Простые знакомые видят тебя таким, каким ты хочешь, чтобы тебя видели. Настоящие друзья видят тебя настоящим.
И стоит ли мне говорить что я буду смотреть после Спецкласса?
«Крутящийся пингвиний барабан»
Школьница Химари Такакура и её старшие братья Камба и Сёма отправляются в океанариум, чтобы посмотреть на пингвинов: братья решили порадовать смертельно больную Химари, которой осталось жить всего несколько месяцев, и устроить ей «день исполнения желаний». Сёма покупает сестре шляпу в форме пингвина. В тот же день Химари умирает в больнице, однако чудесным образом воскресает: в неё вселяется дух, обитавший в пингвиньей шляпе. За продление жизни Химари он просит её братьев найти некий «пингвиний барабан» и даёт им в помощь трёх странных пингвинов, которых никто кроме них не видит. Братья начинают поиски барабана.
Это так странно. С тех пор как я перестала видеть ваши лица, с тех пор как я только могла слышать ваш голос, мне кажется что мы стали ближе.
И не устану повторять что лучше бы все на этом и закончилось.
Второй сезон был не к чему
В эту сумасшедшую субботу, в то время когда мы искали Юле подарки, готовились к сюпризу и паралельно искали Анюшке джинсы
решили сделать перерыв и нашли закоулок на третьем этаже Европы)
пили чай из "бельгийских вафель". Девочки ели йогурт, а я пончики)
ах да, и я купила себе рождественские заколочки. Может уже поздно, но они такие милые: 333
Кто-то крутит, а кто-то таким родился.
лето 2010
“Не волнуйся, Юкки. Я была почти мертва, но благодаря тебе у меня теперь есть будущее. Юкки это моя надежда в жизни. Но если это не сбудется, то я отдам жизнь за Юкки. И даже после смерти, я буду помогать ему.”
Мне показалось, в это мгновение я понял, что такое вечность, что такое душа, что такое чувства… И я ощутил, будто могу поделиться с Акари всем, что случилось со мной за тринадцать лет моей жизни. А в следующее мгновение мне стало невыносимо грустно. Тепло Акари, тепло её души… стало частью меня, но как мне с ним поступить? Куда мне его отнести? Этого я не знал. Но ясно понимал, что мы не сможем всегда быть вместе. Жизнь, слишком большая для нас двоих, и безграничная необъятность времени безнадёжно простирались над нами. И всё же охватившее меня беспокойство постепенно таяло. Пока не остались только нежные губы Акари.
Have you ever longed for someone?
Did you ever dream of someone?
Touched the spark?
But missed the connection?
Felt so warm?
As the world turned cold?
Did you fall in love?
As fast as flowers, falling from trees?
Вторник, 7 марта 1944 г.
Дорогая Китти,
Когда я думаю о моей жизни до 1942 года, то она кажется мне какой-то
игрушечной. Анна Франк того беззаботного времени совсем не похожа на
сегодняшнюю Анну, немало поумневшую. А как раньше все было просто и замечательно! Любимица учителей, избалована родителями, за каждым углом пять поклонников, не меньше двадцати подруг и знакомых, денег достаточно, сладостей без счета - что же нужно еще?
Ты, наверняка, задаешься вопросом: чем же я так привлекала окружающих? Петер говорит "обаяние", но это не совсем правда. Учителям нравились мои меткие ответы, смешные замечания, критический взгляд и неизменная веселость. Они находили меня забавной и смешной. Кроме того, я слыла известной кокеткой. А наряду с этим была прилежной, открытой и щедрой. Никогда я не была воображалой, ни на кого-то не смотрела свысока, а сладости раздавала всем подряд.
Может, всеобщее поклонение сделало меня самонадеянной? К счастью, в самый разгар моей популярности, я была сброшена с пьедестала, и лишь спустя год, привыкла к тому, что никто мной не восхищается.
Какой меня знали в школе? Шутница и зачинщица, всегда хвост трубой,
никогда не хандрит и не плачет. Что ж удивляться, что каждый хотел проводить меня домой и завоевать мое внимание? Сейчас мне та Анна Франк кажется милой и забавной, но поверхностной и не имеющей со мной ничего общего. Петер говорит о том времени: "Когда я тебя встречал, вокруг вертелось несколько мальчиков и куча девочек, ты всегда смеялась и была в центре". И это правда.
