ни с чем. Застынет и чего-то ждет… Ждет, как безумный… (Три товарища)

— Я?
- Да, ты! Попробуй скажи, что виновата я.
Я уже собирался сказать это. Но тут, к счастью, вспомнил об уроке, который дал мне отец в день моего семнадцатилетия.
" Ты, - сказал он, - вступаешь в эпоху женщин. Запомни поэтому: только безнадежные кретины хотят доказать свою правоту женщине и взывают к ее логике". (Тени в раю).

Под Дугласом шептались травы. Он опустил руку и ощутил их пушистые ножны. И где то далеко, в теннисных туфлях, шевельнул пальцами. В ушах, как в раковинах, вздыхал ветер. Многоцветный мир переливался в зрачках, точно пестрые картинки в хрустальном шаре. Лесистые холмы были усеяны цветами, будто осколками солнца и огненными клочками неба. По огромному опрокинутому озеру небосвода мелькали птицы, точно камушки, брошенные ловкой рукой. Дуглас шумно дышал сквозь зубы, он словно вдыхал лед и выдыхал пламя. Тысячи пчел и стрекоз пронизывали воздух, как электрические разряды. Десять тысяч волосков на голове Дугласа выросли на одну миллионную дюйма. В каждом его ухе стучало по сердцу, третье колотилось в горле, а настоящее гулко ухало в груди. Тело жадно дышало миллионами пор.
Я и правда живой, думал Дуглас. Прежде я этого не знал, а может, и знал, да не помню.
(Вино из одуванчиков)

- Если мы когда-нибудь разбогатеем, - тихо сказал Мартинес, - я не обрадуюсь этому. Тогда у каждого из нас будет свой собственный костюм и не будет таких вечеров, как этот. Наша дружба кончится. Все тогда станет другим.
(Чудесный костюм цвета сливочного мороженного)

Весы 5 октября, пятница

Да, Весы такие. Будут улыбаться, когда текут слезы.
Обидеть их не сложно. Хлопают дверью и возвращаются.
Часто мечтают. Всем доверяют. Много делают глупостей.
Редко влюбляются, но долго любят. Убегают от прошлого,
но всегда о нем думают.

да ладно, так не только 5 октября будет)