Что же осталось от той Анны Франк? О, конечно, смех и шутки по-прежнему со мной, я столь же критично отношусь к людям, могу флиртовать и кокетничать, если захочу… Пожить бы хоть несколько дней, хоть недельку такой беззаботной жизнью… Но я точно знаю, что к концу той недели мне все надоело бы, и я была бы рада серьезному разговору с первым встречным. Мне не нужны больше поклонники и обожатели, а только друзья, ценящие не мой смех, а сущность и характер. Конечно, круг людей вокруг меня станет тогда гораздо меньше. Но зато это будут настоящие друзья.
Несмотря на все, я не была в 1942 году безоблачно счастливой. Я часто
чувствовала себя одинокой, но поскольку была занята с утра до вечера, то не задумывалась над этим, и старалась получить от жизни как можно больше удовольствий. Смех и шутки -- сознательно или бессознательно -- помогали мне заполнить пустоту.
Сейчас, глядя назад, я осознаю, что беззаботное время осталось позади и
никогда больше не вернется. А мне бы и не хотелось такой жизни, я выросла из нее. Я не смогла бы сейчас только веселиться, какая-то моя часть всегда остается серьезной.
Я как бы рассматриваю себя до 1942 года через сильное увеличительное
стекло. Счастливая жизнь дома. Потом внезапный переезд в Убежище, ссоры, непонимание… Это неожиданно навалилось на меня, и я не знала, как себя вести - отсюда моя грубость. В первую половину 1943 года мне часто было грустно и одиноко, и я много плакала. Пыталась разобраться в своих многочисленных ошибках и недостатках, которые казались больше, чем они есть на самом деле. Старалась много говорить со всеми, найти понимание у Пима, но напрасно. Я должна была сама изменить свое поведение так, чтобы больше не слышать со всех сторон упреков, вызывающих у меня лишь отчаяние и бессилие.
Во второй половине года стало немного лучше, я повзрослела, и ко мне
стали относиться иначе. Я тогда много думала, начала сочинять рассказы и
пришла к выводу, что должна стать независимой от окружающих и не позволять им раскачивать себя, как маятник то в одну, то в другую сторону. Я хотела сформировать себя сама, по собственной воле. Мне тогда стало ясно, что я вполне могу обойтись без мамы, и это открытие причиняло боль. Но еще больнее стало от того, когда я поняла, что и папе я никогда не доверяла. В общем, не доверяла никому, кроме себя.
Важное событие этого года: мой сон… мечты о мальчике, именно не о
подруге, а о друге. Я также открыла внутреннее счастье и осознала, что мои
веселье и легкомысленность напускные. Постепенно я стала спокойнее. Теперь я живу только Петером, потому что от него во многом зависит, что произойдет со мной дальше!
Вечером в постели я всегда заканчиваю молитву словами: "Благодарю тебя за все хорошее, за любовь и красоту". Мне тогда становится радостно, и я думаю, что "хорошее" -- это то, что мы в надежном укрытии, и что мы здоровы. "Любовь" - это о Петере, она еще мала и непрочна, и мы оба не решаемся произнести слова: любовь, будущее, счастье. А красота -- это весь мир, природа и вообще все, что есть на свете прекрасного.
И тогда я думаю не о горестях, а о том, как много в жизни радостного. В
этом-то мы с мамой и различаемся. Если кто-то грустит, то она дает совет:
" Вспомни, сколько вокруг горя и будь довольна, что многие несчастья тебя
миновали". А мой совет такой: "Иди в поля, смотри на солнце, любуйся
природой. Ищи счастье в себе самой, подумай обо всем прекрасном, что есть тебе и мире и будь счастлива".
По-моему, мама не права. Она говорит: радуйся, что не страдаешь еще
больше. А если эти страдания придут потом? Тогда все пропало? Я считаю, что после любого пережитого горя остается что-то хорошее, со временем это хорошее растет, и так достигается своего рода равновесие. Если ты счастлив, то приносишь радость и другим. Тот, кто хранит веру и мужество, победит зло!
Анна Франк
Самые популярные посты
